Пока не погаснет последний фонарь. Том 4 - Ангелина Шэн

Потому что до нас донесся звонок в дверь.

Мы все молча переглянулись.

— Никто из нас же не рассказывал страшилку, которая начинается со звонка в дверь?.. — протянул Ивасаки.

— Из нас — нет. А вот что насчет соседей Хираи... — невозмутимо отозвалась Эмири.

Звонок повторился еще раз.

— Надо проверить. — Ивасаки встал с дивана, и вдруг дверь в гостиную открылась.

А на пороге показался Араи.

Глава 11

ちりも積もれば山となる

Когда пылинки накапливаются, они становятся горой

Я, вздрогнув от неожиданности, тут же встала.

Араи оглядел нас с заметным волнением, но, видимо поняв, что с нами все в порядке, слабо улыбнулся:

— Вы сказали, что будете здесь, но не открывали дверь, и я начал беспокоиться...

— Араи! — воскликнул Ивасаки и шагнул ему навстречу. На его лице смешались недоверие, облегчение... но ярче всего была радость.

Араи замер, удивленный его реакцией, а затем улыбнулся уже шире:

— Это точно ты? Если ёкай, то очень неубедительно играешь Ивасаки.

С лица Ивасаки в одно мгновение исчезла радость. Он закатил глаза, а после посмотрел на Араи с куда более привычной насмешкой.

— Кто бы еще говорил про убедительную игру... оммёдзи, — фыркнул он. — Наконец решил переодеться?

Я пока молча смотрела на Араи, не в силах произнести ни слова — по разным причинам. Сильнее всего ощущалась скорбь. Почти таким же ярким было чувство вины. А еще я была сбита с толку. И не только тем, как Араи внезапно объявился в квартире — в запертой квартире. Было совершенно непривычно видеть его в обычной одежде. А сейчас он пришел в строгом черном костюме.

— Араи-сенсей! — воскликнула Йоко, подскочив с дивана. — Как же я рада вас видеть!

В ее голосе на мгновение прозвенела боль, и она же заволокла ее глаза намеком на непролитые слезы.

— Я тоже очень рад вас видеть. Живыми, — добавил Араи. — Я так боялся, что ваш план не сработает. Хотя что-то явно пошло не так.

— Мягко сказано, — отозвалась Эмири и с нескрываемым любопытством посмотрела на него. — А как вы вошли?

— У меня тот же вопрос... — пробормотал Хираи, с недоумением глядя на Араи. — Это точно ваш друг-оммёдзи, а не ёкай?

Радость от встречи, которая сумела пробиться сквозь клубящиеся в моей душе болезненные чувства, вновь едва не погасла под порывами печали и раскаяния.

Йоко на мгновение зажмурилась, пытаясь сдержать слезы, а Эмири почти с раздражением глянула на Хираи. Но его нельзя было винить... он ни о чем не знал.

Как и Кадзуо. Вернее, тот забыл, что произошло с Араи. Забыл его самого. И в глазах Кадзуо блеснуло яркое удивление с примесью настороженности, стоило незнакомцу беспрепятственно проникнуть в запертую квартиру.

Ивасаки заметно приуныл и отвел от Араи взгляд. Я не сомневалась: чувство вины в его душе было не слабее, чем в моей. А возможно, даже куда сильнее.

Только Араи оставался невозмутим, сохраняя легкую полуулыбку.

— Насчет игры... Как мне кажется, я был более чем убедителен, — довольно заметил он. — Только не говори, что не поверил.

Ивасаки хотел возразить, но не нашелся. И Араи, заметив это замешательство, усмехнулся:

— Хоть мне и самому поначалу совершенно не нравилось, что пришлось вживаться в подобный образ... притворяться оммёдзи в условиях того города стало даже забавно. Тем более так я каждый день мог тебя доставать.

— Вот это у тебя точно получалось, — кивнул Ивасаки. — Как оммёдзи ты был не только «более чем убедителен», но и более чем раздражающ.

— В этом ты от меня не отставал. А насчет смены костюма... — Араи оглядел себя, черты его лица на миг ожесточились, а взгляд потемнел. Но он быстро вернул себе веселую невозмутимость. — Сюда я попал именно в таком виде. Хоть какая-то польза от того, что меня уже похоронили. Наряд оммёдзи мне уже надоел.

