«Проект К»: Мясорубка - Олег Алтайский

– Так ты же и познакомил. Забыл, что ли? Напомнить, как ты в парке в Скадовске указания нам давал?

– Какие ещё указания?

– Как школу в Донецке заминировать.

– Чего ты лепишь, придурок? Ты же опытный урка, поэтому должен знать, что со следствием лучше договариваться. Давай быстро протокол составим, и я тебя в камеру отпущу.

– Ничего я тебе не скажу, крысёныш. Надоел ты мне, душнила. Ты как хочешь, а я устал, я выхожу из общения, от тебя гнилью воняет. Мне пора. Прости меня, Господи!

Людвиг ещё раз вздохнул. Сделал паузу, снова резко вздохнул и, опустив голову на грудь, медленно выпустил воздух ртом. Глаза его, не моргая, уставились в одну точку на полу.

Тигр, еле сдерживая себя в руках, произнёс:

– Пока на все мои вопросы не ответишь, из этого кабинета не выйдешь. Будешь упираться – тебя отсюда вынесут. Ты сам прекрасно знаешь, что тебя ждёт. Давно на электричке не катался?

Людвиг молчал. Смотрел в одну точку и на слова следователя никак не реагировал.

– Ну хорошо, старая отморозь, сам напросился.

Повысив голос, Тигр крикнул в сторону двери:

– Дежурный!

Дверь открылась, и в кабинет заглянул молодой парень. Тигр сказал ему:

– Давай Медведя зови сюда. Скажи, пусть все свои причиндалы захватит. Тапик, провода. Зови.

Дежурный кивнул головой и исчез за дверью.

Тигр, снова обращаясь к Людвигу, произнёс:

– Сейчас провода к тебе подключим и током память вернём. К общению, опять же, стимулируем. Не только говорить начнёшь. Песни петь захочешь. Последний раз предлагаю по-хорошему.

В ответ – тишина.

– Ну как знаешь.

На пороге кабинета появился увалень неопрятного вида: грязная форма и редкие жирные волосики клочками прикрывали прыщавый лоб. В ехидной улыбке и блеске в глазах было видно, что он любит свою профессию и готов пытать людей, получая от этого сказочное наслаждение.

Тигр глянул на него и сказал:

– Приступай.

Трясущимися от предвкушения удовольствия ручонками Медведь размотал провода, разложил их по полу и, подойдя к Людвигу, произнёс:

– Слышь, дружок, обувь снимай давай, да.

На его фразу никто не отреагировал. Он встал на колени и заглянул в стеклянные глаза Людвига. После этого Медведь перевёл взгляд на Тигра и раздосадованно произнёс:

– Так он это… всё.

– Что это? Что всё? Чего ты тут говоришь?

– Так он отъехал. Ему кирдык.

– В смысле отъехал?

– Ну, сдох, короче.

Тигр подошёл к Людвигу и положил два пальца на сонную артерию. Пульс не прощупывался.

– Вот же сука, прямо в моём кабинете зажмурился! В камере не мог, что ли? Отписывайся теперь. Ну, уродина! Вот это подстава так подстава. Ну, гнида!

Тигр заходил нервно по кабинету, не в силах подобрать нужные слова, чтобы выразить всё своё возмущение.

Но Людвигу это было уже неинтересно. Его душа, наконец-то избавившись от плотской оболочки, стала по-настоящему свободной. Наконец-то он отмучился и покинул этот бренный мир.

Симон

Тигр сидел в своём кабинете и перелистывал толстую папку. В дверь постучали, и дежурный, заглянув, спросил:

– Можно заводить задержанного?

– Да, заводи, – произнёс Тигр и, откинувшись на спинку стула, нарисовал на своём лице подобие улыбки.

Симон вошёл в кабинет и на секунду замер. Увидеть в качестве следователя Тигра он никак не ожидал.

– Ну, привет, Симон, чего растерялся? Проходи, присаживайся.

Симон прошёл и, сев на табурет, тихо произнёс:

– А Людвиг оказался полностью прав.

– Да что у вас за мода такая – что-то там себе под нос бубнить? Ты это, смотри, не зажмурься здесь.

– В смысле? – Александр не понял последней реплики Тигра.

– Как спрашиваю, как здоровье твоё?

– Нормально.

– Сердце не шалит? Не колет?

– Нет. А что?

– Ну и хорошо. Значит, готов к общению.

– Готов.

– Вот и молодец! Вот и отлично!

Тигр вытащил из стола чистый бланк протокола и, взяв шариковую ручку, принялся задавать обязательные вопросы. Симон, неоднократно знакомый с этой процедурой, спокойно отвечал, ожидая основной части беседы.

Когда шапка протокола была заполнена, Тигр отложил ручку в сторону и, откинувшись на спинку стула, произнёс:

– Во-первых, я хочу тебя поблагодарить за помощь.

– За какую ещё помощь? – удивился Александр.

– Как за какую? Благодаря вам, нам удалось собрать полную доказательную базу на преступную организованную группу.

– На какую ещё преступную группу?

– Как это на какую? На группу Клёна.

– С какого это перепуга они преступниками вдруг стали?

– Симон, ты не увлекайся, давай. Правила общения у нас должны быть процессуально правильными. Я спрашиваю, ты отвечаешь.

– Да не гони ты, Тигр, ты же нормальный парень и сам знаешь, что Клён и его парни больше нас с тобой для Победы и Родины делают.

– Вот именно, только для чьей победы?

– Как это для чьей? Для нашей.

– А ты на чьей стороне?

– В смысле? На чьей я? Я русский и на стороне России.

– А почему тогда ты вёл антироссийскую деятельность?

– Кто? Я? Ты чего говоришь?

– Послушай. Я допускаю, что Клён мог использовать тебя втёмную, и ты не знал, что он враг России. Но факты – вещь упрямая.

– Какие на хрен факты?

– Ну да ладно. Мы немного отвлеклись. У тебя будет время обо всём хорошенько подумать, всё проанализировать, и, уверен, что правильная картинка сложится в твоей голове. Сейчас вернёмся к тебе. Гражданин Симонов Александр Валерьевич, вы знакомы с Габоряном Ашотом Вагизовичем?

– Кто это? Понятия не имею. Не знаком.

– Это тот, кого ты застрелил из своего пистолета.

– Блин, да что за бред! Какого пистолета?

– Который у тебя изъяли при аресте. Из пистолета «Форт», украинского производства. Откуда он у тебя, кстати?

Александр всё сразу понял. Он понял, что снова вляпался в некрасивую историю на ровном месте, по собственной глупости. Подставлять Клёна он не собирался, и, вспоминая реакцию Людвига на подобный подарок, он понял, что сам во всём виноват. Никто ему не мешал отказаться тогда и не совершать глупого поступка.

– Я его нашёл.

– Где, когда, при каких обстоятельствах?

– Когда – не помню, когда в ЖП приехал. В номере, куда я заехал на проживание. Там он в тумбочке лежал. Вероятно, забыл кто-то, кто до меня жил.

– Хорошо. Проверим, кто до тебя жил.

– А предпринимателя Габоряна за что застрелил? Платить тебе не хотел?

– Не убивал я никого.

– К сожалению, факты говорят обратное. На второй день твоего нахождения в ЖП, гражданин Габорян был обнаружен мёртвым в салоне своего автомобиля. Экспертиза показала, что выстрел был сделан из пистолета, на котором фигурируют твои отпечатки пальцев. Так что ты, дружок, приехал.

– Я никого