На ростовском направлении. Южный фронт в боях на Миусе. Январь-август 1943 г. - Максим Валерьевич Медведев

авиации люфтваффе продвижение казаков замедлилось. Конский состав, двигаясь все время по бездорожью, был переутомлен[301]. Днем 28 августа 138-й и 127-й кавалерийские полки со средствами усиления перешли к обороне на высотах восточнее Греково-Тимофеевки, Ефремовского, Радичкина. На пути кавалерийской дивизии держали оборону части 13-й танковой дивизии противника. Во второй половине дня главные силы 30-й кавалерийской дивизии временно перешли к круговой обороне[302].

Одновременно с этим в полосе наступления 10-й гвардейской кавалерийской дивизии казаков атаковала немецкая группа численностью до батальона мотопехоты, которая прорвалась с востока и вновь захватила Екатериновку и Ново-Спасовский. В результате боестолкновения казаки уничтожили до 200 чел. противника и вернули населенные пункты под свой контроль[303]. Согласно боевому донесению, в штабе корпуса узнали о гибели в этот день заместителя командира 30-й казачьей кавалерийской дивизии подполковника Н.К. Гуляева[304].

Немецкое командование задействовало резервы из района Старобешево и Каракубстроя. Данная группировка врага должна была к 30 августа ударить по флангам и тылам конно-механизированной группы. В связи с этим 4-му гвардейскому механизированному корпусу было поручено приготовиться к отражению немецких атак в районе Григорьевки. 2-й гвардейский механизированный корпус при поддержке пехоты на рубеже Марфинская – Ново-Покровский – Рождественский отбивал танковые контратаки противника, прорывавшегося из района Анастасиевки. Севернее 5-я ударная армия выбила противника с гребня высот 223,7 и 202,0, а также из хуторов Гараны и Луганский. 3-й гвардейский стрелковый корпус с юга продвигался к высоте Саур-Могила[305]. Маневренность кавалеристов способствовала развитию советского удара в Анастасиевский район с выходом к Таганрогу. Однако в течение всех дней наступления кавалерия подвергалась массированным бомбардировкам немецкой авиации, что не позволяло своевременно блокировать отступающую таганрогскую группировку противника.

Для содействия конно-механизированной группе 1-й гвардейский стрелковый корпус 2-й гвардейской армии и соединения правого фланга 44-й армии заняли исходное положение для наступления у Марфинской и хутора Дороганова. Левофланговые части 44-й армии ночью также атаковали противника в полосе высот по реке Самбек в общем направлении на Таганрог.

В ночь на 29 августа усиленный артиллерией и минометами 138-й кавалерийский полк 30-й кавалерийской дивизии ворвался в Ефремовку, ликвидировав находившихся там немцев. Утром перед 4-м гвардейским кавалерийским корпусом стояла задача во взаимодействии с 44-й армией уничтожить таганрогскую группировку противника перед фронтом 4-го гвардейского механизированного корпуса, а также не допустить захвата противником Латоново и Андреево-Милентьево. Главным образом необходимо было бросить все силы на закрытие коридора, по которому отходила таганрогская группировка противника у Марьевки и Ивановки[306].

К исходу 29 августа 138-й кавалерийский полк огнем из артиллерии и минометов отбил немецкую контратаку силами двух рот пехоты и 8 танков, двигавшихся из Натальевки на переправу через устье Миуса. После того как пути отхода противника были отрезаны, командиры эскадронов приказали взорвать мост через переправу. Отступавшие из Таганрога немецкие колонны с людьми и техникой, избегая окружения, двинулись в обход Миусского лимана и к следующему утру стали скапливаться в Николай-Отрадном, Рябиновке, Ивановке[307]. Вследствие этих действий таганрогская группировка рисковала быть окруженной.

