Штурм Бахмута. Разведвзвод. Том II - Александр «Писатель» Савицкий

— Мне нужно связь держать с пацанами и курсовать их про ситуацию! — зло оборвал он меня. — Юнайтин? Юнайтин? Я — Виват. Над вами…

Его голос потонул в мощном взрыве мины, которая прилетела к нам во двор. Сквозь дым я увидел, как он обмяк рядом со мной и стал сползать вниз по ступенькам. У меня сильно звенело в ушах и не хватало в легких воздуха, выбитого оттуда взрывной волной. Виват лежал передо мной и шевелил губами. Из-под каски по его лицу обильно текла кровь. Я стал звать на помощь, не слыша своего голоса, и потянул его ниже. Вокруг замельтешили другие и стали тянуть его и меня. Оказавшись в подвале, я трясущимися руками стал снимать с него каску и увидел вместо глаза дыру размером со спичечный коробок. Из нее, пульсируя как гейзер, фонтанчиком брызгала кровь и стекала на пол. Виват был еще жив и хаотично подергивал руками и ногами. Я разорвал перевязочный пакет и стал тампонировать ему рану, стараясь остановить кровь. Когда я закончил, он дернулся еще один раз и затих. Мимо меня протянулась рука и взяла его рацию.

— Тельник! Тельник! Я — Нейсон. Виват — двести. Что нам делать?

— Жаль, что так… Держите позицию, — ответил Тельник.

Большинство осколков от мины ушло влево и ударило в стену подвала, а небольшая их часть попала в броник и каску Вивата, и всего лишь один осколок попал ему в глаз. Я был контужен, а остальные подавлены его смертью. Он был командиром и первым из нас, кто погиб, и это деморализовало пацанов.

— Блять, командира убило, что нам теперь делать? — запричитал Литроу.

— Вы что, маму потеряли? — разозлился я. — Давайте, дальше работаем!

Мой двухлетний опыт службы на Кавказе и закалка, которую я получил там от нашего старшины с позывным Маньяк, вбивавшего в нас ненависть к людям и стойкость к трудностям военной жизни, еще тогда закалили меня и сделали жестче. Маньяк был двухметровым краповым беретом и не щадил ни себя, ни нас. Он напоминал мне Пореченкова из фильма «9 рота». Я еще несколько лет после его тренингов воспринимал любую особь мужского пола, которая смотрела на меня сурово, как врага, нуждающегося в уничтожении.

— Нейсон! Ты взял рацию, а нас учили, кто ее возьмет, тот тогда командир. Командуй!

— Может, ты? — посмотрел на меня Нейсон.

— Ни-ху-я! — четко ответил я, понимая, что не хочу брать ответственность за группу. — Просто будешь нашим старшим, а все решения будем принимать вместе, — предложил я ему компромиссный вариант.

— Ладно… — нехотя взвалил он на себя эту ответственность.

Позже к нам пришла группа эвакуации и забрала Вивата. Сразу за ней подтянулась полноценная группа пополнения в составе восьми бойцов и принесла все необходимое для пацанов, которые держали позиции в доме. Необходимо было не просто зачистить первый дом до конца, но и штурмовать соседние дома, а для этого нужны были человеческие ресурсы.

— Пацаны, с такими баулами вы и десять метров не пройдете, лучше ваши мешки располовинить, — сразу предупредили мы.

— Нам сказали все донести…

— Лучше донести хотя бы половину, чем не донести ничего. Дымы есть?

— Да.

— Кто у вас самый шустрый?

— Акылбек. Он самый быстрый казах на свете, коня может обогнать.

Вперед вышел не сильно коренастый, небольшого роста парень. У него за плечами тоже был рюкзак, доверху набитый БК и пайками.

— Ты пойдешь пустым, — сказал ему Нейсон. — Там лежит наш двухсотый. Нужно срезать у него рюкзак, в котором очень важный груз и дотащить до дома.

— Хорошо, — кивнул он.

— Пойдешь последним, чтобы меньше привлекать внимание.

Слушая Нейсона, я опять вспомнил Маньяка и его практические лекции по передвижению под огнем во время боя: «Двигаясь в тройке, всегда идите первым номером! — хмурил он брови и по-бульдожьи сжимал челюсть. — Первого, если он двигается быстро и непредсказуемо, противник проебет и не успеет подстрелить в девяносто девяти процентах случаев. Чуть меньше шансов у номера два. И совсем мало у того, кто бежит третьим номером. Как бы цинично это не звучало, но третий номер — это пушечное мясо, — смотрел он на нас и улыбался. — А вообще, воюйте так, будто вы — Сталлоне из фильма «Первая кровь». Ни на кого не рассчитывайте, кроме себя. И если каждый из вас будет так воевать, то вы станете командой!»

Мы примерно обрисовали Акылбеку, где лежит Царек, и дали ему нож, который остался от Вивата. Лицо его не выражало никаких эмоций, и было непонятно, страшно ему или нет. Закидав себе путь дымами, они стали по одному выбегать наружу. Хохлы, понимая, что мы предпринимаем новую попытку прорыва к пацанам, тут же открыли огонь на подавление. Одному из бойцов пуля тут же попала в ногу, а второму две пули прилетели в броню и одна сбоку вошла в тело. Остальные, петляя, добежали до дома и скрылись в нем.

Нам удалось затянуть обоих трехсотых в подвал и начать оказывать первичную помощь. Один из них, в полубреду и истерике, мешал себя перевязывать и срывал повязки. Промучившись с ним пять минут, я применил к нему меры воздействия и дал пару отцовских лещей, чтобы он пришел в себя.

— Ты мне нос сломал, — заныл он.

— Лежи спокойно! Или сдохнешь, дебил! — стал орать я. — Жгут не трогай! Три пакета бинтов уже на тебя потратили.

Я понимал, что ему страшно и больно, но как нас учили в учебке: «Пиздюлина — это порой единственное лекарство, способное вывести человека из шока». Второму затампонировали входное отверстие и залепили армированным скотчем. Я боялся, что пуля могла погулять у него внутри и повредить органы, но он лежал спокойно и только смотрел на нас грустными глазами.

— Все с вами будет хорошо, — успокаивал я их. — Группа эвакуации уже на подходе.

— Я буду жить? Честно? — спокойно спросил меня он.

— Куда ты, сука, денешься!

Как мы говорили: «Погода была с сильными осадками», и поэтому группа эвакуации шла больше полутора часов. Я был вынужден каждые полчаса ослаблять жгут и давать приливать крови к ноге первого трехсотого.

За это время группа Юнайтина забежала в первую «Ешку», к радости находившихся там пацанов, и полноценно захватила первый этаж.

— Нейсон — Юнайтину? — вышли на нас пацаны из дома. — Пополняхи говорят, что был еще один боец. Казах. Он у вас?

— Нет. Мы думали, он перебежал к вам с подарками.

— Нет его. Эти тоже не знают, куда он делся, — Юнайтин замолчал. — Нужно организовать вылазку за рюкзаком Царька. В