Античный Чароплет. Том 5 - Аллесий

бы не Вавилон, она вполне могла бы стать столицей Шумера. Гуаба не просто стояла на Тигре, как Вавилон стоит на Евфрате. О нет. Гуаба стояла в устье Тигра. Через нее шел не только торговый маршрут по Тигру — с севера на юг, из земель Аккадии, Арарата, Скифии и Та-Кемет к югу Шумера и к долженствующему быть устьем началу Евфрата, которое позволяло подниматься ко всем юго-западным городам, но помимо того Гуаба стояла на берегу южного залива, являясь крупнейшим портом, через который торговали с Хараппой и далеким Чин. Если бы не Гильдия и то, что Вавилон являлся этакими крупнейшими воротами из Шумера, который сам по себе центр ремесел и производства, если бы не необходимость везти в обратную сторону — к подданными фараона и диким скифам — все товары из Гуабы через Вавилон, еще неизвестно, где бы сидел Император и какой из городов был бы богаче.

Так что, опрометчиво выбрав себе место всего в паре километров от городского посада перед стенами на холмах, откуда открывался замечательный вид на побережье, я внезапно столкнулся с тем, что правитель самого могущественного города Империи после Вавилона не особо то и жалует мое решение. И если в случае кого-то менее могущественного вроде эна Кид-Нуна или Хурсанг-Каламы я еще мог бы просто наплевать, ведь они по сути своей сделать мне мало что могли, то вот воевать со всей Гуабой, пусть и не напрямую, мне бы не хотелось. Однако и уходить с начавшего осваиваться побережья я уже не мог. Разве что куда-нибудь подальше. Да и то — это урон репутации. Это еще больше уважения в копилку эна Гуабы. Просто отселиться куда-то недалеко значило пусть косвенно, но признать его власть и силу. И что он дальше попросит или потребует? Тут один раз уступишь — всю жизнь пресмыкаться будешь.

Самое неприятное, что у эна не только политические рычаги давления были. Он мог послать городскую стражу резать моих рабов. Не меня самого, но приятного мало. Порча имущества, конечно, каралась законом. Штрафы там… Но, во-первых, не ясно, кто еще будет судить. Не сам эн ли? Во-вторых, какие то будут штрафы и как быстро их заплатят. И, в-третьих, мне пусть с деньгами, но без людей все равно землю не освоить.

Буду убивать много — еще чего доброго меня и обвинят в нападениях. А там дело и до Императора может дойти. Суд, может быть, и будет в мою пользу, но получать репутацию человека, от которого постоянно возникают проблемы, в верхах власти тоже не хочется.

А ведь это только один из вариантов. Эн может потребовать от купцов ничего мне не продавать. Может начать жечь мои сады, может много чего придумать. Конечно, он тоже будет осторожен. Маги не правят в Шумере только потому, что нам эта тягомотина не нужна. Мы вполне могли бы взять власть в любой точке мира. Но тут есть оговорка: “мы” — это маги в целом. А вот конкретно я не правлю в Шумере не только потому, что не хочу, но и потому что не могу. Чтобы “воевать” со мной, эну достаточно заручиться поддержкой кого-то из магистров. А они в Гуабе живут. Их восемнадцать великих чародеев — это мастера и магистры Гильдии. Они, конечно, эну не подчиняются, но уже точно в дружеских с ним отношениях. И вопрос лишь в том, кто его поддержит в открытую, сколько их будет и как далеко они готовы будут зайти.

— В общем так, лугаль… Убирайся и передай эну, что он не Император и здесь его власти нет. А захочет со своими “великими” чародеями, — я с сарказмом выделил это слово, — идти против меня, и Гуаба перестанет быть великим городом. Никто кроме Императора и Верховного не властен над магистрами Гильдии. Это все.

— Ты пожалеешь, абгаль.

— Я уже жалею. Жалею, что ответил тебе лишь словом, а не делом, — я фыркнул, после чего смерил его долгим взглядом. Можно было самому уйти. Вот только, коли я здесь хозяин, было бы глупо уходить от собеседника на своей же земле.

Мужчина стоял, борясь со мной глазами и меряясь серьезностью намерений. Видимо, в какой-то момент что-то такое промелькнуло в моем лице, что его все-таки испугало. Я уже готовился применить молнию, когда лугаль отступил на шаг, резко развернулся и махнул рукой своим людям. Отряд из шестнадцати человек, иногда оборачиваясь на меня, пошел к своим колесницам. Я вздохнул.

Все эти игры казались довольно забавными после встреч с архидемоном, войны на Иммертале, бункера на Парифате, сражений в подземельях иллитидов, столкновений с эмушитами или уже ставшей для меня давним воспоминанием Троянской Осады. Но последствия принятых решений здесь и сейчас вполне могли стать для меня той еще тратой нервов и сил.

Я провел на Земле уже больше месяца, успел посетить ученика, разыскать призрак Ксарнраадж, купить рабов в разных местах… Вышло дорого, но лучше брать потомственных, чем непонятно кого: проданные за долги, военнопленные или вообще какие-то посторонние, похищенные очередной бандой с дороги или из собственных домов люди, дикари и иной сброд работают не всегда хорошо, любят устраивать проблемы. Нужно ли мне такое? Да вот ни разу. Так что я набирал потомственных слуг, чьи родители были рабами, родители чьих родителей были рабами… В общем, не скупился, хотя за таких обычно брали втрое от кого-то с улицы. Не считая красивых наложниц, конечно.

Разговор с Менгске и Галивией был довольно долгим. Двум архимагам, один из которых глава твоей Гильдии, отказывать было как-то не с руки. Их интересовало, чему я учился на Парифате. Новые заклинания, практики. Я не скупился на слова. Отсекая “лишние” подробности. Возможность жертвы праны я даже не скрывал. Но, как и ожидалось, она мало кого заинтересовала. Большинство магов даже близко не умеет так пользоваться своим Вторым Началом, как я. Так что восстановление жизненной энергии всем только снится. В Шумере это и вовсе считается невозможным. Предсмертная же жертва и так довольно неплохо известна Гильдии. Случаи, когда даже слабые маги совершали что-то откровенно жуткое перед смертью, вполне себе нередки. Самый известный — это мощнейший удар Арзы. Самая мощная Длань Шамаша за последние лет сто как минимум, стершая армию полудемонов и низших демонов с едва ли не сотней колдунов.

А вот заклятие раздвоения всех заинтересовало в особенности. Его пришлось выписать с подробным