На линии огня. Записки военного корреспондента - Геннадий Тимофеевич Алехин

рассказал один из силовиков. Отмечается, что в числе погибших в основном пожилые люди. Среди них есть мужчины разного возраста. Информацию о целенаправленных убийствах гражданских в Торецке подтвердили и беженцы, спасенные российскими войсками.

Сущность украинских нацистов стала окончательно очевидна после сожжения людей в Доме профсоюзов в Одессе. Они зверствовали и в Донбассе, даже в той части, которая находилась под контролем киевского режима. Особую жестокость националисты проявляют в тех городах, которые ВСУ удержать уже не могут, поэтому отыгрываются на местных жителях, которых подозревают в пророссийских настроениях.

Список преступлений в отношении гражданских со стороны киевского режима тянется и из Мариуполя, и Авдеевки, и других городов. Все они известны, наказание будет неизбежным как для непосредственных участников расстрелов, так и высшего руководства Украины, которое такие «подвиги» приветствует. Им не жаль ни своих солдат, ни в чем не повинных людей. В этом вся суть кровавого украинского режима.

Самые тяжелые и упорные бои продолжаются на двух участках севернее Харькова. ВС России продолжают держать плацдарм под Липцами. Противник перебрасывает к н.п. Глубокое отряды бывших заключенных и концентрирует силы в дачных поселках. Наши же отслеживают передвижение противника с помощью беспилотных систем и наносят по нему удары.

Противник пытается проводить контратаки в районе Глубокого. За сутки наши армейские подразделения отражают по 6–8 атак. Штурмовая авиация ВКС РФ применяет ОДАБ-1500, а в н.п. Великие и Малые Проходы на пункт временной дислокации противника регулярно прилетают ФАБ-500 и 1500. В боях за Глубокое командование ВСУ отказалось от тактики вылазок малыми группами и пытается создавать «кулаки». Однако большую их часть удаётся выявить до их выдвижения на наши позиции и ликвидировать. Всё дело в воздушной разведке – наши «дроноводы» работают достаточно эффективно.

В Волчанске под наш контроль переходят важные объекты и узлы обороны противника. Штурмовые отряды группировки войск «Север» ведут активные наступательные действия в районе улиц, прилегающих к лесному массиву в излучине реки. В районе мостов действуют отдельные отряды в южной части города. Восточнее агрегатного завода наши военнослужащие ведут бои в районе улицы Гуркановской, которая уходит за реку. В этом районе они не форсировали реку, как писали отдельные каналы, а зачищают территорию в северной части.

В Волчанске значительно снизилось количество попыток переброски подкреплений через реку Волчью после того, как наши огневые средства уничтожили большое количество инженерной техники ВСУ, занятой наведением переправ. Сейчас противник проводит перегруппировку и формирование сводных подразделений, старается накопить силы в лесном массиве в районе Синельниково. Наши ВКС отработали по нему ФАБами, помогая «северянам» расширять плацдарм на левом берегу Северского Донца. Также идет уничтожение техники и личного состава противника в тылу.

По сути, общая картина на линии боевого соприкосновения складывается следующим образом. Мы расширили фронт и вынудили командование ВСУ постоянно перебрасывать силы и средства с разных направлений, тем самым втягиваясь в своеобразную «горловину» на северном участке фронта. Напрашивается решительный удар с нашей стороны на одном из направлений. Классические способы и методы ведения боевых действий по всем правилам военной науки еще никто не отменял, даже в условиях современной войны.

Что представляют собой ВСУ

С 1990-х годов Украина начала перестраивать свой военно-промышленный комплекс под натовские стандарты. Однако, как показала практика, стратегия, разработанная США, не работает на поле боя, так как опыт этой страны строится на войнах с заведомо слабым противником. Сейчас у Украины не осталось ни одного государственного института, способного функционировать самостоятельно. Страна теперь полностью зависит от помощи своих союзников, в частности, уже около полугода украинские боевики ждут F-16 и надеются на них как на манну небесную. Как воюют ВСУ и можно ли ждать от них какого-либо контрудара?

У Украины практически весь арсенал вооружения и боевой техники, кроме ядерного оружия, которое по соглашению 1994 года было выведено за пределы страны, остался от Советского Союза. Уже в 1990-х и нулевые годы военно-политическое руководство страны выбрало курс на Запад и начало приспосабливаться к натовским стандартам. Однако тогда это было не так заметно, ведь почти всё обучение военнослужащих продолжало идти по старым и проверенным лекалам Советской армии.

Кризис наступил в 2014 году, когда начались события на Донбассе. Тогда стало ясно, что Вооруженные силы Украины утратили свою боеспособность. И после подписания Минских соглашений они полностью перешли под контроль НАТО. Поэтому относительные успехи ВСУ в ходе боевых действий осенью 2022 года были вовсе не случайным стечением обстоятельств, а результатом работы всех государственных и военных институтов Украины. Но, как показали последующие события, этот успех так и не стал долговременным.

На тот результат четыре месяца работали десятки стран НАТО вместе с США, стаскивая на Украину имеющиеся запасы старой советской техники, которая оставалась на вооружении стран бывшего Варшавского договора. Кроме того, план наступления разрабатывался и уточнялся в первую очередь в американских штабах. В итоге получилось, что при отсутствии собственного военно-промышленного комплекса зависимость от иностранных поставок техники, вооружения, снаряжения стало ахиллесовой пятой ВСУ. Теперь без этих поставок они существовать уже не могут.

Сравнивать потенциал военно-промышленного комплекса РФ и Украины нет смысла. Еще в 2022 году стало ясно, что этот «девятый вал» украинская военная машина выдержать не может.

ВСУ удается поддерживать свою численность исключительно за счет поголовной, принудительной и, не побоюсь этого слова, тотальной мобилизации граждан. Многих хватают на улицах и прямиком отправляют на фронт, что не позволяет говорить о какой-либо мотивированности мобилизуемых.

Нельзя сбрасывать со счетов желание некоторых украинцев «биться за своих уже погибших родственников», которых забрали на фронт до этого. Новый главком сухопутных войск Сырский сейчас как раз призывает тех, кто проходил службу в Советской армии, – тогда им было по 19–20 лет, а сейчас уже за 50. Выходит, мотивация у кого-то еще есть, особенно среди так называемых тероборонщиков. Никто не отменяет денежный вопрос. На Украине сейчас мало рабочих мест, а рядовые или сержанты благодаря Америке получают денежное содержание – неплохое по нынешним украинским меркам.

По некоторым моим источникам, сейчас в Вооруженных силах Украины более 900 тысяч солдат и офицеров. Но Киев несет огромные потери, называются разные цифры. В целом – до 400 тысяч человек убитыми и пропавшими без вести. И не менее 120 тысяч искалеченных, инвалидов. Качественно готовить резервы в таких условиях не получается, даже используя учебные базы союзников из стран НАТО, которые находятся преимущественно в западных областях Украины.

Фронт постоянно требует пополнения, и базовые программы подготовки солдат, рассчитанные на два года, ужались до нескольких недель. Хотя