Октаверум. Сборник хоррор рассказов - Настя Полос

– Эм-м-м. Миссис Кук? – неловко позвал Зен, тошнота подкатила к горлу. – Миссис Кук?..

Ответа не последовало. Зен протянул руки. Пальцы дрожали. Он поджал губы и перевернул старушку. На одутловатом лице закатились глаза, цианоз окрасил губы, нос и уши. Узловатые пальцы вцепились в грудь, навсегда застывая в таком положении. Вначале мальчик питал надежды, что старушке стало плохо, но сейчас, глядя на нее, он понял – ей уже не помочь.

Словно из воздуха появился черный кот. Он прыгнул на труп старушки с глухим звуком. Мальчик не сдержал вскрика и отпрыгнул назад. Желтые глаза мерцали во тьме, глядя на него. Зен поднялся и бросился бежать.

Дома он сразу рассказал все родителям. А позже подслушал, что у старушки прихватило сердце. Она упала без сознания и захлебнулась в луже.

Зен долго лежал в кровати, обдумывая. Оказывается, смерть не всегда героическая, приходит в больнице или в старости, пока ты мирно спишь. Смерть может настигнуть внезапно: за едой, во время чистки зубов или просто в пути. Никто не знает, когда придет его час.

Грач снял наваждение, вытворяя мальчика из воспоминаний. Хью все еще не было.

Птица не умолкала. Это настораживало. Тот мерзкий, склизкий страх из леса подбирался к нему, и, не выдержав, он побежал к подруге в одиночку.

Семейство Бейли жило в большом двухэтажном доме по соседству. Зен пересек аккуратно подстриженный газон во дворе. Мальчик громко постучал в белоснежную дверь. Открыла миссис Бейли. У нее были пронзительные серые глаза и темного оттенка волосы, как у Несс.

– Ванесса! – устало позвала женщина, под глазами у нее темнели круги.

Несс быстро спустилась из комнаты и вышла к мальчику.

Они сели на террасе. Вскоре к ним присоединился и Хью.

Несс была подавлена. Образ больного брата до сих пор стоял перед глазами. Мелкопятнистая сыпь усеивала его лицо и торс. Кожа была неестественного желтушного оттенка. Но больше всего пугали его глаза. Белки окрасились в желтый. От зрачка ветвились алые капилляры.

– Как твой брат? – спросил Зен.

– Его забрали в больницу, – понурив плечи, ответила девочка.

Ей было страшно за брата. А вдруг он умрет? Она слышала обрывки разговоров врачей. Слышала, что многие сейчас болеют и многие умирают…

– Мэри тоже заболела, – заговорщически прошептал Хью. – Говорят, она кашляет до рвоты и у нее лезут волосы.

– И мистер Ли заболел. – Тут же вспомнил про учителя английского Зен. Про миссис Кук он не стал упоминать.

– Дедушке тоже нездоровится, – продолжил Хью. – Я слышал от доктора Брауна, что школу закрыли на карантин. Скоро будет объявление.

– Что? Но почему? – испугалась Несс, обхватывая себя руками.

– Из-за кори. Вроде бы…

– Мы тоже заболеем и умрем? – еле слышно спросила девочка.

– Почему сразу умрем? – взял инициативу Зен. – Можно поболеть и выздороветь.

– Верно, – закивал Хью, хотя внутренне был тоже напуган, но не хотел, чтобы Несс расплакалась от страха.

– А помните того старика?

– Старика? – переспросила Несс, удивленно смотря на мальчика.

– При чем тут тот старик? – растерянно произнес Хью.

– Если вспомнить, то все ведь началось именно тогда, – уже более увлеченно продолжил Зен. – Как думаете, есть ли в библиотеке что-нибудь о тех событиях в прошлом?

– А как это связано? – спросил Зен, не понимая, о чем говорил друг.

– Он сказал, что тогда все счастье города ушло. А вдруг… вдруг мы что-то натворили тогда?.. Мы должны больше узнать об этом случае!

– Можно посмотреть в книгах и старых газетах, – предложил Хью, неуверенный, был ли он с этим согласен, но это лучше, чем без дела сидеть на улице.

– Тогда сходим в библиотеку и поищем что-нибудь о нем.

Как труха на ветру разлетались жизни горожан. Смерть без устали стучалась в каждое окошко. Сколько от нее ни скрывались, она настигала. Будто кто-то неведомый собирал урожай, питался страхом, агонией, наслаждался исступленными возгласами отчаяния.

