Долгая дорога к миру. Хроники гражданской войны - Ростислав Владимирович Ищенко

них есть, равно как и надежда на то, что оформление своей сферы влияния в Прибалтике и украинской конфедерации в достаточной степени отвлечёт внимание России от китайской проблемы, чтобы на пару лет США получили там свободу рук.

Формально США могут считать себя если не победителями, то и не побеждёнными. Когда же станет ясно, что они ошиблись, будет поздно что-то менять.

И всё же ещё раз подчеркну, что при всех возможных бонусах грамотно разыгранного военного варианта, для России сохранение мира – лучший выход, ибо в этом режиме российские позиции укрепляются быстрее и надёжнее, чем в любом из военных форматов, какими бы привлекательными они ни казались. С учётом же того, что долго достигнутый уровень военной истерии США, без реального конфликта, поддерживать не смогут, пик кризиса мы должны пройти в ближайшие пару недель, а ещё через недели три-четыре недели (в обще сложности к концу апреля) провокация на Украине станет для Вашингтона бессмысленной, а дальнейшая гальванизация давно мёртвой украинской государственности нерентабельной.

Так что в мирном режиме, в течение одного-двух лет Россия должна будет достигнуть на украинском направлении практически тех же результатов (создания мягкой конфедерации украинских регионов), только без военных рисков.

Но США очень нужна война и в ближайшие дни и недели они сделают всё, чтобы она состоялась.

Война – момент истины

24.02.2022

Как это часто бывает, большая часть народа встречает войну равнодушно, значительная часть с воодушевлением и некоторое количество с опасениями.

С моей точки зрения, если в начавшейся «специальной военной операции в Донбассе» (пока Украина, как обычно, не объявила войну, этот эвфемизм единственное официальное название происходящего) и есть что-то хорошее, то это то, что она началась ещё при Путине. Я опасался, что к активной военной политике Россия перейдёт при его счастливом преемнике, который должен был получить в наследство сильнейшую в мире армию, мощнейшую, идеально сбалансированную экономику и полные закрома золотовалютных резервов.

Существовала ненулевая опасность того, что такой человек, не имея опыта восстановления государства из пепла и понукаемый народной жаждой реванша за эпоху унижений 90-х годов, повторит ошибку Юстиниана I, бесплодно разбазарившего богатства и стабильность Анастасия, пытаясь в шестом веке восстановить Римскую империю в границах четвёртого века. Путин, человек взвешенный и не воюет ради войны, реванша или морального удовлетворения. Поэтому есть надежда, что активный период войны закончится быстро.

Правда, не стоит забывать и о том, что «войны начинают по желанию, а заканчивают по возможности». Первая часть этого изречения Путина вряд ли касается. Он-то как раз долго создавал именно возможность вооружённого ответа «друзьям и партнёрам» не по принципу, «а сейчас у меня сорвало крышу, и я с одной гранатой под три немецких танка бросился», а так, чтобы танки были у нас, а у них даже гранат не было (или были, но «не той системы»). Тем не менее, вопрос окончания войны, а значит целей войны, актуален как никогда. И как никогда расплывчат.

Целью военной операции Путин объявил «защиту людей, которые на протяжении восьми лет подвергаются издевательствам, геноциду со стороны киевского режима». Вторая задача, к которой «мы будем стремиться» (неясно, является её выполнение обязательным или только желательным) «демилитаризация и денацификация Украины, а также предание суду тех, кто совершил многочисленные преступления против мирных жителей, в том числе граждан России».

Если первая задача вопросов не вызывает, то инструментарий для решения второй не указан, так как Путин заявил, что Россия не стремится к оккупации Украины. Подчеркну не просто не стремится присоединить к себе какие-то части Украины, претендуя лишь на восстановление суверенитета ДНР/ЛНР над северными и западными районами республик, а не стремится даже оккупировать её. Как без временной оккупации провести денацификацию, отловить и предать суду военных преступников непонятно. Даже демилитаризация в таком случае может быть только временной. Об этом убедительно свидетельствует опыт Грузии, которую Запад, после катастрофического разгрома грузинской армии (с утратой большей части тяжёлых вооружений и всего флота) в 2008 году спокойно перевооружил.

Конечно, действующие грузинские власти, в отличие от Саакашвили проявляют адекватность и своё место в глобальной табели о рангах знают. Но это личные достоинства и недостатки конкретных политиков, а не демилитаризация страны. Путин также пообещал всем, кто попытается вмешаться в данный кризис ответ такой мощи, которой они ещё не видели. Подобный посыл в отношении США понятен. Провокаторам за океаном, которые таки дотолкали Россию до войны с Украиной лучше сидеть тихо. Но что делать, если вмешаются Польша, Румыния и Венгрия (последняя кстати весьма дружественна в отношении России)? Причём не на Белоруссию Польша нападёт, а просто займёт какие-то территории на Западной Украине. Путин, кстати, сам называл Львов польским городом. Будет ли в таком случае продуктивно бомбить Варшаву, если польские войска в конфликт с российскими по собственной инициативе вступать не будут?

В общем, как всегда бывает на войне, с первого же её дня мы вступаем в область неизведанного. А это напрямую связано с возможностью заключения мира. В конце концов, мы же не вечно воевать собираемся. Наоборот, народ рассчитывает на короткую и победоносную войну, почти без потерь.

Отсюда вытекает задача Запада и США – сделать для России войну не короткой и поставить под сомнение возможность окончательной победы. Первое – не проблема. Поскольку современные войны очень редко перетекают в конкретные вооружённые конфликты, вести с РФ экономическую, информационную и дипломатическую войну США могут до морковкина заговенья. На сегодня они решили главную для себя задачу – сохранили контроль над Западной Европой. Теперь этот контроль надо им надо упрочить. Соответственно, чем дольше Россия будет заниматься денацификцией и демилитаризацией «неоккупированной» Украины, тем больше времени у США останется на решение своих проблем в Европе.

Можно, конечно, посадить в Киеве марионеточное правительство. Но в своё время в Грузии отказались от такого решения, поскольку оно требовало от России постоянной военной, финансовой и экономической поддержки подобной власти, неспособной удержаться без ежесекундной опеки Москвы. На Украине ситуация хуже. Там государство, общество и экономика разобраны на запчасти и даже человек семи пядей во лбу, абсолютный бессребреник, трудоголик и вообще личность жертвенная, должен обладать ещё и огромным везением, чтобы даже при помощи России как-то стабилизировать ситуацию.

В остальном же, как только остатки Украины покинут российские войска, там начнут цвести реваншистские настроения. А уцелевшие пророссийские активисты вновь будут интересоваться, почему их регионы не забрали в состав России и обижаться на Москву. Это при том, что Запад, независимо от того, останется ли Западная Украина под его контролем или нет, получит в своё распоряжение «правительство в изгнании» (из кого-нибудь да сформирует, свои «тихановские» есть везде), а