Сплатология 2.0 - Джейсон Никки

сбрасывали охапки листьев, другие упрямо держались. Но все деревья на этой проселочной дороге были голыми и маслянистыми. У Родни от этого мурашки побежали по коже, и он был уверен, что на его девушку это действует еще сильнее. Кори смотрела в окно, ее брови дрожали, а губы были сжаты в тонкую линию.

- Ты же не на кладбище меня везешь, правда? Я не некрофилка!

Родни заржал.

- Нет. Я не извращенец.

- Ну... Это спорно.

Она сказала это с юмором. По крайней мере, она повеселела, прониклась духом происходящего. Родни ухмыльнулся, когда его "Пинто" обогнул крутой поворот и поднялся на очередной крутой холм. Если бы шел дождь или был гололед, машина не проехала бы так далеко.

- Ты бывал здесь, когда был ребенком? - спросила Кори.

- Ага. Мы приезжали на великах. А иногда нас подвозил ребенок постарше.

- Насколько старше?

- Ну, на самом деле нас познакомил с этим местом шестнадцатилетний парень. Когда нам было по десять, это был брат Ретта Бинкли. Не Честер-Насильник. В любом случае, именно там я выкурил свою первую сигарету.

- Так это поездка по закоулкам памяти?

- Можно и так сказать. Или можно совсем раскиснуть и сказать, что я доверяю тебе достаточно, чтобы включить тебя в свои детские воспоминания.

- О. Как мило.

- Но это классное место. Ты поймешь, что я имею в виду, когда мы туда доберемся.

- Когда мы туда доберемся?

- Уже недалеко.

- Мы уже приехали? - ехидно спросила Кори.

- Еще нет.

- А сейчас?

- Еще... нет.

- А сейчас? 

Родни улыбнулся.

- Если спросишь еще раз... дам по попке.

Она замолчала, глаза расширились.

- Черт. Я правда хотел, чтобы ты спросила еще раз.

- Может, когда будем дома.

- Мы определенно можем потрахаться в Саду.

- А?

- Именно там я впервые пощупал сиську.

- Уверена, что это сделала какая-то девица, сама того не желая.

- Эй. Нет. Ее звали Саммер, и я был ей симпатичен.

- Она была уродливой?

- Она не такая красивая, как ты.

- Оу.

Внутри машины стало тепло.

- Серьезно, хочешь потрахаться, когда приедем? После небольшой разведки?

Кори оскалилась. Зубы начинали желтеть.

- Ага. В конце концов, мы должны показать Саммер, как это делается.

- Ага. Она упустила свое.

Он сбавил скорость. Фары светили вперед по дороге, освещая гравий, который напоминал ему лунный каменистый ландшафт. В нескольких ярдах от него над бурлящим ручьем возвышался крытый мост. Родни повернул руль и въехал в заросшую травой канаву.

- Это тот самый мост?

- Чуть дальше. Но я думаю, лучше пройтись пешком.

- На этот жуткий крытый мост? Нет, спасибо.

- Разве страх не считается возбуждающим средством? - спросил Родни.

- Посмотрим, насколько сексуально я себя почувствую после того, как обосрусь.

- Некоторым людям это нравится.

- Надеюсь, не тебе.

Родни фыркнул, открыл дверцу и вылез из машины. Кори перебралась и вышла с его стороны. Она прижалась к нему. Воздух похолодел, и по ее обнаженному животу и рукам побежали мурашки. В скудном лунном свете он с удовольствием заметил, что под тканью ее топа проступили соски. Они выглядели как маленькие пробки.

- Загляни в бардачок, - сказал он. - Там должен быть фонарик.

Она вздохнула, наклоняясь обратно в машину. Он любовался ее задницей, пока она искала источник света. Несмотря на его шутки, у нее была полная и округлая попка. Ему хотелось положить ладонь на одну из ее шарообразных половинок, а затем скользнуть пальцами ей между ног...

Он был так возбужден, что это причиняло боль. Член упирался в боксеры. Родни провел рукой по своему члену, надеясь, что она сдержит свое слово и позволит ему трахнуть ее в Саду.

Они уже несколько раз занимались сексом за пределами квартиры, и это всегда было возбуждающе. Один раз - на потрескавшемся асфальте перед мексиканским магазином. В другой - в беседке в городском парке. Лучшим было, когда они трахались на парковке, где кто угодно мог войти и застать их: она склонилась над капотом чужого "Мерседеса", а он похотливо двигал задницей и пускал слюни на руку, чтобы добавить немного смазки к их совокуплению.

Сад, - подумал он, - будет самым лучшим из всех.

Она вернулась, посветив фонариком прямо ему в лицо.

- Эй! Ты чего? Ослепить меня пытаешься?

- Упс.

Кори перевернула фонарик и протянула ему.

Он направил луч на мост, взял ее за руку и двинулся вперед. Они шли молча, гравий хрустел под ногами, словно жеваный попкорн, ветер завывал в голых деревьях, а где-то рядом ухала сова. Точь-в-точь как в хэллоуинском мультике.

- Знаешь, что с этим мостом связана история о привидениях?

- Пожалуйста, не говори так.

Кори вздрогнула, прижимаясь к нему. Он наслаждался теплом ее тела.

- Брат Ретта рассказывал нам. Когда мост только построили, Калифер был городом первопроходцев. Ничего, кроме мельницы, нескольких домов и универсального магазина. Люди жили с земли.

- Хорошо для них.

- Плохо. Потому что однажды зимой Калифер словно прокляли. Ты слышала про Великий Холод?

- Ага. В школе учили. Когда город только заселяли, весь город обледенел, а животные исчезли. Если бы не еда, которую они запасли летом, все бы умерли.

- Ну. Один человек все-таки умер.

- Ты шутишь.

- Его звали Уоллес Полтер. И он был сумасшедшим!

Она вздрогнула от этого слова.

- Я узнаю это имя. Почему я его узнаю?

- Потому что ты его слышала. Каждый Хэллоуин. Есть песня про него. Уоллес Портер, болтается на веревке. Не ходи под ним, а то он тебя схватит!

- Ужасная песня.

- Это не совсем те слова.

Он посветил фонариком в сторону входа на мост. Луч, казалось, делился пополам, освещая только воздух перед крышей. Темнота была чернее ночи. Она казалась почти твердой.

- В любом случае, - продолжал Родни, - Уоллес был деревенским дурачком. Он гонялся за девчонками, ввязывался в драки, не ходил в церковь, и никто его особо не любил. Так что, когда пришел Великий Холод и все стали раздавать еду по карточкам, Уоллес не думал