Скорбный плач и звон колоколов на погребении отныне стали представителями их вымирающего города.

Настала темная, холодная ночь. Зен крутился в постели и не мог никак уснуть. На соседней кровати почти беззвучно сопел его младший братишка Саймон.

«Вдруг и он заболеет? Или еще хуже – умрет?» – пронеслось в голове Зена.

Когтистыми лапами в окно постукивал ясень, вызывая мурашки на коже. Мальчик слышал, как в ванной из сломанного крана мерно капала вода. На чердаке, просачиваясь сквозь старые стены, завывал ветер. Он повернулся набок лицом к брату и обомлел.

Под кроватью показалось заплывшее лицо старухи. Волоски на руках и затылке встали дыбом. Рукой мальчик отчаянно пытался нащупать фонарик, который он теперь держал под подушкой. Зен в панике хватал ртом воздух. Наконец, он достал фонарик и судорожно пытался его включить, но тот никак не поддавался. Мальчик постучал по корпусу, и полился свет. Там, где он видел нечто, больше никого не было.

Зен стал корить себя за глупый испуг.

– Мне показалось, – пробормотал он.

Мальчик прислонился к спинке кровати, смыкая веки и делая глубокий вдох и выдох. Стоило ему открыть глаза, как его прошиб холодный пот, когда он заметил странную тень за окном. Неравномерными рывками она приближалась к дому. Мальчик не мог понять: это его фантазия или реальность?

Зен пустил луч фонарика, поражая обскур. Мальчику показалось, что на мгновение тьма поглотила жалкий свет его фонарика и сейчас набросится на него. Однако тень рассыпалась роем жужжащих насекомых.

Мальчик облегченно выдохнул. Но тут его фонарик предательски погас. Зен в панике вновь постучал по корпусу, но ничего не происходило. Губы дрожали, на глазах выступили слезы. Мальчик вздрогнул, услышав шепот. С силой хлопнул еще раз по фонарику. Тот заработал.

Туманная тень нависла над Зеном.

Мальчик застыл, широко раскрыв глаза. Даже сердце замерло в груди, боясь навлечь на себя нечто. А потом закричал что есть мочи.

Саймон подскочил и сразу заплакал, испугавшись. Родители ворвались в комнату. Включили свет. Перед ними были только перепуганные сыновья.

Зен непонимающе смотрел перед собой. Только что здесь что-то было! Он не решался рассказать, в чем дело, и просто молчал. Родители понимающе переглянулись. Они забрали сыновей в спальню, но даже в объятиях родителей Зену не стало спокойней.

Всю ночь мальчик вглядывался в тени и прижимал к груди фонарик. Слышал шорохи и каждый раз вздрагивал. Когда осеннее небо окрасил рассветный багрянец и зазвенели будильники, Зен и сам стал сомневаться в том, что произошло прошедшей ночью.

Октябрь сегодня сдабривал их непривычным ярким солнцем, кружащей в потоке ветра листвой и стайками перелетных птиц в небе. В людях же поселились семена беспокойства. Не было больше привычных громких разговоров, смеха и веселья. Лишь тревожный шепот и косые взгляды на родственников заболевших.

Друзья встретились перед библиотекой, как и договаривались. Зен сразу приметил непривычное для друга поведение.

– Дедушка умер этой ночью, – приглушенно произнес Хью. На нем не было лица. Бледный. Он будто даже стал ниже.

– Что?! – в один голос спросили ребята.

– Сочувствую, Хью, – прошептала Несс, обхватывая мальчика руками. Ее губы задрожали. Из глаз тут же полились горькие слезы.

– Соболезную, – присоединился Зен. Шок от услышанного высушил его. Он не понимал, что чувствовал и что ему следует делать. Все, что он мог, – это отзеркалить скорбные объятия Несс.

– Джеймсу хуже, – всхлипнула Несс. – Я так боюсь, что и он умрет!

Какое-то время они стояли так в кружке, обнявшись. Зен смотрел на бетон, что впитывал соль слез друзей, и не мог поверить в происходящее.

Мимо пронеслась скорая и остановилась у здания. Медики в защитных костюмах вывалились наружу. Все открытые участки кожи были надежно спрятаны. Они прошли к заднему входу, выкатывая пустую каталку. К ним навстречу выскочила седовласая женщина, что-то истерично объясняя, а потом все скрылись в здании.

– Не нравится мне это, – прошептал Хью, украдкой смахивая слезы. Друзья поддержали его кивком.

Минуты тянулись. Любопытство перебивалось усталостью. Никто из них этой