Чёрт из Чертаново - Антон Панарин

Занятно. Оказывается этот слой реальности называется домен и судя по всему он отрезан от внешнего мира. Удобно.

Подойдя к доске, я смахнул скупую слезу, открыл приложение банка и перевел сорок тысяч, попутно оплатив комиссию в четыреста рублей. Правда, я тут же расплылся в улыбке, обратив внимание на то, что платёж доставлен Ирине Викторовне Ж. Интересно, кто эта загадочная женщина и в курсе ли она, что её картой пользуется жаба? Вернувшись обратно, я хохотнул забирая кристалл:

— Спасибо Ириш, с тобой приятно иметь дело.

Жабыч скривился и махнул лапой в сторону выхода, мол, проваливайте. Не выходя из магазина, я раздавил кристалл в кулаке. Он хрустнул, осколки растворились в воздухе, а перед глазами всплыло сообщение:

Вы изучили навык «Переливание».

Мы распрощались с Жабычем и выбрались из избушки. Вниз по доске я спускался задом наперед, цепляясь руками за дощечки, и шею, к разочарованию торговца, так и не свернул. Едва мои шлепанцы коснулись земли, заметил, что Борр смотрит на меня с восхищением.

— Саныч, ты кто такой вообще? Как ты умудрился нагнуть этого крохобора⁈ Это ж надо, с тридцати монет до восьми цену уронил!

Расплывшись в улыбке я процитировал фразу которую приписывают Джейсону Стетхему. Готов спорить что он её не говорил, но какая разница? Забавно ведь.

— Прав не тот кто прав, а тот кто лев, — многозначительно произнёс и неспешно пошел в сторону дома.

По дороге Борр всё время доставал меня пытаясь разобраться что значит эта фраза. Разумеется я не стал ничего объяснять. Пока меня не будет, пусть ломает голову.

До дома мы добрались без приключений потратив на поход в лес и торги аж два часа чистого времени. Едва мы зашли в квартиру, как Борр умчался на кухню доедать стейки, я же прошел в спальню и уселся на край кровати.

Открыв приложение такси, я вбил в строку назначения «улица Писателя Маршака, 1Г» и нажал кнопку заказа. Машину обещали подать через семь минут, и я решил скоротать ожидание с пользой, а именно изучить свежекупленный навык.

Стоило подумать об окне развития, как оно послушно развернулось перед глазами. В строке «навыки» красовалось две строчки:

Взгляд в будущее

Переливание

Я сосредоточился на обновке, и текст изменился:

Выберите сущность для переливания.

Ниже высветилась единственная строчка: «Боровичок Борр». Да уж, выбор, без выбора. Я мысленно ткнул в строку, и система отчиталась:

Боровичок Борр будет получать 2,5% от очищаемой энергии.

Не густо. Выходит, с подвального нарыва Борру перепадет всего одна несчастная единичка кармы. Хотя это лучше, чем ничего, да и покупал я навык не ради откорма боровичка. Главное уничтожить нарыв под родительским домом и самому при этом не откинуться. В автосалоне меня чуть не вывернуло наизнанку от двадцати единиц скверны, а в подвале этой дряни почти вдвое больше.

Телефон пиликнул, сообщая, что серая Гранта ждёт у подъезда. Уходя, я заглянул на кухню и улыбнулся, видя, как Боровичок выливает соус из контейнера с салатом прямо в рот.

Выйдя из дома я сел в такси, за рулем которого был мужичок лет пятидесяти с седой щетиной. Мы выехали со двора и направились на окружную улицу Антонова-Овсеенко. Смотреть по дороге было особо не на что, по левую сторону дома, по правую промзона. А вот таксист был весьма занимательным.

Он каждые пару минут морщился и тер левый висок на котором пульсировала черная пиявка размером с большой палец. Тварь мерно сокращалась, будто крохотный насос, и с каждым таким сокращением водитель кривился от боли всё сильнее.

— У вас всё в порядке? — полез я не в своё дело, поймав взгляд водилы в зеркале заднего вида.

— Да жарища эта, будь она неладна, — отмахнулся таксист. — Уже месяц голова раскалывается, таблетки горстями жру, а толку ноль.

Ещё бы. Таблетки от энергетических паразитов не спасают.

— Я массажистом работаю, — соврал я без стеснения. — Знаю одну точку на виске. Хотите, нажму, и всё пройдет?

Водитель покосился на меня в зеркало и с сомнением протянул:

— Да нет, спасибо. Не нужно.

— Так это бесплатно. Просто хочу помочь.

— Ну раз бесплатно, тогда давай попробуем, — сдался он.

Я подался вперед и потянулся к пиявке, пытаясь её ухватить. В последний момент тварь извернулась и вгрызлась в мой указательный палец, да так, что я едва не крикнул от боли. Руку пришлось отдернуть, и пиявка оторвалась от виска, повиснув на моем пальце.

— Ого! — Таксист ощупал висок и просиял. — Боль и правда стала меньше! А я ведь даже не почувствовал, что вы сделали. Спасибо, блин!

— На здоровье, — криво улыбнулся я, украдкой пытаясь стряхнуть паразита. — Скоро боль совсем пройдёт.

Говоря это я боролся с пиявкой вцепившейся в мой палец мертвой хваткой. Сколько бы я не тряс рукой она даже не думала отпускать свою добычу.

— Слушайте, может, вам водички? Или конфет? — расщедрился водитель. — Правда, у меня только карамельки.

— Нет, спасибо. А вот влажную салфетку я бы взял, если есть.

Таксист пошарил в бардачке и протянул мне пачку. Я вытащил салфетку, а следом резко оторвал пиявку от пальца и швырнул на резиновый коврик. Оставалось лишь раздавить гадину подошвой шлепанца, что я и сделал, заодно изобразив, что устраиваюсь поудобнее на сиденье.

Останки паразита полыхнули золотистым и растаяли, а Мир порадовал сообщением:

Вы уничтожили энергетического паразита. Получено 2 ОК.

Из прокушенного пальца тем временем сочилась кровь. Я замотал его салфеткой, сунул руку в карман и сделал вид, что всё в полном порядке. Вот и лечи после этого людей. Вместо благодарности сплошные производственные травмы.

Спустя двадцать минут Гранта остановилась у стадиона Факел, и я, поблагодарив водителя, выбрался наружу. Народу собралось море. Толпа гудела на сотни голосов и лениво тянулась внутрь стадиона. Я отошел в сторонку, набрал Саню и прижал телефон к уху.

— Сань, ты где?

На плечо легла тяжелая ладонь, и грубый голос пробасил:

— Закурить не найдётся?

Обернувшись, я увидел подкаченного Санька с шеей борца и добродушной улыбкой во всю физиономию.

— Ха-ха! Ты бы видел свою рожу! — загоготал он, тыча в меня пальцем.

— А ты бы видел свою! — рассмеялся я в ответ. — Сколько можно на массе сидеть? Уже вся харя жиром заплыла.

— Да иди ты, — наигранно обиделся