Оборотень - Игорь Григорьевич Гребенчиков

— Это не так. Это был бы неоправданный риск. А возможность еще наверняка будет.

Вите оставалось лишь согласиться. Он и сам разделял эту точку зрения. Ситуация еще не достигла такого предела, когда ставить под угрозу невинные жизни имело бы хоть малейший смысл. Но времени оставалось в обрез. Если сегодня так ничего и не решится, то завтра Витя, если потребуется, договорится даже с дядей, но нанесет по Омеге удар первым.

Не стоило также сбрасывать со счетов и Макса, который также близок к разгадке. Который также готов пойти на самые радикальные меры в попытках поимки Омеги. Витя еще раз мысленно взмолился о том, чтобы дядя Дима воспринял его письмо более чем серьезно.

Когда после геометрии к нему с Сережей подошла Вика, Вите, который взглядом провожал выходящую из класса Мишину спину, почему-то захотелось молча уйти. Сейчас он был напряжен как струна и не особо хотел вступать в диалог вообще с кем-либо. С другой стороны и подругу обижать не хотелось. Хотя, может, конкретно Вика бы и поняла. Пусть и не сразу.

— Знаешь, солнечный, мне не очень нравится выражение твоего лица, — подметила она.

— Все плохо, Вик, — ответил Сережа.

— Насколько?

— Ровно настолько, насколько мы предполагали на выходных.

— То есть это уже сто процентов? — поинтересовалась Света, внезапно возникшая у Вити за спиной.

— Я как понимаю из разговора, тут все в курсе… обозначенной проблемы? — неуверенно подошел к друзьям Леха. Дэн в это время терпеливо ждал его на подоконнике в коридоре и считал ворон.

Света недоверчиво смерила капитана взглядом. Заметивший это Леха неловко улыбнулся:

— Свет, не надо так на меня смотреть, я свой в доску, если что.

— Я еще только учусь приемлемому уровню социализации, — фыркнула она. — Не удивляйся, учитывая, что тебя, звезду футбола, я привыкла видеть немного в другом обществе.

— Да, Леш, все в курсе, — раздраженно остановил перепалку в зародыше Витя. — Если бы еще от этого польза бы была, то было бы вообще замечательно.

Все одновременно уставились на него. Витя понял, какую глупость он сморозил, и ему вмиг стало жарче обычного:

— Простите, я… Я не то имел в виду… Я не считаю кого-то из вас бесполезным, я просто…

— Витек, все нормально, — Сережа положил другу руку на плечо. — Мы все сейчас немного напряжены. Так что не забивай голову.

— И постарайся хоть немного расслабиться, — добавила Света. — Я понимаю, что тебе сейчас трудно, учитывая все то, что на тебя свалилось, но если ты будешь себя накручивать, то сделаешь только хуже.

Витя виновато смотрел в пол. Он явно не заслуживал таких друзей.

— Да уж, давно мне так стыдно не было, — Витя готов был сквозь землю провалиться. — Простите меня еще раз. Просто я очень боюсь, что все это выйдет из-под контроля и кто-нибудь может пострадать или даже умереть. Я никогда не прощу этого себе.

— Предлагаю всем нам собраться вечером у меня дома и просто посидеть, без спиртного. Поиграть в плойку там, чайку попить. Думаю, что нам это сейчас всем необходимо, — предложила Вика. — Родители вернутся часам к десяти, так что времени будет достаточно.

— Это ты так корректно предложила внеплановую посиделку? — поинтересовался Сережа.

— Можно сказать и так, — улыбнулась Вика. — Леш, вас с Денисом тоже хотелось бы видеть. А ты еще тем более обещал проставиться за то, что тебя не было с нами в прошлый раз. Так что с тебя вафельки.

Витя про себя ойкнул. Тот «прошлый раз» он еще не единожды помянет добрым словом. Если бы не тот чертов поцелуй с Цветаевой, то абсолютно все могло бы быть иначе. Ведь именно он запустил цепочку событий, которые в итоге привели его к данной секунде. Он бы не пошел ее провожать, не узнал бы про Охотников, не встретил Аню, вряд ли бы начал общение с Максом. История пошла бы совершенно в другом ключе. И все из-за одного неверно принятого решения. Или все-таки верного?

— Дэн обещал, а не я, если ты забыла, — хмыкнул тем временем Леха.

— Все в окружении Соколова становятся занудами? — захлопала голубыми глазами Света.

— Впрочем, я не сказал, что отказываюсь, — тут же добавил Леха.

— Ну да, отмазывайся теперь, — Света явно решила потренировать свою удивительную способность язвить.

Витя был не против этой затеи. Но его внутренний критик не безосновательно заметил, что тратить время на глупости сейчас крайне безответственно. Вокруг творится настоящее безумие, а они действительно собрались просто провести время, как обычные подростки? Решение явно не самое благоразумное.

— Ребят, честно говоря, я не очень уверен, что сейчас самый подходящий момент для такого, — Витя постарался выразиться как можно более корректно. — Мы должны сейчас думать о другом. А то у меня складывается ощущение, что мы собираемся поступить так, как если бы Гарри Поттер перед битвой за Хогвартс пошел бы с Роном и Гермионой пить сливочное пиво в «Три метлы».

— Вить, от того, что мы просто уютно посидим пару часов, ничего не случится, — успокоила его Вика. — Сережа прав, мы все сейчас на взводе. Ты сам должен понимать, что это никуда не годится. Тем более, я не буду возражать, если к нам присоединится Анна, чтоб ты знал.

Тут уже Вите было крыть нечем. Он сам понимал, как нуждался сейчас в ней. Просто держать ее за руку. Внутренний волк довольно завилял хвостом. А спорить с ним Вите точно не хотелось.

— Ладно, — кивнул он. — Думаю, что это действительно пойдет всем нам на пользу.

— Я даже угощу тебя шаурмой, — подмигнул Сережа.

— Тогда решено, — заулыбалась Вика. — Часам к семи жду вас всех.

Витя решил не заходить домой после школы. Попытки убедить себя в том, что он просто не хочет ввязываться в разговоры, а не то, что он просто не хочет видеть родителей, успехом не увенчались, поэтому он решил не строить из себя святошу. Да, он все еще злился. Пусть и не так, как вчера. Но осадок остался.

— Серег, дашь позвонить? — спросил у Сережи Витя, когда они шли в сторону «Янтаря».

Сережа молча протянул ему трубку. Поколебавшись, Витя все же набрал номер мамы. Обида-обидой, но дать понять родителям, что с ним все хорошо нужно. А то они волнуются.

— Да, Сереж? — раздался мамин голос.

— Мам, это я, — тяжело ответил Витя.

— Сынок, все хорошо? — тут же всполошилась Мария. — Почему ты звонишь с Сережиного номера?

— Неважно, просто… Я, в общем, хотел сказать, что дома буду поздно,