Здравствуйте, я ваша ведьма Агнета. Книга 8 - Евгения Потапова

вашу комнату и подумала, что у нас тоже есть чердак. Там можно организовать спальню либо для нас с мужем и малышом, либо для старших детей. Я у вас хотела узнать, стоит ли нам брать квартиру или не стоит. А ответ ко мне сам пришел. Сейчас муж придет с работы — погоню его на чердак.

Я ей стала рассказывать, что и как мы здесь делали, сколько денег потратили и прочие всякие подробности. Она взяла листочек и записывала.

— Ой, спасибо вам большое, душевный вы человек, — улыбнулась женщина.

— А вы разве не хотите знать, как роды пройдут, как жизнь потом сложится? — спросила я.

— Нет, что будет, то и будет. Узнаешь, что плохо, и будешь до самых родов мучиться. А тут не знаешь — крепко спишь, — улыбнулась она.

— Тогда желаю вам удачных родов, здорового малыша и крепкого здоровья.

— И вам всего хорошего и доброго.

Мы с ней попрощались, и я отправилась вниз готовить обед. Не успела я достать кастрюльку, как мне позвонил Николай.

— Мне тут Мара звонила, — начал он.

— Добрый день, батюшка.

— А да, привет, Агнета. В общем, она просит меня там покойника отпеть.

— Что ты от меня хочешь? Благословения? Или что? — поинтересовалась я.

— Так это, у нее же способности какие-то есть.

— Есть, — кивнула я. — А что?

— Да я что-то как-то ее опасаюсь.

— Николай, вы меня пугаете, — удивленно сказала я. — До этого ты ее не опасался, а теперь у тебя в голове что-то странное засело.

— А вдруг она что-нибудь со мной сделает?

— Напоит кагором и завлечет в свои колдовские сети, — рассмеялась я. — Езжай, батюшка, и ничего не бойся. Сделай благое дело, тебя там люди ждут. Не переживай, там самый обыкновенный покойник.

— Под твою ответственность, — строго сказал он.

— Под мою ответственность. Если что, звони.

— Хорошо.

Вспоминала, как они познакомились, и вспомнила. Это же было тогда, когда на Мару с Юрой соседка порчу навела, а мы с батюшкой всех там разогнали. Я еще в «подарок» получила косу.

— Шелби, — позвала я. — А что у нас там с планами и прочими жнецкими делами? — спросила я пустоту.

Он тут же появился с пачкой чипсов и каким-то зеленым напитком в руках.

— Да ничего, молчат пока. Соскучилась что ли по ловле покойников? — спросил бес.

— Да нет, не особо, просто непривычно. Вроде план я сделала на три года вперед, а тебя не отпускают, около меня держат.

— Должны прогнать? — удивился он. — Может, они думают, чего с тобой делать. Чипсину хочешь?

Шелби протянул мне пакет.

— Нет, — помотала я головой.

— А тархун?

— Спасибо, но нет.

— Не используй это слово при мне, — сморщился он.

— Спасибо, что ли?

— Ага, его.

— Почему?

— Да оно какое-то непонятное, — бес вытер руки об свою майку с изображением Винни-Пуха.

— Ой, не буду, чтобы не травмировать твою нежную душевную организацию, — хмыкнула я.

— А косу мне покажешь? — спросил Шелби.

— Зачем?

— Мне любопытно.

— А вдруг ты ее сопрешь.

— Если бы я хотел ее спереть, то давно бы уже это сделал, — обиделся он.

— Ладно, идем, покажу, — я поставила кастрюлю на место, и мы отправились с ним наверх.

В кабинете открыла потайную дверь и достала из волшебной комнаты косу. Шелби не отрывал взгляда от содержимого комнаты. Зайти туда он не мог.

— И даже не мечтай, — хмыкнула я.

— Ты бы морок поставила что ли, чтобы никого не соблазнять, — сказал он.

— Да вроде что-то тут подобное стояло.

— Так срок годности уже вышел, подновлять надо.

— На косу смотреть будешь или так и будешь своими зенками по комнате шарить? — спросила я.

— Угу, — кивнул он.

Я встала в позу, отставила руку в сторону с инструментом. Шелби подошел поближе, чтобы посмотреть. При его приближении коса стала просто огромной и уперлась в потолок.

— Очуметь, — обалдели мы вдвоем.

— Это получается, что ей при случае и меня можно тюкнуть? — задумчиво сказал он. — Вот так апгрейд.

— Так она еще по дороге парочку сущностей уничтожила.

— Да я помню, просто думал, что это сбой программы. Эх, растешь, Агнета. Всё убирай, не баламуть мои низменные инстинкты, и морок на комнату поставь, да защиты поднови, — посоветовал он.

— Хорошо, — кивнула я. — Спа… Благодарю тебя.

— То-то же, — погрозил он мне пальцем и исчез.

Вот такие пироги

После обеда мне снова позвонил батюшка. Опять, видно, человека что-то беспокоит.

— Агнета, — начал он осторожно.

— Что-то стряслось? — спросила я его.

— Ну так, — видно, Николай не знал, с чего начать.

— Тебя на помин не позвали или пожертвование не дали? — поинтересовалась я.

— Я не поэтому звоню, — обиженно сказал он. — Ты знаешь, чем Мара занимается?

— Ну да. У нее похоронное бюро, а еще она делает памятники и скульптуры на заказ.

— Я не про это.

— А про что? Давай рассказывай, я не понимаю тебя, — поторопила я его.

— В общем, отпеваю я покойника, все идет своим чередом, все, как положено. Вдруг покойник из своего гроба приподнимается и смотрит на всех с удивлением. У меня аж дух перехватило. Я присмотрелся, а тело-то лежит на месте. Понял, что это его душа. Озирается он во все стороны и смотрит с удивлением на всех. Потом вылез из гроба и давай бродить между скорбящими и пытаться с ними заговорить, а его-то никто не видит. Вот он уже и сердиться начал, что никто ему не отвечает. Ножкой топает, свечки задувает, в общем, безобразничает.

— Сказал бы ему, чтобы на место возвращался, — ответила я.

— Как я ему скажу? Как ты это себе представляешь? Скорбящий народ решит, что у нас все батюшки пьющие, подумают, что и этот накушался перед отпеванием кагора.

— Ну да, странно бы это выглядело, — согласилась я. — А Мара тут причем?

— Так слушай меня дальше. Тут она к нам подходит, берет этого гражданина за руку и уводит его из часовни. Самое странное то, что до этого Мара была одета в черное платье и волосы у нее были собраны в тугой пучок, а когда подошла к нему, то оказалась в какой-то белой расшитой рубашке до пят, с распущенными волосами и венком на голове. Вот раз — и в другой одежде, — удивленно сказал Николай.

— Н-да, — только я и смогла ответить.

— Она куда его повела, ты не знаешь? И вообще, что это было?

— А ты сам ее не спрашивал?

— Нет, не спрашивал. Я ее не видел после отпевания. Она вообще кто? Мара его съест или что с ним сделает? Я так и знал, что будет что-то непонятное на отпевании, — обреченно сказал батюшка.