Возвращение в Навь - Татьяна Филатова

нее, - он указал на куклу, - мой сын. Там. В Нави. Среди той нежити и нечисти, что там обитает. Я провел там восемь дней. За это время меня пытались утопить, сожрать, закопать живьем, задушить, свести с ума. Из самого безобидного – это клюка старого упыря, который лупил ею меня по голове, после чего он прихорошился и сожрал ни в чем неповинную девушку, что притащил из мира живых. Наташ, Навь – не место для ребенка.

- Поэтому там и не может быть детей…

- Так где же он тогда? В кукле?!

- Нет, - снова беря в руки куклу, ответила Наталья. – Кукла – это действительно сосуд, но он пуст, там сейчас никого нет.

- Отправь меня в Навь, - взмолился Сергей. – Прошу.

- А как ты вернешься?

- Твоя прабабка поможет. Разумеется, если ей хорошенько заплатить. Вот только чем… - Сергей осмотрелся по сторонам.

- Скажи ей, что я взяла с тебя оплату в десятикратном размере, - ухмыльнулась Наталья. – Мол, вклад в будущее.

- Идет, - ответил Сергей. – Вернусь – доплачу. Сколько скажешь.

- А как сына сюда перетянешь?

- Убью ведьму…

Время близилось к полуночи. Наталья Львовна, напоив Сергея дешевым растворимым кофе, который ей, как она сама сказала, подарили благодарные клиенты, почти три часа возилась на кухне с какими-то травами и порошками, читала записи из старой тетрадки, что-то нашептывала… Сергей тем временем зашел в свой аккаунт одной из социальных сетей, нашел фотографии сына и смотрел на них так, словно видел их впервые. Когда Наталья вошла в комнату, он, не отрывая взгляда от экрана телефона, сказал ей:

- Я написал матери и бывшей жене, что пытаюсь найти способ вернуть сына к жизни. Обе начали мне в ответ присылать кучу сообщений, но я их игнорирую. К сожалению, этим своим действием я уже никого не удивляю.

- Я могу тебя убить, - неуверенно сказала уставшая женщина, что держала в руках горячий заварник. – Вот, это нужно выпить. Это действительно сделает тебя… - она задумалась. – Практически мертвым. Сердце будет биться слабо. Если здоровое – выдержит. Если не выдержит – меня посадят. Пей, ложись на диван, засыпай. Я проведу обряд. Надеюсь, Наталья, которая моя, как ты говоришь, трижды прабабка, поможет, и ты не заблудишься между мирами. Если все будет так, как ты того хочешь, она встретит тебя на том свете, но где именно – я не знаю.

- Зато я догадываюсь, - ответил Сергей. – Есть там одно тонкое место – она сама так его называла. Дай минутку… Кроссовки надену. Не хочу там щеголять босиком. В прошлый раз мне даже машину удалось с собой перетащить, в этот – хотя бы обувь нормальную захвачу… Прости, натопчу тебе сейчас. Протри потом после меня пол.

- Не протру, - спокойно сказала Наталья Львовна, - плохая примета протирать пол за тем, кто уходит. А ты уходишь…

Сергей надел кроссовки, сел на застеленный цветастым покрывалом старый диван, застегнул спортивную кофту, предварительно положив за пазуху тряпичную куклу, и взял большую кружку, в которую Наталья что-то налила из заварника.

- Не уверена насчет вкуса, - виновато сказала она.

- Думаю, что не противнее чая из могильной травы, - усмехнулся Сергей. – Лишь бы потом в туалет не приспичило… - он все еще пытался казаться веселым. – Твое здоровье, Наталья Львовна. Только зеленкой на мне, как в детстве в лагере, не рисуй ничего, пожалуйста.

Сергей залпом выпил все содержимое кружки и тут же выронил ее на пол.

- Так быстро? – заплетающимся языком проговорил он.

- А теперь ты умрешь, - взволнованно сказала Наталья. – Почти умрешь. Впадешь в летаргию. Ну, я надеюсь, - неуверенно добавила она. – Если я сделала все верно, то уже сейчас… Сергей? – Наталья заметила, что глаза ее клиента закатились. – Сергей? – повторила она.

Но Сергей не отвечал – он уже не слышал ее. Наталья достала из шкафа свой тонометр – весьма нужный, как она считала, атрибут ее взрослой жизни, надела манжету на руку Сергея, попыталась измерить давление, но аппарат выдал ошибку. Напуганная женщина взяла свою пудру, открыла ее и приложила зеркальце ко рту Сергея – ничего. Она уже готова была закричать и разрыдаться, когда вдруг спустя несколько секунд зеркало все же запотело.

- Живой, - дрожащим голосом сказала Наталья и, с трудом сдерживая слезы, улыбнулась. Взглянула на часы – без пяти двенадцать. – Пора…

Она принесла из кухни старую тетрадь, зажгла свечи, расставила их по всей комнате, предварительно выключив свет, и принялась читать текст, что ей был передан еще ее бабкой. Сергей лежал с закрытыми глазами, его руки были сложены на груди. Наталья сидела рядом с ним на стуле и дрожащим голосом читала заклинание, необходимое для проведения обряда, в который сама Наталья еще несколько часов не верила. Огонь на свечах то поднимался высоко вверх, то опускался, почти затухая. До полуночи оставалось меньше минуты, до завершения текста – пара строчек. Когда же Наталья дочитала последние слова, окно распахнулось, и резким порывом ветра тут же задуло все свечи. В полной темноте женщине показалось, как что-то светлое поднималось от полумертвого тела Сергея, но была ли это его душа или же просто – дым от потухших свеч, она не знала…

Глава 2. Тонкое место

Болели глаза, вероятно, снова лопнули сосуды. Голова не болела – она гудела, словно внутри нее ревел реактивный двигатель. Он провел пальцами под носом, вытер что-то мокрое, липкое, осторожно коснулся этими пальцами кончика языка и понял, что из носа текла кровь. Немного, но в прошлый раз такого не было. Прошлый раз… Выходит, у них получилось?

Сергей лежал на сырой земле и, как только он это осознал, тут же подскочил на ноги. Вокруг была кромешная тьма, и это его порадовало – он все же попал в Навь. Ирония… Еще несколько дней назад эта мгла его раздражала, пугала, напрочь стирала чувство безопасности и убивала всякую надежду на жизнь как таковую. Однако теперь все изменилось. Сергей обшарил руками вокруг и понял – он в лесу. Не в чужой квартире на третьем этаже старой пятиэтажки, а в лесу, что пролегал в загробном мире. Под ногами, несомненно, был теперь не старый советский протоптанный ковер, а неровная поверхность, на которой