Штурм Бахмута. Разведвзвод. Том II - Александр «Писатель» Савицкий

стоим, ни хрена не делаем, а по нам долбят. Раньше бы, когда я тебя еще звал, я мог тебя протащить в наш батальон. К нам бы попал, а сейчас не суйся. Потому что пойдешь в военкомат и непонятно, куда тебя засунут.

Я устроился на работу, стал встречаться с девушкой, с которой мы вскоре расписались, и забыл о своих намерениях пополнить ряды ополчения. Армия забылась, меня закрутила обычная гражданская жизнь.

Когда началась СВО, у меня уже были свои дела. Я работал вахтами и был полностью погружен в зарабатывание финансов и повседневную семейную жизнь, но мысль о том, что я когда-то мечтал повоевать по-настоящему, время от времени не давала покоя. Я следил за новостями и переживал о происходящем. Намерение вдруг резко переросло в непреодолимое желание, и однажды, проснувшись, я понял, что мне пора. «Мне нужно попасть туда, все увидеть своими глазами и пощупать своими руками!» — окончательно решил я. Поставив в известность родных и убедив их в необходимости этого шага, я стал действовать, как привык делать во всех вопросах своей жизни. И вот… Я еду в Молькино, а впереди меня ждет настоящая война, за которой я наблюдал в интернете.

Очереди не было. У меня забрали документы и провели в казармы.

— Гоместопель? — удивился я позывному, который выдал мне компьютер. — Это кто?

— Да ладно, братан, — с улыбкой посмотрел на меня человек за компьютером, — привыкнешь.

— Я даже повторить это не могу.

— Это пока временный, — стал успокаивающим голосом говорить он. — Медкомиссию пройдешь и в отделе кадров уже поменяешь. Может, ты откажешься, пока будешь проходить медкомиссию. Передумаешь и скажешь: «Нахер оно мне надо!», и поедешь домой. Такая возможность у тебя пока еще есть, — явно желая избавиться от меня, продолжил он уговаривать.

— Где медкомиссия?

— В коридоре, — мотнул он головой и крикнул мне в спину: — Следующий, сказал заведующий…

На медкомиссии я подал листочек с позывным суровому крепкому мужику с короткой стрижкой.

— Что это? — уставился он на меня непонимающим взглядом.

— Позывной.

— Че, бля?

— Вот именно! — развел я руками. — Что можно придумать?

Он с озадаченным видом взял мой паспорт и стал листать его.

— Каблучок… Вот, будешь Каблучок!

— Может, что-то другое?

— Да не, нормальный позывной.

В отделе кадров я сообщил свой новый позывной. Затем подписал контракт, указал, кому отправить деньги в случае моей смерти, и, как и обещал мне Морган, вдоволь набегался, наползался, накидался гранат и настрелялся из автомата.

«Добро пожаловать в ЛНР!» — увидел я надпись на большом обшарпанном билборде, когда мы ехали в сторону дислокации «Вагнера». Через пару часов нас выгрузили в непонятной местности, где нас встретил начальник штаба Берег. С собой у него был телефон, в котором были вбиты наши позывные.

— Позывной? — в упор посмотрел он на меня с высоты своего роста.

— Каблучок, — спокойно ответил я, выдержав его взгляд.

— Цель визита?

— За Донбасс воевать!

— Красавчик! — с удивлением в голосе ответил он.

— Только не в тыл меня!

— Да не, какой тыл? В разведку! — сжал он свой увесистый кулак.

«Разведка! ДРГ! Рейды по тылам противника! — фейерверком взорвались в моей голове мысли. — Мечта, а не работа!»

Из всей команды, с которой я приехал, в разведку отобрали только четверых. Мы отошли в сторону, сразу же почувствовав себя избранными. Мои плечи непроизвольно расправились, а голова поднялась выше. Мы пожали друг другу руки, поздравляя себя с невероятной удачей, и пошли перегружать свои вещи в машину, которая должна была везти нас дальше, навстречу подвигам и неизвестности.

На следующей дислокации нас встретил классный мужик и заместитель командира взвода Гонг, он сразу засыпал нас вопросами, кто мы, откуда, что умеем. Мы по очереди вкратце рассказали о себе, и он подвел в конце жирную черту.

— Все, что вы слышали до этого, это все — шляпа! Шляпа, и все! Слушайте тех, кто уже давно воюет.

— Командир, а где тут пристреляться можно? — оглядываясь по сторонам, спросил я.

— Где? — удивился он. — На передке! Там и пристреляешься! — улыбнулся он. — Противник в пятидесяти метрах от тебя будет. Пристреливайся, сколько хочешь!

Мы стали расспрашивать бойцов, которые были с нами в подвале. От веселого кашника, который вернулся после ранения в Иванграде, узнали, что Гонг — их батя. Что сам он с Днепра и воюет с четырнадцатого года. И за своих пацанов всегда беспокоится. Мы пару часов отдохнули, подготовили свое оружие и стали ждать приказа к выходу. Ближе к девяти вечера Гонг вернулся и осмотрел нас.

— Построились живо, шляпы! — скомандовал Гонг, и я понял, что слово «шляпа» — это универсальное слово, которое, в зависимости от контекста и интонации, может выражать широкий спектр переживаний, оценку морально-волевых качеств бойца и еще что-то, о чем знал только Гонг.

— Ты, ты и ты! Я вам что сказал уже? — ткнул он пальцем в троих бойцов. — Вышли из строя!

— Батя, — умоляюще посмотрел на него веселый кашник.

— Ну куда тебе ехать? Подними одежду!

Кашник нехотя поднял кофту, и я увидел иссеченную свежими багровыми шрамами живую плоть. Шрамов и бугров от произведенных операций было много. Местами они были замазаны зеленкой и покрыты свежей коростой. Все тело его было шито-перешито и, казалось, молило о помощи. Глядя на это месиво, мне стало страшно. «Это вот так тут может быть…»

— Пиздец! — прошептал кто-то в строю.

— Вот! — ткнул Гонг в него пальцем. — На тебя смотреть страшно, а ты опять на передок? Заебал ты меня! — с грустью и жалостью повысил голос Гонг.

— Да батя! Я к пацанам хочу!

— Да сиди уже! Что ты там делать будешь? — злился он. — Нечего тебе там делать! Я тебе тут дело найду!

— Ладно, но пообещай, как заживу, ты меня отпустишь! — не сдавался камикадзе.

— Посмотрим… — он перевел взгляд на тех, кто остался в строю. — Остальные, пока отдыхайте. До утра еще время есть.

Не успели мы расслабиться, как в подвал спустился бравого вида пацан, экипированный в незнакомую мне броню, на которой висела детская мягкая игрушка — мохнатый мишка.

— Ситуация изменилась! Есть попутная лошадь до Опытного! Быстро хватайте свои вещи и бегом в пикап. Машина ждет, — сказал он. Увидев, что мы берем с собой все, что нам выдали в лагере, он прикрикнул:

— Лишнего не брать! Только самое важное! Еда, оружие и БК!

Нас загрузили в пикап, по виду прошедший не одну гонку «Париж — Дакар», и повезли в Опытное. По дороге я познакомился с бойцом, забравшим нас, его позывной был Флир. Он был командиром направления. Возле большого