Я дрался в Новороссии! - Федор Дмитриевич Березин

"травматики", рвались петарды и взрывпакеты. Почти сразу же появились раненые. Мы с девчонкой из медотряда вывели из этого ада одного пострадавшего. У здорового, под два метра ростом мужика голова - в крови. Его ощутимо шатает. Значит сотрясение. Ведем его в безопасное место. В свете тактического фонарика обрабатываем рану - от края волосяной части головы надо лбом и до затылка.. ближе к левому уху. На него набросились несколько "желто-блакитных", ударили по голове арматурой. Но он умудрился всех их раскидать, еще и погнался за "горе вояками"!..

А вот на наших руках этот дядя уже обвисал, периодически теряя сознание. Проверили зрачковую реакцию - вроде нормально, речь у него - связная. Но симптомы тяжелого сотрясения мозга выражены явно. Обрабатываем рану, бинтуем и тащим в операционную. Там врачи уже зашили мягкие ткани, поставили дренаж. Вместе с листком назначения на "Скорой помощи" отправили его в нейрохирургию.

Всего было около десятка пострадавших с нашей стороны: легкие контузии от применения взрывпакетов, ушибы, рваные раны конечностей, травмы головы. Всем им медиками-добровольцами была оказан квалифицированная помощь с последующей отправкой по "Скорой помощи" в больницы города Донецка.

Дома меня встретила с укором во взгляде жена. Я лишь пожал плечами, приходилось разрываться между семьей, работой и долгом. Ни дай Бог, кому испытать это! К тому же, практически все добровольцы, как и я сам, приходили на баррикады после работы.

Вернулся домой, принял душ, переоделся, поел, немного отдохнул. И к восьми вечера - на баррикады.

- Подожди. Возьми крестик моей бабушки, пусть он тебя бережет, - жена надела мне на шею серебряную цепочку.

Я крепко обнял самого дорогого в этом сумасшедшем мире человека. Главное - не смотреть ей в глаза, иначе сил уйти уже не будет. Впереди была еще одна ночь, в целой череде бесконечных ночей, расцвеченных огненными сполохами и смертоносными "светляками" трассеров.

 ***

Кровавя Пасха - так назвали этот праздник в странном и страшном 2014 году. Неподалеку от Славянска боевики "Правого Сектора" расстреляли наш блокпост. Оружия у ополченцев Донбасса не было, только дубинки и бутылки с зажигательной смесью. Подоспевшая маневренная группа с автоматами ответила огнем, в результате один из джипов "Правого сектора был расстрелян, второй успел уйти.

У нас на баррикадах тоже градус противостояния накаляется. Как раз в день Великодня - Пасхи, появился у нас еще один раненый. Защитника баррикад возле донецкой ОГА приговорили к своеобразному жертвоприношению! А дело было так: пришел к нам какой-то "мутный" товарищ, движимый жаждой помочь. Ошивался на баррикадах, познакомился с тем самым бойцом, которого и наметил в жертву. Принес ему освященную пасочку, они вместе поели, этот "мутный" даже молитву какую-то прочел.

А потом воткнул нож в спину тому, с кем только что разделил святую трапезу!

Я обрабатывал эту рану: колото-резаная, шириной сантиметра полтора. Расположена чуть ниже левой лопатки. Парню просто повезло. Рана чистая и заживала хорошо. Я только вытащил дренаж и наложил новую стерильную повязку. Этого парня я еще много раз на баррикадах. Даже раненые, защитники Донбасса не покидали своих постов.

***

У людей на баррикадах была эйфория. Во-первых, скоро День Победы, святой для всех праздник. А во-вторых, стало известно, что в Краматорске остановлена колонна бронетехники и личный состав 25-й Воздушно-десантной бригады ВС Украины из Днепропетровска. Еще одни профессионалы не решились поднять оружие на мирных жителей. До этого были и еще случаи, когда местные мужички и бабоньки крепкими выражениями останавливали не только грузовики с солдатами, но и танки украинской армии! Люди верили, что еще немного, и к их голосу прислушаются в высоких кабинетах в Киеве. Не прекращались митинги в поддержку федерализации Украины и в поддержку русского Крыма и политики России по отношению к киевской хунте. Демонстранты и защитники донецкой ОГА были настроены на жесткий, но все-таки диалог с "исполняющими обязанности" киевскими властями.

Все переменилось 2 мая. Одесса стала нашим Рубиконом, но перешли эту реку крови бандеровцы!

Сразу на баррикадах и блокпостах в Донецке появилось огнестрельное автоматическое оружие. Раньше лишь кое-где мелькнет в толпе "отжатый" у милиционеров укороченный "калаш"... А теперь самые разнообразные автоматы, дробовики и даже пулеметы появились у подавляющего большинства защитников Донбасса.

И тоже. как говорится. "картина маслом". Стоит милиционер с дубинкой и газовым баллончиком и в своей смешной синей форме, опять-таки, без бронежилета. А рядом с ним - детина в маске-"балаклаве", в бронежилете и полной экипировке, "разгрузке", в руках - "калаш" с подствольным гранатометом.

- Товарищ милиционер, а Вы поинтересуйтесь у этого молодого человека . есть ли у него разрешение на оружие? - не выдерживаю я под дружный хохот и рев таких же "вежливых людей" донецкого разлива.

Следующей акцией стал захват Донецкой областной прокуратуры. Там донецких активистов встретил плотный огонь из травматического оружия. Причем стреляли не местные, донецкие милиционеры, а присланные из Запорожья и Винницы. Огонь из "травматики" велся в упор, в нарушение всех правовых норм и правил. Мне лично пришлось эвакуировать раненого с разбитой головой. Мой коллега фельдшер Дмитрий вывез на своей машине пострадавшего с проникающим ранением резиновой пулей в грудь. В операционной, развернутой в донецкой ОГА, хирурги проводили необходимую обработку ран и передавали пострадавших на "Скорую помощь".

Во время штурма прокуратуры стрельба велась довольно активно, рвались взрывпакеты. Так, что мой бронежилет и стальная каска были весьма нелишними.

После я вернулся и эвакуировал еще одного из наших с ранением травматической пулей в левое бедро. Дядька был невысокого роста, но плотного телосложения. Как я его вытащил на газон - сам не знаю. Штанина разорвана, но крови было немного. Залил рану перекисью из пластикового флакона, туго забинтовал перевязочным пакетом. К тому времени подъехала "Скорая помощь", и я передал пострадавшего медикам.

Как всегда, "под раздачу" попали совершенно непричастные к силовому захвату. Ситуация приключилась трагикомичная: толпа разъяренных женщин окружила какого-то мужика, выкрикивая в его адрес проклятия. Мужчина был весьма упитанный, средних лет, в очках и с профессиональной фотокамерой в руках.

- Это провокатор! Давайте захватим его и поменяем на наших ребят! - весьма визгливо кричали бабушки и женщины.

Ей Богу, зомби-апокалипсис... Мне почему-то показалось, что совершенно обескураженный мужик просто не понимает по-русски. Продравшись сквозь толпу разъяренных бабушек, я стал, что называется грудью. Толпа совсем немного притихла.

- Do you speak English?

—  Yes! Yes!

—  Where you from?

—  France!

Моего скромного словарного запаса вполне хватило, чтобы прояснить ситуацию. Втроем с ополченцами мы все же