Бездна - Николас Биндж

Вёрджил открывает рот — поднимает руку — и молчит. Энергия, переполнявшая его, угасает. Он умолкает. Впервые за всё время их знакомства он не может смотреть Джо в глаза. Глядя в пол, он шепчет:

— Это была долгая война.

Джо моргает — делает шаг назад. Хочется сесть, осмыслить всё, — но стульев нет. Только беспощадный таймер: 03:45:03. Вёрджил тянется и вкладывает доказательство ему в руку.

— Вы и Хильду туда посылали?

Вёрджил вздыхает.

— Она… она потеряна для нас.

Что-то сжимается в груди у Джо.

— Нет.

— Боюсь, что так. Времени почти не осталось.

— Я не принимаю этого. Я оставил её, и она—

— Она ушла! — Голос Вёрджила срывается. — Вы должны принять это. Вы думаете, мне было на неё наплевать? Вы понятия не имеете, от чего я отказался.

Джо качает головой.

— Она на третьем этаже? Я могу найти её. Я могу—

— Нельзя. Вы хоть представляете, насколько велика эта зараза? Третий этаж почти бесконечен. Там поглощаются миллиарды душ. Вы умрёте от старости, прежде чем найдёте её. Единственный способ остановить всё это — остановить существо.

— Почему не вы?

— Что?

Вёрджил бросает взгляд на таймер.

02:03:54

— Почему не вы? — повторяет Джо. — Вы знаете уравнение. У вас вся математика. Почему вы посылаете других вместо себя? Почему не пойти самому?

Губы Вёрджила сжимаются. Взгляд скользит от Джо к таймеру — и обратно.

— У нас нет времени—

Джо делает шаг вперёд — в нескольких дюймах от него.

— Если я собираюсь это сделать, я хочу ответа. Почему не вы?

Вёрджил несколько секунд молчит, потом затихает окончательно. Джо видит таймер краем зрения — но не двигается. Наконец Вёрджил говорит — совсем тихо:

— Потому что я боюсь. — Голос ломается, выходя наружу — густой и дрожащий. — Потому что говорю себе, что без меня — война закончится. Но по правде — я слишком труслив. Слишком страшно — перед собой, перед тем, от чего я могу оказаться готов отказаться. — Вёрджил сглатывает. — Я не уверен, хватит ли у меня воли выбраться оттуда, даже с уравнением.

— Так как же я выбрался?

Вёрджил пожимает плечами.

— Не знаю.

Джо скашивает взгляд в сторону.

00:53:25

— Время вышло, — говорит Вёрджил. — Пожалуйста. Быстро. Спускайся в вестибюль и оттуда — в подвал.

— Оно меня не остановит?

Вёрджил качает головой.

— Оно уже поглощало тебя однажды. Оно захочет тебя обратно. На этом и строится план. Но как только ты окажешься внутри — по моим расчётам, у тебя меньше восьмидесяти секунд, прежде чем оно поймёт.

Джо делает глубокий вдох. Хочется уйти — сильнее всего на свете. Он не понимает, как выжил до сих пор, — но каждая клетка тела требует бежать, идти домой туда, где проще, где легче.

Разум спотыкается об это слово.

Легче.

Удобнее.

Вот оно и есть, правда? Вот что обещает зверь. Вот что обещает современный мир: жизнь может стать эффективнее и удобнее, если хочешь. Нужно только пожертвовать всем.

Нет.

Нет больше.

Он думает о Хильде — о сыне, который никогда не увидит маму. Складывает доказательство и убирает в карман. Открывает дверь — готов спускаться в ад.

ВОСЕМЬ

Лестничный пролёт короче на пути вниз — всего два этажа до таблички «первый этаж». Вдалеке сквозь стены глухо ухают удары — как работа гигантского тяжёлого механизма. Здание бесконечно перестраивает себя.

Джо знает, куда идти: вниз по лестнице, в вестибюль, через другую дверь — в подвал. По крайней мере, дверь была там. Он понимает, что это ничего не гарантирует.

И всё же, спускаясь, он не может не ощутить притяжение — внутреннюю гравитацию: словно верёвку вокруг окровавленного пояса, тянущую его. Вёрджил был прав: чем бы я ни стал, я теперь — порождение этого зверя. Его дитя.

Притяжение выводит его в пустой вестибюль, где стеклянные двойные двери вернулись на место — открывая соблазнительный вид на улицу. Пасмурное небо немного прояснилось, и луч солнца падает на мостовую снаружи.

Громкоговорящая