Остров Туманов - Евгения Болотова

— Значит, наше выступление надо отменять, — вдруг подал голос Ханнес. — Будем честны, без Рауля мы опозоримся так, что нам об этом точно не дадут забыть. Да и мне, — тут басист выдержал драматическую паузу, — тоже как-то не играется. Дженса здесь права, нам может помочь только время.

На этой мрачной ноте последняя в этом году репетиция "Детей Вёлунда" была завершена. Все забрали из гаража Сольбергов свои инструменты, оставив разве что барабанную установку. Для Дженсы было очень непривычно в те дни, когда она не работает, идти сразу домой, не встречаясь со своими друзьями. Роуз сейчас большую часть времени молчала, убегая домой сразу, как закончились занятия. Ханнес тоже не горел желанием общаться, но если с Роуз все было понятно, то, что в голове у их басиста, не знал никто. Разве что Калеб немного скрашивал одиночество, каждый день провожая её до дома, подолгу болтал, сидя с ней в кафе старого Метта, но к несчастью, все разговоры теперь сводились лишь к спискам пропавших без вести. Дженса иногда ловила себя на мысли, что не творись в городе вся эта ерунда, она бы сейчас была счастливой влюбленной девушкой, но тревога в последнее время затмила все остальные чувства, лишив не способности даже элементарно радоваться.

Приближались праздники, в городе установили большую ёлку, открыли рождественскую ярмарку. По радио то и дело звучали праздничные песни, но в квартире Дженсы радовалась этому одна только Лили. Если бы не она, что Фрида, что её старшая, даже бы ёлку не поставили и дом не украсили.

— Как твоя подруга? — спросила Фрида однажды утром. В последнее время мать с дочерью очень сильно сблизились, даже забыв обо всех предыдущих разногласиях.

— В школе ещё три ученика пропали, — мрачно ответила Дженса. — Рождественский концерт отменили, директор в шоке. Все эти новости её очень сильно подкосили, а мне казалось, что ей уже полегче.

— Может, сходите куда-нибудь вдвоем? — неожиданно предложила мама.

— Издеваешься?

— Хоть отвлечетесь немного, — вздохнула Фрида. — Я видела эту толпу у психолога и психиатра в нашей больнице. Неврозы, депрессии, и помочь им врачи не в состоянии. Не хочу, чтобы это случилось и с вами.

— Ладно, — протянула Дженса. — Я так-то не против, просто не уверена, что это поможет.

На удивление Роуз, услышав предложение Дженсы, даже не отпиралась, а почти сразу согласилась пойти. Возможно, ей самой надоело грустить одной дома, а возможно её, как и Дженсу, выгнали на прогулку родители. Тем не менее, когда подруги встретились, Роуз выглядела уже более живой и радостной, чем пару дней назад.

Несмотря на общую тревожную атмосферу, власти города постарались на славу, чтобы у жителей был праздник. Ярмарка, что каждый год открывалась на площади напротив ратуши, была оживленной, наполненной запахами глинтвейна, специй и хвои. Отовсюду звучали рождественские песни, а главная ель города в этом году была украшена многочисленными огнями, которые не выключали даже днём. Более того, гирлянды натянули над всей площадью, и они, светясь мягким теплым светом, создавали на ярмарке волшебную атмосферу. Погода тоже выдалась, что надо. Шел крупный снег, укутывая землю белым покрывалом. Именно такую погоду обычно рисуют на праздничных открытках. И, глядя на все это великолепие, Дженса позволила себе ненадолго расслабиться и забыть о своих тревогах. Роуз, казалось, тоже смогла немного отвлечься от проблем и теперь глядела на всё тем восторженным взглядом, который был у нее, когда она только приехала в город.

На ярмарке всегда находилось, чем заняться. Тут и каток, и многочисленные лавочки, где продавали как сувениры, так и более полезные вещи, и палатки с пряниками и глинтвейном. Дженса, по традиции, прикупила себе очередную елочную игрушку, а Роуз долго бродила среди прилавков, и наконец, выбрала себе подарок — декоративную свечу ручной работы. Потом подруги решили взять билеты на каток, а когда устали, то отправились на поиски подходящего глинтвейна. И вот когда они стояли, потягивая теплый пряный напиток, закусывая украшенными глазурью пряниками, их веселье было прервано появлением Грегори.

— И снова мне повезло наткнуться на "Детей Вёлунда" и взять у них автограф, — ухмыльнулся он. Роуз сразу помрачнела.

— "Детей Вёлунда" больше нет, — констатировала она и залпом осушила свой стакан с глинтвейном так, словно он могла утопить в нем свое горе.

— В смысле? — не понял полицейский.

— Рауль, наш барабанщик, исчез. А без него, какая мы группа, — вдохнула Дженса.

— Я соболезную… — было видно, что Грегори искренне расстроился и не может подобрать слов поддержки, кроме сухих "я соболезную". К счастью, Роуз не стала огрызаться, как обычно, когда кто-то напоминал ей про Рауля, и Дженса позволила себе выдохнуть. Опасный момент был пройден.

— Знаете, — Грегори попытался немного разрядить обстановку. — Что скажете, если я куплю вам двоим какао?

Роуз, быстро сменила гнев на милость и уже через пять минут все трое стояли и пили густое какао с маршмеллоу, обсуждая предстоящие праздники. Грегори оказался весьма приятным в общении парнем, так что не удивительно, что Вивьен с ним сошлась.

— Вивьен милая, — мечтательно протянул Грегори. — Знаешь, Дженса, спасибо тебе. Если бы не твоя вечеринка, я бы с ней и не познакомился.

— Да ладно… — потянула смущенная Дженса. — Не у меня, так у Кассандры, а что касается Вивьен, так… Стоп, это что, она?

Роуз и Грегори синхронно обернулись туда, куда указала гитаристка "Детей Вёлунда". Действительно, к ним чуть ли не бежала Вивьен, одетая в длинное стильное пальто и высокую меховую шапку. Вначале Грегори весело помахал ей рукой, но стоило его подруге, подойти чуть ближе, как все увидели в её глазах слезы.

— Кассандра, — вместо приветствия сказала она, чуть ли не падая на грудь Грегори. — Она исчезла. Я ждала её возле дома, но она так и не вышла. Я пробовала дозвониться, но и на звонки она не отвечает.

— А родители? — спросила обеспокоенная Роуз. — Ты с ними связывалась?

— Никто не отвечает. Я даже не знаю, что и думать.

— Скажи, — спросила нахмуренная Дженса. — А когда ты их ждала, вокруг был туман или нет?

— Не помню, — растерялась Вивьен. — Сейчас такой сильный снег, что ничего не видно.

— Ладно, — вздохнул Грегори, — пойдем, осмотрим их дом. Вдруг она просто пропустила звонок.

Вивьен кивнула, и пошла с Грегори, взяв того под руку. Дженса и Роуз проводили их долгим и тяжёлым взглядом. Обе понимали, что значит подобное молчание телефона. Скорее всего, и Кассандра, и её родители стали жертвой таинственного тумана. Только почему в доме? Неужели теперь даже стены не смогут защитить от этого ужаса.

— Знаешь, я, наверное, пойду домой, — прошептала