Судный город (ЛП) - Брэд Магнарелла

— Вы тоже — сказал я Баджу, проходя мимо него.

Боже, что за чертов кошмар.

Когда перекресток снова оказался в моем распоряжении, я сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться, и выровнялся по последним символам.

— Спасибо — сказал я.

Тротуар содрогнулся, когда появился последний щит. Станция была оцеплена. Я чувствовал, как упыри бьются о мою магическую защиту, пытаясь убежать. Я вложил больше энергии в щиты, ожидая последнего слова. Оно прозвучало лишь мгновение спустя.

— Всем командам ясно — объявил техник.

Я перевел взгляд со щитов на драконий песок, рассыпанный по полу станции. Четыреста упырей против двухтысячиградусного ада? Я ставил все свои деньги на этот ад.

— Фуоко! — Крикнул я.

В мгновение ока драконий песок воспламенился. Перекресток содрогнулся. Вверх и вниз по улице из вентиляционных отверстий вырвались языки красно-оранжевого пламени. И вот раздался ревущий хор предсмертных криков упырей.

Но я пока не мог расслабиться. Я почувствовал, как щиты прогнулись от взрыва. Если хотя бы одна из защит не сработает, гули смогут выбраться из ада и восстановиться. Я переходил от символа к символу, укрепляя ограждение произнесенными словами.

Линии северного и южного направлений... проверены. Линия западного направления... проверена. Западный вход на станцию... проверен. Восточный вход в штаб.

Что-то ударило меня в бок, развернув на пол-оборота. Я потерял равновесие и упал на мостовую. Я также не смог произнести ни слова, так как успел произнести только половину. Я огляделся в поисках нападавшего и увидел, что один из операторов бежит ко входу в метро. Его наполовину обнаженный живот раскачивался из стороны в сторону, когда он приближался, чтобы лучше прицелиться. Это-то и сбило меня с толку.

Выругавшись, я мысленно обратился к символам над восточным входом в участок. О, черт. Вырвавшийся у меня обрывок Слова не только не укрепил щит, но и разрушил его.

— Боже мой! — Воскликнул я.

Щит затрещал и вернулся к жизни, но я почувствовал, как он с хрустом проходит сквозь кости. Упыри уже начали убегать. Я открыл глаза и увидел восточный вход на станцию. Темная яма пылала огнем.

Оператор добрался до тротуара и направил свою резервную камеру на ступеньки вокзала. Он не мог знать, на что смотрит. Он все еще снимал, когда появился первый пылающий гуль. Огненным ударом гуль вспорол живот мужчине. Мужчина упал на колени, его внутренности вывалились наружу, а затем он рухнул рядом со своей разбитой камерой. Еще три гуля набросились на него, поджигая его волосы и одежду.

Позади меня начали кричать члены съемочной группы новостей.

— Назад! — кричал мэр — Все назад!

Доведенные до слепой ярости огнем и болью, четверо упырей сориентировались на панические звуки, и бросились в атаку.

12

— Вигор! — закричал я.

Сила, исходящая от моего меча, ударила в ведущего упыря. Он взревел, когда его отбросило назад, и при столкновении с металлическим ограждением, обрамлявшим лестницу на станцию, вспыхнул красный огонь.

Мгновение спустя он снова был на ногах.

С криком "Защита!" Я выставил щит поперек улицы. Из-за энергии, которую я только что потратил, проявление было слабым. Атакующие гули прорвались сквозь него.

Что теперь? подумал я, отступая назад.

Упыри были достаточно близко, чтобы я почувствовал запах их горящей плоти. Плоть, которая под редеющим пламенем начала восстанавливаться. Я отбросил свой посох в сторону и сжал меч обеими руками. Попытка обезглавить четырех разъяренных упырей была равносильна самоубийству, но позади меня были невинные люди.

С обеих сторон раздались автоматные очереди. Упыри вздрогнули от ударов пуль. Подъезжали бронированные машины, подкрепление из сотни стреляло с их бортов.

— По головам! — Крикнул я в качестве напоминания — Цельтесь в головы!

Если бы пули с полым наконечником могли пробить плотные черепа существ, они могли бы нанести достаточно повреждений мозгу, чтобы они упали. При этой мысли головы двух упырей взорвались одна за другой. Пылающие существа рухнули на мостовую. К ним присоединился третий упырь.

Однако упырь, которого я сбил с ног у входа на станцию, этого не сделал. Он с ревом опустил голову, защищаясь от пуль, которые срывали с его шкуры куски пылающей плоти.

Моя пробежка назад превратилась в бег, пока я не врезался в мэра. Его широкая спина оставалась обращенной к упырям, когда он замахал руками в сторону репортеров, призывая их разойтись. Он проигнорировал своих охранников, один из которых развернул "Эскалейд", в то время как другой пытался подтащить его к открытой пассажирской двери автомобиля. По мертвенно-бледному лицу Баджа я понял, что он считает, будто наблюдает, как его предвыборная кампания сходит на нет на глазах у тех самых людей, которые формируют общественное мнение, и которых он пригласил на это мероприятие.

Я восстановил равновесие, когда отвратительный жар обжег мое лицо. Оттолкнув Баджа вперед, я развернулся с мечом в руках. Сверкнувшее лезвие перерубило руку упыря у запястья. Пылающая рука упала на мостовую, недалеко от того места, где упали Бадж и охранник.

Упырь отдернул руку и издал вопль, от которого задрожали окна. Я заметил, что стрельба прекратилась, упырь был слишком близко к мэру, чтобы Сотня рискнула открыть еще один огонь.

— Боже Всемогущий! — Воскликнул Бадж, впервые увидев это существо вблизи.

Вурдалак, который метался по кругу, сориентировался на звук и сделал выпад. Я отреагировал, взмахнув мечом, как игрок в гольф на старте. Я сразу понял, что промахнулся слишком далеко. Лезвие вонзилось в плечо, но затем зазвенело о кость и вонзилось в толстую шею упыря.

Да!

Гуль рухнул на колени. Я крутил и пилил, пытаясь завершить обезглавливание, но лезвие застряло между парой позвонков. Я застонал от напряжения, когда вокруг меня вспыхнули языки пламени и ядовитые испарения.

Без предупреждения мою левую икру пронзила боль. Я посмотрел вниз и увидел, что пылающая рука, которую я оторвал, вцепилась в мою голень. Оторванные конечности упырей, а также различной нежити, способны на такое, но это была одна из тех вещей, которые, как вы всегда представляете, случаются с кем-то другим.

Я ударил ногой, но пальцы впились быстро, ногти вонзились в кожу и мышцы. Я закричал и развернулся, пытаясь выдернуть лезвие. Но позвонки держали его, как клещи. За расплавленными веками упыря задвигались выпуклые зрачки. Существо начало приходить в себя. Его здоровая рука откинулась назад, черные когти оказались на уровне моего лица.

— Форза Дурэ! — Закричал я.

Сила, вырвавшаяся из меча, высвободила лезвие и швырнула меня на