Минхунь: развод с призраком - Лия Шах

– Эмоции людей для меня, как для вас звук. Могу «слушать», могу «говорить», ну или и то, и другое сразу.

Дух подумал и предположил:

– Скорее всего, это последствия телосложения «инь». Для людей с такой особенностью границы жизни и смерти размыты. Чаще всего они становятся кем-то вроде медиумов и работают с духами. Но ты, насколько я понял, не веришь в призраков до такой степени, что даже дар перестроился на живых. Интересный случай. Насчет «слушать» я понял, а что значит «говорить»?

«Интересный случай» хотел воспользоваться услугами ванной комнаты, так что надо переходить к делу. Пропустив мимо ушей сарказм по поводу своей недоверчивости, стала объяснять:

– Я могу не только получать эмоции окружающих людей, но и передавать им свои. Разве… этой ночью вы уже не поняли это?

Итак, самая неловкая часть этой ситуации была задета, и нужно было открыто все обсудить. Наверное, нужно еще раз извиниться, да?

– …что понял? – Два черных глаза смотрели на меня, явно не представляя, о чем идет речь. У него что, память отшибло? Или я все-таки овладела призрачным кунг-фу и спалила мозги красавчику? То-то он мне пришибленным показался.

– Ну… ночью, – замялась я, натягивая одеяло повыше.

– Что ночью? – хлопнул глазами призрак, а я начала сомневаться в собственном существовании.

– Как бы это… эээ… вы не помните? – кряхтя и покашливая от стыда, спросила я.

– Не помню что?

И это не было изощренным издевательством. Инь Ян действительно не понимал, о чем я тут бубню. Пришлось бубнеть понятнее:

– Ну там, в вине, насыпано было, понимаете? И я… ну контроль потеряла, помните? Эмпат под афродизиаками, ну и то, что мы там потом, ага?

Инь Ян моргнул, потом его взгляд метнулся в сторону смятой постели, потом на комод с подносом, а потом на меня, но уже с изрядной долей подозрения:

– То, что тебя накачали, я понял, но что ты имеешь ввиду под словом «потом»?

Я уже не только вся была равномерно розового цвета, но от меня еще и пар повалил. Серьезно, повалил. Из-за призрака температура в комнате упала ниже нуля, а вот моя температура от неловкости этого разговора зашкаливала.

– Ну когда это… когда я вас… ну понимаете? – спросила с надеждой.

Инь Ян уперся локтем в колено и прикрыл длинными пальцами уголки дрогнувших губ.

– М-м-м, – негромко протянул он, – не понимаю.

– Да как же вы не понимаете… – шипела, сжав зубы.

– Что-то в голову ничего не приходит, – ответил он чуть подрагивающим голосом.

– У вас память отшибло? – мрачно спросила я.

– Да вроде нет. Хотя уже не уверен, – тихо шепнул он.

– Ну так… вспомните, – дала я дельный совет. Однако тон был такой, как если бы я сказала: «а ну вспоминай, говнюк».

– Что-то не получается. Наверное, понадобится помощь, – ответил Инь Ян, бросив на меня слабый взгляд из-под ресниц.

И тут я поняла:

– Издеваетесь, да?

– Флиртую с женой, – заулыбался призрак, скользнув взглядом вниз по обнаженным плечам к границе одеяла, прикрывающего грудь. Впрочем, взгляд был мимолетным, после чего Инь Ян снова посмотрел в глаза и укоризненно произнес: – Вчера ночью ты порвала мне рубашку, а потом схватила, как осьминог бревно. Мультик, даже если у тебя были какие-то грязные мыслишки на мой счет, неужели думаешь, что я такой легкодоступный?

Так я что?! Я его не того-этого?! Счастье! Какое счастье!

– Нет, – заулыбалась я. – Конечно, нет! Президент Инь точно не такой!

– Вообще-то, такой, но ночью ничего не было, – вздохнул президент, прекратив играть оскорбленную добродетель. – Сначала ты думала, что осьминог, потом ты уснула, а потом проснулась и решила, что будешь пандой, а я – бамбуком. После того, как ты едва не откусила мне нос, неужели считаешь, что я мог подпустить тебя к своим брюкам? Я, может, и помер, но еще пекусь о своем здоровье.

– Очень мудрый поступок, – одобрительно покивала я, но вдруг счастливая улыбка застыла на губах. – Стойте. Но у меня болит все тело. И я точно помню, что что-то было сделано, чего не должно было быть.

Он посмотрел мне в глаза и спросил:

– Считаешь, для человека, принявшего наркотики, не должно быть последствий?

– …и то верно, – окончательно растерялась я.

Что у нас получается? Я ночью напала на призрака, чтобы… покусать его? Какая жестокость! Но все же не могу не ощущать немного радости. Хотя теперь встает другой вопрос.

– Дядя Инь, а как вы пережили эмпатический поток?

Инь Ян вздрогнул, пристально посмотрел мне в глаза, а потом вздохнул и попросил:

– Мультик, мы уже женаты. Можешь не называть меня дядей? Это очень больно, знаешь ли. Все-таки я не так уж и стар.

Не так уж и стар? Тебе тридцать! Еще чуть-чуть, и ты мог бы быть моим отцом! А потом еще чуть-чуть – и дедушкой! У меня есть тетушка, которая стала бабушкой в твоем возрасте!

– Конечно, – улыбнулась я, потому что спорить со стариками не вежливо. – Так как?

– Мне нечего тебе сказать, – пожал плечами призрак. – Я никакого потока не почувствовал.

– Не может этого быть, – всерьез нахмурилась я. – Там было достаточно, чтобы прикончить живых и воскресить мертвых. Точно ничего не почувствовали?

Инь Ян отвел взгляд, потер нос, еще немного подумал, а потом посмотрел на меня честными глазами и сообщил:

– Ну… у меня немного привстал, это правда.

И вот сидим мы на постели, смотрим друг другу в глаза, а я понимаю, что это мне за «дядю» так мстят, но вместо того, чтобы смутиться, я почувствовала, как непреодолимая сила распирает грудную клетку и рвется наружу. Я покраснела еще больше, губы задрожали и крепко сжались, а в глазах стали скапливаться слезы. Было эпически сложно, но я очень старалась сдержаться.

Инь Ян заметил это, цыкнул, закатил глаза и вздохнул:

– Ой да смейся уже…

Больше держаться не было сил. Накрывшись одеялом с головой, я громко захохотала. Над ним, над собой, над своим мифическим везением и всей этой чертовой ситуацией. Смеялась сильно и долго, пока все напряжение не ушло, а когда дело дошло до икоты, наконец, успокоилась.

Призрак усмехнулся и дружелюбно спросил:

– Полегчало?

– Да, спасибо, – благодарно