Пресекая их в зародыше - Эдвард Ли

почти не слышал ее. На этот раз он смотрел на ее соблазнительное декольте и большую грудь без бюстгальтера с коническими сосками, торчащими из ткани ее узкой футболки ZZ Top.

"Черт", - подумал он.

Рагуил нахмурился.

- Серьезно, мистер Шарстед. По крайней мере, попытайся противостоять таким порывам. Похоть - это тяжелый грех.

Шарстед бросил быстрый взгляд на огромный живот, бедра и бока Рагуила.

- Как и обжорство, да?

Приветливое выражение лица Рагуила померкло.

- Это очень оскорбительно, мистер Шарстед. Я делаю тебе одолжение, помнишь? Неуместно меня оскорблять.

- Извини. Я всего лишь опроверг твое утверждение, указав на явное противоречие.

Рагуил с сожалением покачал головой.

- Тысячу лет назад я бы отправил тебя собирать вещи за этот комментарий. А некоторые из моих соратников поступили бы гораздо хуже.

Это становилось забавным.

- Например как?

- Все равно, что позволить крымским татарам взять тебя в плен. Ты хоть представляешь, что они делали с пенисами пленных захватчиков?

"Пенисы", - подумал Шарстед в появившемся тумане.

- Ладно, я прошу прощения за то, что намекнул, что ты виновен в грехе обжорства, - он все равно бросил еще один быстрый взгляд на живот своего сопровождающего. - Итак, ты можешь продолжить этот невозможный монолог.

- Очень хорошо. Как я уже говорил, на Небесах есть такие же циклы голосования, как и здесь. Выборы в Небесный Парламент - один из таких примеров. Но мы, Калигинавты, существуем при Небесном Дворе. Парламент меняет законы различными постановлениями. Это и произошло совсем недавно. И теперь у нас, членов Небесного Двора, изменились наши должностные обязанности. Теперь нам разрешено изменять будущее во благо трактата Доброй Воли. Следуешь за моей мыслью так далеко?

- Конечно, - сказал Шарстед и заказал третье пиво. - Изменять будущее.

- На протяжении тысячелетий он менялся туда и обратно несколько раз. По крайней мере, на данный момент нам разрешено, ну, сбалансировать ситуацию, обезьянничать на весах, так сказать. Нам разрешено пресекать события в зародыше. По ходу дела ты поймешь больше.

"Что я ДЕЛАЮ с этим парнем? - спросил себя Шарстед. - Мне следовало бы сидеть сложа руки дома и смотреть фильмы Джули Энн Прескотт на кабельном, но вместо этого..."

- Теперь нам дано разрешение пресекать их в зародыше, мистер Шарстед, - продолжил Рагуил со своим небольшим исследованием. - Конечно, современные социологические выводы говорят тебе, что, за неимением лучшего термина, плохими людьми не рождаются, ими становятся. Ты это понимаешь?

Подбородок Шарстеда снова оказался на ладони.

- Конечно. Серийные убийцы, насильники и так далее становятся преступниками в силу своего воспитания или в силу особенностей своего жизненного опыта. Они не могут ничем помочь такими, какие они есть, потому что на самом деле они являются жертвами негативного окружения, в основном в детстве. Если маленького ребенка изнасиловал отчим, дядя, учитель или кто угодно, то именно по этой причине он становится насильником во взрослом возрасте. Если маленькую девочку продавала ее мать-наркоманка, мать-проститутка, тогда маленькая девочка становится наркоманкой и в более позднем возрасте занимается проституцией. И так далее. Дети вырастают и продают наркотики в гетто, потому что так поступали их матери и отцы. Индоктринация усвоенного поведения. Ты растешь в криминальной среде, ты сам становишься преступником. Это простая логика, и она имеет смысл.

- Значит, монстрами создаются, а не рождаются?

- Да.

Рагуил поднял палец.

- И вот тут ты ошибаешься, мистер Шарстед. Поверь, некоторые люди просто рождаются злыми. Это одна из самых эффективных махинаций дьявола, наряду с распространением популярной психологии и социологии. Сатана прилагает огромные усилия, чтобы добиться того, чтобы некоторые дети рождались злыми. Они рождены, чтобы стать помощниками Люцифера и выполнять его дьявольские приказы. Возможно, ты не захочешь в это верить, но ты можешь мне доверять. Это совершенно верно, и это душераздирающее обстоятельство, особенно для голосующих членов Небесного Парламента. Долгое время самым большим вопросом был вопрос: почему бы не остановить это заранее? И это всегда отвергалось. Но времена меняются, мистер Шарстед, там так же, как и здесь. Теперь нам разрешено остановить это до того, как будет нанесен ущерб, - Рагуил ухмыльнулся и повторил: - Нам разрешено пресекать их в зародыше.

Шарстед быстро покачал головой, как герой мультфильма.

- Ты имеешь в виду... вам разрешено убивать младенцев до того, как они вырастут насильниками и убийцами?

- Ну да, но не только младенцев. Всех. Всех, кто родился злым. Одно дело родиться незнающим Евангелие. Но совсем другое - знать Евангелие, а затем с удвоенной силой отвергать его; это просто еще одна тактика Сатаны. Но теперь мы можем дать отпор. А если это не сработает? - Рагуил пожал плечами. - Этот вопрос будет отклонен, и они подумают о чем-то другом.

Шарстед заметил беременную женщину, крутящуюся возле одного из бильярдных столов; на ней была футболка с надписью "НЕПОРОЧНОЕ ЗАЧАТИЕ".

- Ах, я вижу, ты жаждешь этой беременной женщины, - сказал Рагуил.

- Я не жажду!

- Ну, посмотрим... - осторожно, обхватив руками вещь, похожую на портсигар, он поднес ее к глазам, быстро взглянул, а затем убрал. - Ах, я рад сообщить, что твоя беременная подруга не родилась злой, но...

- Ты, должно быть, издеваешься надо мной! - Шарстед возражал. - Ты говоришь мне, что работаешь на Бога, а Бог говорит, что можно убивать людей, прежде чем они совершат ужасные поступки?

- Нет, нет, я сказал, что это сделал Небесный Парламент. Бог действительно дает Своим подданным некоторую свободу действий в вопросах самоуправления. Мы не марионетки, знаешь ли ты...

Шарстед стиснул зубы.

- Это глупо!

У Рагуила не было времени возражать этому заявлению, когда Марси позвонила в колокольчик и громко сообщила:

- Слушайте все, доставайте свои билеты! Пришло время выбрать победителя розыгрыша!

Взволнованный ропот усилился, и все глаза с тревогой посмотрели на барменшу.

- И победителем становится... - начала Марси, - семь-семь, семь-семь-семь, семь-семь.

Возбужденный ропот сменился стонами разочарования, а затем проигравшие билеты упали на пол.

- Я выиграл! - воскликнул Рагуил, показывая свой билет.

Шарстед посмотрел на него косо.

Марси, ухмыляясь, взяла билет.

- Все-таки вы это сделали, сэр. Вы хотите, чтобы ваш омар был фарширован, запечен или приготовлен на пару?

- Хм, погодите-ка... Я выберу, пожалуйста, фаршированного и запеченного. И заверните мне его с собой, если не возражаете.

- Да, сэр. Поздравляю!

Шарстед все еще косо смотрел на тучного мужчину.

- Ты... это подстроил?

-