Битва за космос. СВО и «космическое» оружие будущего - Александр Борисович Широкорад

силами Ирака США прилагали особые усилия для радиоперехвата информации тактического назначения (например, факты взлёта самолётов или передвижения бронетанковой техники, вскрытые из радиопереговоров экипажей) и быстрого её доведения до потребителей на театре военных действий. Для передачи спутниковой развединформации от центров обработки управлению национальной безопасности и ЦРУ использовались радиоканалы спутников связи типа «Флитсатком» в УКВ диапазоне и типа DSCS в СВЧ диапазоне. Опыт войны с Ираком послужил толчком для дальнейшего совершенствования системы обработки и доведения результатов космической радиоразведки до пользователей тактического звена на театре военных действий.

Ниже в таблице приведены данные по замене разведывательных спутников в составе системы. Продолжительность их функционирования рассчитана исходя из среднего срока существования ИСЗ связи тех лет и интенсивности запусков спутников РЭР. Из этих данных можно сделать вывод, что система РЭР на базе ИСЗ типа «Риолит» включала четыре оперативных спутника, а система ИСЗ типа «Шале» – три, причем обе группировки в начале 1980-х гг. функционировали одновременно, что связано, очевидно, с различным характером решаемых ими задач. Оценочный же срок функционирования ИСЗ РЭР на орбите составляет шесть – восемь лет. Система спутников типа «Аквакейд» («Магнум», «Ментор»), развернутая в конце 1980-х гг., по-видимому, заменила группировку выработавших свой ресурс ИСЗ типа «Риолит». В целом на геосинхронных орбитах в 1980–1990-х гг. постоянно вели радиоперехват сигналов шесть – восемь разведывательных спутников УНБ с исправной аппаратурой. В связи с увеличением срока активного функционирования ИСЗ на орбите, а также ростом стоимости и сложности космической аппаратуры интенсивность запусков спутников РЭР в начале 1990-х гг. снизилась.

Сроки замены спутников на геостационарной орбите в составе системы радиоэлектронной разведки УНБ США

* В скобках указан год, до которого спутник находился в резерве.

Задачи космической системы РЭР, которые расширялись по мере совершенствования спутниковой аппаратуры, состоят в следующем:

– перехват и дешифровка информации, передаваемой по радиолиниям правительственной, военной и дипломатической связи;

– перехват сигналов РЭС, характеризующих режимы работы высших органов управления, объектов систем ПВО, ПРО и ракетных войск, а также боеготовность вооруженных сил иностранных государств;

– прием телеметрических сигналов во время испытаний баллистических ракет;

– ретрансляция радиосигналов от агентов ЦРУ с территории других стран.

По данным зарубежной печати, диапазон радиочастот, перехватываемых спутниками РЭР, простирается от 100 МГц до 25 ГГц, что, однако, трудно реализовать на практике, так как на борту ИСЗ в этом случае необходимо разместить большой набор разнообразных по форме крупногабаритных антенн. Спутники, вероятно, имеют широко используемый модульный принцип комплектации аппаратуры для решения конкретных задач разведки. Об этом говорит и одновременное развертывание на орбите нескольких разнотипных группировок спутников РЭР («Риолит» и «Шале», «Вортекс» и «Аквакейд»), которые ведут разведку в различных участках радиоспектра.

Данные радиоперехвата передавались на Землю по радиоканалу на частоте 24 ГГц через антенну с узкой диаграммой направленности. При конструировании бортовой аппаратуры ИСЗ РЭР могут применяться образцы, испытанные на борту военных экспериментальных ИСЗ серии LES, в том числе оборудование межспутниковой связи миллиметрового диапазона и термоэлектронные генераторы, обеспечивающие электропитание бортовых систем на протяжении более десяти лет.

Результаты ведения спутниковой разведки в последние десятилетия тщательно скрываются, и лишь немногие из них опубликованы в периодических изданиях. Одним из таких результатов является разведка советских ракетных комплексов железнодорожного базирования (МБР СС–24). По данным западной печати, места дислокации этих комплексов были выявлены в 1980-х гг. на основе перехвата радиообмена кодовыми сигналами между боевыми комплексами и командными центрами ракетных войск.