Передовым частям 9-й гвардейской кавалерийской дивизии в течение ночи на 30 августа приходилось трижды штурмовать Латоново. На рассвете 30 августа казаки 30-й кавалерийской дивизии подошли к населенному пункту Левинская, однако были встречены сильным огнем из орудий противника. Первая атака авангардного полка кавалерии не принесла успеха, последующая за ней атака также не удалась. Контратаку противника организовали в полном составе части 336-й и остатки 111-й пехотных дивизий вермахта[308]. В этот момент было установлено движение большой колонны немецких танков и автомашин, которая направлялась со стороны Таганрога на Федоровку. В связи с этим вся дивизионная артиллерия 30-й кавалерийской дивизии выдвинулась на открытые позиции и начала вести огонь по танкам противника. Оперативные документы подтверждают, что поле боя покрылось дымом от горящих немецких танков, а уцелевшая их часть снова развернулась на Таганрог. Тем не менее задержка при отражении контратаки противника у Левинской и бой с немецкой колонной с техникой не позволили 30-й кавалерийской дивизии своевременно пробиться к югу для полного разгрома вражеских сил[309].

9-я гвардейская кавалерийская дивизия с утра 30 августа вышла на Латоново и начала движение на Таганрог, овладела с севера ближними подступами к городу, параллельно с этим с востока стрелковые части 44-й армии уже штурмовали Таганрог.

10-я гвардейская кавалерийская дивизия, выполняя приказ о преследовании противника на рубеже Федоровка – Соколовская, должна была овладеть Коньково и Хомутово. Однако в момент движения дивизия встретила сопротивление арьергардов противника, в связи с чем также не успела вовремя отрезать пути отхода таганрогской группировки немцев.

Отсутствие надлежащей разведки, отставание штаба корпуса и допущенные просчеты с вероятным контрударом противника привели к бесцельным маневрам вместо активных действий по расчленению и уничтожению немецкой группировки. Решение командира кавалерийского корпуса для данной обстановки оказалось неверным. Вместо приближения ко 2-й гвардейской армии необходимо было наносить удары по противнику вблизи передовых сил корпуса, что и требовал командующий Южным фронтом[310].

31 августа 4-й гвардейский кавалерийский корпус на основании распоряжения генерал-полковника Ф.И. Толбухина перешел к преследованию отходящего противника в юго-западном направлении. Таким образом, левый фланг фронта вытеснял остатки частей 9-й, 13-й танковых, 15-й авиаполевой и 258-й пехотной дивизий противника. Окруженные немецкие войска западнее Таганрога пытались прорваться из кольца в районе хуторов Щербаков и Васильево-Ханжоновский и большей частью были ликвидированы[311]. Казакам удалось захватить 420 пленных, 6 орудий и другие трофеи[312]. К исходу дня 31 августа Ростовская область была полностью освобождена.

Итак, 4-му гвардейскому Кубанскому кавалерийскому корпусу выпала задача окружить, а потом не допустить отход таганрогской группировки противника на 60-километровом фронте. В ходе ее реализации становилось ясно, что задача такого масштаба была не по силам одному кавалерийскому корпусу. По мере продвижения кавалерии следовало своевременно усилить фронт окружения стрелковыми частями. Не следовало и рассеивать свои силы по всему фронту, нужно было наносить концентрированные удары, разбивая окруженного противника на части, нарушая взаимодействие отдельных групп противника.

Действия кавалерии в тылах и на коммуникациях противника внесли расстройство и дезорганизацию в ряды вражеской группы войск, что способствовало быстрейшему разгрому немцев. Имея в достаточном количестве боевые резервы, корпус отражал атаки отступающего противника, в то же время из-за сложной и быстро меняющейся обстановки штаб корпуса отстал от передовых частей на 30-35 км. В связи с этим орган управления корпусом не мог своевременно корректировать действия передовых частей своего объединения. Тылы корпуса сильно пострадали от авиации противника, что показывало недостаточное прикрытие с воздуха кавалерии в момент ввода в прорыв[313].