Эти слова ударили по Ивасаки. Да и по остальным тоже...

По всем, кроме Хираи и Кадзуо. В них слова Араи распалили и без того уже ярко горевшие недоумение и подозрение.

— Похоронили? — непонимающе переспросил Хираи.

— Что вы имеете в виду? — подхватил Кадзуо, внимательно посмотрел сначала на Араи, окинул пристальным взглядом остальных и остановился на мне.

Теперь недоумение отразилось уже на лице Араи. Он, нахмурившись, посмотрел на Кадзуо, а затем на Ивасаки, ожидая пояснений.

Но все молчали. И молчание это было тяжелее, чем я могла себе представить.

— Теперь и у меня есть вопросы... — протянул Араи.

— Араи-сенсей, дело в том, что Кадзуо... — неуверенно начала я, решив разобраться для начала с этим. Я не могла найти в себе сил ответить на вопросы Кадзуо и Хираи о смысле слов Араи. — Кадзуо все забыл. Потому что перестал быть икирё.

Араи казался теперь не просто удивленным — пораженным. Он посмотрел на Кадзуо, и его взгляд будто заволокли тучи. А затем он покосился на меня, и тогда я заметила мелькнувшее на его лице сочувствие.

И с трудом сдержала порыв отвернуться.

— Ты... действительно все забыл? — Араи пристально посмотрел на Кадзуо. Казалось, он все не мог поверить, что подобное возможно.

Кадзуо поджал губы, и на его лице мелькнула тень недовольства.

— По-видимому... Я-то не помню. Но обстоятельства доказывают... что это действительно так. Вы, как я понимаю, меня знаете? А я должен знать вас?

Араи медленно кивнул.

— Ты забыл все, что происходило в том городе. В таком случае ты не помнишь и о...

Он осекся. А меня электрическим разрядом пронзил страх: что, если Араи скажет хоть слово о Хасэгаве?

Но тот не торопился продолжать, вместо этого посмотрел на меня с молчаливым вопросом в глазах.

— Я же сказала: Кадзуо забыл все.

Я постаралась, чтобы голос прозвучал ровно. Чтобы Кадзуо не догадался: он забыл нечто очень важное, связанное напрямую с ним. И все же этой заминки хватило, чтобы Кадзуо начал что-то подозревать.

— Вы сейчас подразумевали нечто конкретное... Араи-сенсей? — невозмутимо спросил он, и все же его голос обдал нас холодом.

Араи молчал всего мгновение. А затем с непринужденным видом указал на себя:

— О том, почему я беспрепятственно сюда попал и почему заговорил о своей смерти. Ты должен был знать причину, потому я и удивился... что удивлен ты. А вот недоумение... Одзи, насколько я помню?.. Мне вполне понятно.

Я испытала нечто похожее на облегчение. Пусть и довольно странное.

Я не хотела, чтобы Кадзуо заново узнал правду о Хаттори Исао... подобным образом. И была благодарна Араи за то, что он ничего не сказал.

— Меня зовут Хираи Хикару, — несколько рассеянно отозвался Хираи и, качнув головой, поморщился. — Так вы расскажете, в чем дело? Как минимум, ваш друг явно очень хочет услышать ответ.

Кадзуо странно покосился на Хираи, но промолчал.

— Все просто. Я онрё, — объяснил Араи. Таким тоном, будто это самая обычная новость.

Хираи растерянно застыл, будто не понял сказанное. А вот лицо Кадзуо превратилось в ничего не выражающую маску.

— Онрё? — спустя примерно минуту трещавшей от напряжения тишины повторил он.

— Да. Я погиб в этом мире и по определенным причинам попал в тот ужасный город. Вместе с Ивасаки. — Араи кивнул в его сторону.

— И... мы должны в это поверить? — спросил Кадзуо.

— А почему нет? Ты же сам недавно встретился с ёкаями и даже с юрэем, — напомнила ему Эмири.

— Видимо, для мстительного духа я слишком обаятелен, — усмехнулся Араи, а Ивасаки тихо фыркнул.

— Онрё? — Хираи обвел нас скептическим взглядом, давая понять, что сомневается в нашем здравом уме. — То есть вы все это время дружили с мертвым? В том про́клятом городе, кишащем ёкаями? И в страшных историях полагались на онрё?

— Следи за словами. — Ивасаки смерил Хираи неприязненным взглядом.

— Так мы же