Судя по некоторым публикациям в зарубежной прессе, факт строительства советской РЛС в Абалаково в Сибири также был первоначально вскрыт на основе анализа радиопереговоров, и лишь затем на строящийся объект был наведен спутник фоторазведки типа KН–9.

Первые известия об аварии на Чернобыльской АЭС в 1986 г. также были получены из анализа данных космического перехвата радиопереговоров между Киевом и Москвой. Подтверждением факта аварии послужили проанализированные позднее записи инфракрасного фона Земли, сделанные спутником обнаружения пусков ракет «Имеюс», и данные метеосъёмки с борта военных и гражданских метеоспутников DMSP и NOAA. Лишь на третий день после аварии был сделан снимок разрушенного реактора с помощью ИСЗ оптико-электронной разведки KН–11.

По данным перехвата телеметрических сигналов советских ракет специалисты ЦРУ следили за разработкой и испытанием в СССР новых образцов ракетной техники и обеспечивали руководство США достоверной информацией для ведения переговоров по ограничению СНВ. Например, в результате расшифровки перехваченных телеметрических сигналов ракеты СС–20 американские специалисты установили, что она испытывалась с балластом весом 900 кг и её реальные характеристики выше продемонстрированных в ходе испытаний. Первое упоминание о разработке тяжёлой советской МБР, получившей обозначение СС–19, американцы получили в результате перехвата и расшифровки радиопереговоров членов Политбюро с конструкторами ракетной техники, которые велись через автомобильные радиостанции. С помощью спутников РЭР в 1973–1974 гг. были выявлены также испытания советских зенитных ракет СА–5 – по перехвату боеголовок баллистических ракет на полигоне Сары-Шаган.

Особое место в военно-космических программах США занимают спутники РЭР, функционирующие в интересах ВМФ. Ещё в 1960-х гг. в интересах флота проводились эксперименты со спутником «Феррет». Однако «ферреты» не могли определять направление и скорость перемещения морских целей, поскольку были разработаны для засечки координат неподвижных наземных комплексов ПВО. Поэтому в конце 1960-х гг. по программе ВМС «Уайт клауд» началась разработка специализированных спутников РТР SSU.

Первые экспериментальные ИСЗ радиотехнической ВМС были запущены в 1971 г. с помощью ракеты-носителя «Торад – Аджена» и получили наименование SSU-А1, SSU-А2 и SSU-А3. Ступень «Аджена» с двигателем многократного включения играла роль ступени разведения малых ИСЗ SSU весом около 123 кг каждый. С помощью первых экспериментальных спутников, созданных исследовательской лабораторией ВМС, был отработан принцип многопозиционной пеленгации с орбиты сигналов корабельных радиоэлектронных средств, испытана бортовая аппаратура гравитационной стабилизации, перехвата сигналов и передачи их на Землю, а также выбраны оптимальные параметры рабочей орбиты.

В 1976–1980 гг. Пентагон развернул на орбите систему РТР из трёх групп спутников SSU первого поколения. Спутники, установленные на ИСЗ-платформе NOSS с жидкостной двигательной установкой многократного включения, запускались с космодрома Ванденберг с помощью ракеты-носителя «Атлас» на круговые орбиты высотой около 1100 км и наклонением 63,5°. Формирование орбитального построения группы производилось в процессе многоимпульсного маневрирования ИСЗ-платформы и последовательного отделения от него трёх малых спутников SSU.

Начиная с третьей группы спутников, запущенных в 1980 г., их разработку и производство осуществляла фирма «Мартин Мариэтта», а разведывательной аппаратуры – «Э-система».

С 1983 г. по 1987 г. для замены выходящих из строя ИСЗ были запущены пять групп модернизированных спутников SSU–1А, у которых усовершенствованы бортовые системы стабилизации и передачи данных.

По внешнему виду спутники SSU напоминают навигационные ИСЗ ВМС «Транзит». Они имеют штанги гравитационной ориентации длиной