Палестино-Израильский конфликт: 1947-2025. Вечная война за землю обетованную - Александр Борисович Широкорад

Дело в том, что в полдень 6 июня четверо израильских водолазов были замечены арабами в воде вблизи яхтенной гавани восточнее Александрии и взяты в плен. Ещё двое израильтян были схвачены 4 часа спустя, когда пытались овладеть моторной лодкой и бежать на ней.

На следующее утро 6 июня после нападения авиации на Порт-Саид, египтяне, в страхе перед израильскими ударами, поспешно увели свой флот из зоны военных действий. Атака израильских военных кораблей достигла важной цели: был предотвращен обстрел Тель-Авива с моря ракетами П-15 с радиусом действия 35 миль. Этими ракетами были оснащены 18 советских ракетных катеров, переданных СССР Египту.

7 июня израильтянами был захвачен Шарм-эль-Шейх, планировалась помощь ВМС при захвате Эль-Ариша, но из-за быстрого продвижения сухопутных сил Израиля она не понадобилась. Также не был осуществлён рейд на Хургаду.

На 2 июня 6-й флот имел в своем составе 2 авианосца, 2 крейсера, 16 эсминцев, 3 подводные лодки, 4 тральщика, вспомогательные суда и не менее восьми десантных судов с двумя тысячами морскими пехотинцами на борту.

3 июня из Черного моря в Средиземное двумя отрядами прошли три боевых и два вспомогательных судна. В первом отряде было четыре судна, во втором – ещё одно. Первый отряд возглавляло вспомогательное судно с бортовым номером 7011, на борт которого сел турецкий лоцман, помогавший осуществить проводку кораблей, которые сформировали линию приблизительно в три мили длиной. За вспомогательным судном следовал БРК пр. 56М «Прозорливый», за ним эсминец пр. 56 «Пламенный» и замыкал отряд БПК пр. 61 «Отважный». В этот же день Проливы прошло ещё одно вспомогательное судно с бортовым номером 7035.

К 5 июня в Средиземном море насчитывалось 10 советских подводных лодок: 2 атомных ПЛАРК К-131 и АПЛ К-52, 8 торпедных дизельных: четыре пр. 641, в том числе Б-4, Б-109, одна пр. 633 С-38, три пр. 613 (С-100, С-154 и С-160). Находящаяся в Адриатическом море ПЛАРК К-131 с восемью крылатыми ракетами П-6 в полночь с 5 на 6 июля получила приказ идти к израильским берегам и быть готовой нанести удар по береговым целям.

АПЛ проекта 627А К-52 в ночь с 5 на 6 июня прибыла в район Тель-Авива. По обнаруженной авианосной ударной группе США несколько раз выходили в учебную торпедную атаку. На лодке закончилось продовольствие, но только в ночь с 10 на 11 июля К-52 пополнила запасы провизии и регенерации с плавбазы Магомет Гаджиев на рейде Александрии.

6 июня в состав 14-й эскадры в Средиземное море прибыла группа из пяти подводных лодок (четыре пр. 641, в том числе Б-7, Б-31, Б-34, и одна пр. 611 Б-74) и плавбаза «Федор Видяев» 179-й дивизии подводных лодок (ДПЛ) Северного флота.

Интересен рассказ И. М. Капитанца, находившегося в самом начале войны на эсминце «Настойчивый»: «2 июня мы стали на якорь у острова Мальта в районе Ла-Валетты. Только собрались немного отоспаться, половить рыбу, вдруг из Главного штаба шифровка: “Возможна угроза воздушного нападения! Корабль привести в полную боевую готовность, организовать оборону рейдовой стоянки… Пакет №… вскрыть!”»[40]

Еще перед началом боевых действий на Средиземном море из состава Черноморского флота были направлены крейсера «Дзержинский» и «Кутузов». Среди моряков ходили слухи, что в период кризиса на борт крейсера «Слава» были приняты снаряды с ядерной боевой частью. Подтвердить или опровергнуть эту информацию я не могу, хотя склоняюсь к тому, что все-таки снаряды были. Во всяком случае, доподлинно известно, что из Севастополя был направлен специальный транспорт со снарядами для крейсера «Слава». «Перегрузка снарядов в рейдовых условиях в районе острова Крит потребовала больших усилий для личного состава корабля и транспорта»[41]. Видимо, на этом транспорте и были доставлены специальные снаряды. Иначе зачем гонять транспорт? На крейсере что, отсутствовал боекомплект? Ведь «Слава» в Средиземном море учебных стрельб не вел!

Советские артиллерийские крейсера неотступно следовали за авианосцами 6-го флота «Америка» и «Саратога». Как рассказывали моряки, в случае подготовки к взлету большой группы штурмовиков крейсера должны были расстрелять авианосцы.

Интересно, каковы были шансы крейсеров пр. 68бис в бою с авианосцами? Общеизвестно, что за всю Вторую мировую войну авианосцы всего лишь два раза попадали под огонь крупных надводных кораблей. 8 июня 1940 г. германские линейные корабли «Шарнхорст» и «Гнейзенау» потопили британский авианосец «Глориес» у берегов Норвегии, а в 1944 г. японцам удалось нанести повреждения американским эскортным авианосцам в заливе Лейте.

В 1960–1980-х гг. у крупных артиллерийских кораблей в океане не было ни одного шанса в бою с авианосцами. Иное дело – Средиземное море, где советские и американские корабли находились на расстоянии нескольких километров, а то и сотен метров друг от друга.

Наши крейсера пр. 68бис во время слежения находились в боевой готовности № 2 или № 1, что позволяло через 15 секунд после получения приказа открывать по противнику огонь главным калибром. Предполагалось, что за несколько минут интенсивной стрельбы крейсер выведет авианосец из строя. Для последнего боя крейсеру отводилось всего 5 минут. Даже учитывая фактор внезапности, предполагалось, что через несколько секунд по крейсеру открыли бы ответный ракетно-артиллерийский огонь корабли охранения.

«Если обстановка в начале войны и в первые минуты боя развивалась “благоприятно”, перед командиром крейсера вставала дилемма: как стрелять? Если поражать взлетную палубу, нужно вести огонь по навесной траектории издалека – с 80–90 кабельтовых, а с этих дистанций попаданий будет мало. Если приблизиться почти вплотную и стрелять в упор, по настильной траектории, то палуба могла бы остаться малоповрежденной. Если угол встречи снаряда с взлетно-посадочной полосой оказывался менее 20 градусов, то возможен был рикошет. А если целиться чуть ниже, то в этом случае все снаряды легли бы в борт и, возможно, вызвали обильные пожары. А далее как могли бы развиваться события и осталась бы у авианосца способность отправлять в небо самолёты – одному Богу известно…

Еще одна особенность позволяла надеяться в “последнем бою” именно на крейсера проекта 68бис. Крейсера обладали большой боевой устойчивостью. Рациональное бронирование и хорошо продуманная защита важных центров, высокая живучесть корпуса и главного оружия корабля – 152-мм артустановок, наличие двух центральных постов, двух дальномерных постов, двух РЛС управления артогнем, дублирование систем наводки, заряжания и механизмов башен, возможность перехода полностью на ручное управление – все было рассчитано на получение тяжёлых повреждений. Корабль практически создавался для боя и в отличие от современных ракетно-артиллерийских кораблей мог выдерживать повреждения различной степени тяжести. Живучесть артиллерии главного калибра была очень высокой. Крейсер мог продолжать вести огонь главным калибром полностью обесточенный, буквально только руками матросов