Здравствуйте, я ваша ведьма Агнета. Книга 12 - Евгения Потапова

— Не знаю, может быть, — покачала головой Настя.

— У твоего папы сейчас рвутся с ней связи — это во-первых, во-вторых, может, он действительно за тебя переволновался, и в-третьих — просто устал. Так что не забивай себе голову, — попыталась успокоить ее Мара.

— Вы так спокойно обо всем этом говорите, а мне не верится, что ее больше нет.

— Радость моя, если бы я знала, что все это произойдет, то я бы на порог тебя не пустила, и помощнику запретила у тебя брать заказ. Ты же помнишь, на что ты сделала заказ?

— Да, помню, — опустила глаза Настя.

— Твоя змея подколодная чуть не угробила меня и моих родных, она убила твою мать, собиралась убить тебя, чтобы забрать себе твое здоровье, твои годы жизни, твою красоту. Она хотела забрать у тебя все, а ты бы через пару месяцев лежала в гробу красивой невестой, — холодным тоном выговаривала Мара.

От ее голоса посуда задрожала на столе и зазвенели стекла в буфете.

— Мамочка, не надо, — Яночка взяла Мару за руку, и та сразу успокоилась.

— Да, хорошо, милая, я не буду больше шуметь.

— Ты чего хочешь-то, — вдруг обратился к Маре до этого молчавший Юра. — Она ей больше года мозги промывала. Естественно, новая информация плохо усваивается.

Настя сжала кулаки, чувствуя, как в груди поднимается горячая волна гнева и растерянности.

— Я не защищаю ее! — вырвалось у нее. — Просто... если она действительно ушла, почему я до сих пор чувствую, будто что-то не так?

Мара переглянулась со Светиком, затем медленно поднялась и подошла к окну. За стеклом бушевала метель, белые вихри сливались с темнотой.

— Потому что ее следы еще не стерлись, — тихо сказала она. — Зеркала, заговоры, привязки... Все это не исчезает в одно мгновение. Особенно если...

— Если что? — Настя встала, сердце бешено колотилось.

— Если она долго и планомерно пыталась тебя извести, используя разные ритуалы и заговоры, — закончила Мара, поворачиваясь к ней.

— Да, ты права, — кивнула Настя. — Я так от всего этого устала. Я... я просто не понимаю, как могла не заметить. Она же была такой... нормальной. Готовила, убирала, заботилась обо мне, когда я болела, поддержала, когда не стало мамы.

— И именно поэтому ты не замечала, как слабеешь, — тихо сказала Мара. — Настоящие проклятия редко выглядят страшно. Они прячутся в мелочах: в стакане чая, в подаренном зеркальце, в ласковых словах.

Светик дожевал кусок пирога и допил чай.

— Если все поели, то может, мы будем выдвигаться в сторону дома? — спросил он. — Хочется выспаться в своей постели, прости, Юра.

— Ты знаешь, я люблю дочь и внучку, и ты во мне не вызываешь отторжения, но у меня тоже есть своя личная жизнь. Так что я не против, если вы свалите все из моего дома, — парировал Юра.

— Вот и договорились, — улыбнулась Мара.

В течение пяти минут все убрали со стола, собрались и уехали в дом Мары.

В эту ночь все спали спокойно, никто ни к кому не приходил, не пугал и не рассказывал страшные вещи.

Рано утром обитателей дома разбудил звонок телефона. Сонная Настя взяла трубку. На экране — «Папа». Она нажала на ответ, предчувствуя недоброе.

— Алло? Папа?

В трубке — долгая пауза, потом глухой, неестественно ровный голос отца:

— Настена... Инга умерла.

У Насти перехватило дыхание. В ушах зазвенело. Она не понимает, должна ли она чувствовать облегчение или ужас.

— Как... что случилось?

— Не знаю. Нашел ее в своей постели. Зеркало... разбито. Она... — его голос дрогнул, — Она будто высохла изнутри.

— Папа, ты где сейчас? — спросила Настя.

— В квартире. Тут полиция, врачи. Ты когда дома появишься? Ты мне очень нужна.

— Через час где-то, сейчас перекушу и приеду.

— Я буду ждать, — ответил он и сбросил звонок.

Настя вышла из комнаты и поплелась в ванную. Она громко зевнула и принялась умываться.

— Значит, Яночка не обманула, Инга и правда умерла, — вздохнула она.

Она спустилась вниз в кухню. Там уже над завтраком колдовал Светик.

— Плохие новости? — спросил он с участием.

— Да, — кивнула она. — Мне нужно ехать, помочь отцу.

— Гроб, который ты заказала, можно отдать твоей мачехе, все равно он тебе не скоро пригодится, — позади послышался голос Мары. — Да и памятник могу отдать со скидкой. Хотя сначала ставят что-то легкое, а потом через год только что-то монументальное.

— Да, спасибо, — кивнула задумчиво Настя. — Сколько я вам должна за все?

— Честно? Я не знаю, — пожала плечами Мара.

— Я переведу вам столько, сколько планировала потратить на похороны, — сказала Настя.

— Я не против, — согласилась с ней Мара.

Настя медленно допила чай, чувствуя, как горячая жидкость разливается по телу, прогоняя остатки сна. За окном медленно поднималось солнце, и казалось невероятным, что где-то в этом же мире лежит мертвая женщина — та самая, что еще вчера казалась такой живой и опасной.

— Тебя проводить? — спросила Мара, вставая из-за стола.

— Нет, спасибо, я сама.

Настя кивнула и поднялась наверх собираться. В своей комнате она остановилась перед зеркалом — обычным, без чертополоха и зловещих отражений. «Инга мертва. Значит, это правда конец?» Но почему-то внутри оставался холодный комок тревоги.

Через полчаса она уже ехала по заснеженной дороге в город. Машина свернула на знакомую улицу. Впереди показался дом отца. У подъезда стоял его автомобиль, скорой и полицейских уже не было.

Настя глубоко вдохнула и открыла дверь.

«Папа... как он там?»

Она вошла в квартиру и сразу прошла в кухню. Там за столом сидел отец и тупо смотрел в одну точку.

— Папа? — окликнула она его.

— Да, — он повернулся к ней. — Ее больше нет, — тихо проговорил мужчина. — Я не понимаю, что произошло. Там это огромное зеркало — оно разлетелось на осколки. Какие-то свечи, огарки. Я ничего не понимаю. Я просил не ставить это жуткое зеркало к нам в комнату, а она меня не послушалась. И ведь Инга была еще так молода!

— Где она?

— Ее уже увезли в морг. Я не могу тут находиться.

Он помотал головой в разные стороны.

— Поедем в наш дом, — позвала его Настя. — А в квартиру потом вызовем клининг, и они все уберут.

— Хорошо, да, поехали. Но надо, наверно, организовать похороны, гроб там, памятник и все такое.

— Я кое-что покупала для себя, могу отдать для нее, — ответила Настя.

Она помогла отцу встать и повела его из жуткой квартиры. Ей было жалко его.

— Ну вот и пригодятся все мои приготовления к похоронам, — пробормотала себе под нос Настя.

А в это время Мара у себя в мастерской рассматривала