Мне с собой хорошо. Книга-маяк для тех, чьи глаза перестали светиться - Лариса Парфентьева

По описаниям Дима и правда подходил мне. Мы договорились встретиться с этим неизвестным интеллектуалом в Севкабель-порту на выставке, посвященной Бэнкси.

Севкабель – это такое большое культурное пространство на Берегу Невы. Я приехала на встречу чуть раньше него и встала полюбоваться рекой.

Он написал: «Вижу тебя». Я развернулась и обомлела: «Боже, как он хорош собой». Это был определенно тот тип внешности, от которого я таяла все предыдущие годы.

Мы расслабленно болтали будто знали друг друга сто лет. Просто не могли наговориться. Он прочитал мне увлекательную лекцию про Бэнкси – как ему удалось сделать граффити искусством 21 века, почему сам художник называет себя «вандалом высшего качества» и какие маркетинговые фишки он использует. Ну и еще, меня, конечно, тронуло, что он произносил правильно «граффи́ти», а не «гра́ффити». Это прямо бальзам на мою филологическую душу.

Беседа действительно была интересной. Но… не было пятого элемента: сердце не дрогнуло никак. Вот ни один сердечный мускул. Я уж пыталась подавать ему электрические разряды, но нет.

«Черт, черт, черт, все же отлично! Почему ничего не происходит? Где химия, але?» – договаривалась я с собой. Бывает же такое: встречаешь классного человека и понимаешь, что он идеален… но между вами может быть только дружба.

Я была расстроена – мне было комфортно во всем, кроме одного – никакого воодушевления. Абсолютно ровная кардиограмма.

Это фигуральное выражение: если бы моя кардиограмма была ровной в самом деле, то я бы не смогла написать ни строчки.

В конце выставки я похлопала его по плечу, по-отечески, и сказала: «Буду рада с тобой дружить». Он интеллигентно кивнул и спросил: «Подвезти тебя?»

Мы сели в машину, и тут зазвонил телефон:

– Добрый вечер, Лариса. Меня зовут Анна. Я звоню вам из Петербурга.

– Добрый! А я сама здесь, чем могу помочь?

– Я представляю кастинговое агентство. Мы ищем возрастных балерин для участия в постановке. Мне скинули ваш пост – нам понравилась ваша мама, можете нам отправить фото и видео ее тренировок?

– Ого! Вот это новости. А что за постановка?

– Мы просим нигде это не афишировать, но у нас отбор на… Дягилевский фестиваль.

– Что? – я подскочила на кресле, – этого не может быть! Это какой-то розыгрыш.

– Нет, это правда. У нас будет балетная постановка вместе с оркестром, который возглавляет Теодор Курентзис.

– Нет-нет-нет, это точно звучит как шутка. Один из самых известных дирижеров мира?

– Конечно. Так мы можем рассматривать кандидатуру вашей мамы?

– Да, да, да. Я сейчас все скину.

Только в этот момент мое сердце забилось сильно. Это похоже на голливудский фильм. Я не верила, что такое возможно – один пост и сразу такое предложение?

Я срочно собрала все, что скидывала мама, и отправила им. Через пять минут пришел ответ: «Мы все получили, не ждите скорого решения. Мы будем рассматривать все кандидатуры минимум месяц».

Раньше бы я уже начала волноваться и тревожиться, а теперь вспомнила разрешение на Poh-стратегию.

Poh – это не про агрессию и не про опускание рук, Poh – это позволение жизни течь так, как и должно. Полнейшее доверие тому, что происходит. Расслабиться и скользить.

За годы саморазвития я поняла, что любой инструмент будет работать, если его внедрить. Я уже опробовала разрешалку на спонтанность, Poh-стратегию, а теперь пришло время проверить, как работает замедление.

Произведение Кафки «Превращение» начиналось так: «Проснувшись однажды утром после беспокойного сна, Грегор Замза обнаружил, что он у себя в постели превратился в страшное насекомое».

Так вот со мной произошло то же самое: «Проснувшись однажды утром от спокойного сна, я обнаружила, что превратилась в ленивца».

Мне совершеннейшее не хотелось покидать кровать, но в голове стучало:

«Надо, надо, надо, все горит, вставай!»

«Что горит, куда вставать?» – спрашивала я, но отклик не находила. Всю жизнь я была скоростной, работала круглыми сутками с того момента, как у меня появилась официальная занятость.

У меня не было такого понятия как выходные, «вечер для себя или для близких», а термин «work-life balance» – это для слабаков, думала я. Баланс между работой и личной жизнью, шутите? Это что вообще? Не слышали.

Мне казалось, что все сгорит и непременно разрушится, если я срочно не подключусь.

Мои страхи, если я сейчас же не начну работать:

– то дела сами себя не сделают;

– а если их кто-то будет выполнять за меня, то качество пострадает;

– не успею все завершить к дедлайну;

– у меня закончатся деньги, и я умру в нищете и забвении вон в той канаве.

Дел всегда было бесконечно, и они никак не заканчивались, а только нарастали. Кругом летали «Черные лебеди», о которых писал ученый Нассим Талеб. Количество непредсказуемых проблем, возможностей, ресурсов, задач не уменьшалось. Все сыпалось, как из рога изобилия, а иногда, как из рога дерьма.

Мое любимое приложение со списком дел – ToDoist – каждые полчаса отправляло напоминалки. Карты памяти мозга не хватало, поэтому я записывала в календарь все, даже бытовые задачи. И нередко рядом с «Выступление на форуме» маячила строчка «Купить помидоры».

Жизнью управлял список дел, и в ней совершенно не было места отдыху.

Я посчитала, что только дважды за последние двадцать лет успела передохну́ть. И удивительно, как моим нервным клеткам удалось не передо́хнуть за это время.

В 2012 году я вернулась в свой родной город – Уфу, оставив в Москве работу на ТВ и большие перспективы. Тогда за время отдыха я соединилась с собой и отчетливо услышала сердце: «Тебе надо писать книги!» И я прислушалась.

То время полностью трансформировало меня и показало новый вектор. И я понеслась. Бежала без остановки до последнего времени.

Оказывается, даже когда занимаешься тем, что любишь, может унести в кювет. Произошел перекос в другую сторону: в моей жизни появилось много выступлений, онлайн-проектов, встреч, и вечная гонка вернулась.

Я была быстрая как гепард. А сегодня захотелось стать медленным гепардом. Интересно, это возможно?

Наступила самая обычная среда, и я решила, что… никуда не пойду.

Перенесу все дела и встречи на ближайшие несколько дней и устрою чилаут-каникулы. И посмотрим, что они принесут, какие инсайты.

Это было смело. Это было охренеть как смело. Чтобы вы понимали, я никогда не позволяла себе переносить дела. Я думала так: «Когда я что-то переношу или меняю планы, я оскорбляю саму себя». Поэтому всегда проводила все встречи, даже если болела, как минимум онлайн, если был вирус, плевала на температуру, состояние нестояния и даже на форс-мажор.

Сегодня я впервые подумала, зачем мне вообще моя жизнь, если я не могу себе позволить что-то отменить и куда-то не прийти?

Если я хочу, то могу:

• отменить все встречи;

• не вставать с кровати столько, сколько хочется;

• перенести все дела;

• валяться и не думать ни о чем;

• не мыть голову и разбрасывать повсюду крошки от еды (кстати, у меня реально проблема – если куда-то упали крошки или появилась капелька грязи, это надо срочно убрать, иначе меня это невротизирует).

Я вдруг