Мне с собой хорошо. Книга-маяк для тех, чьи глаза перестали светиться - Лариса Парфентьева

Например, вместо нормально проявленной злости будешь направлять мачете агрессии на самого себя и кромсать изнутри.

Поэтому для начала нужно позволить себе прожить все, что хочется.

Если тянет плакать, то плакать. Если – орать, то орать. Если есть желание убивать, то «убивать» дорогой немецкий сервиз и любой другой неодушевленный предмет.

Шаг 2. Включить неистовое самосострадание.

Самосострадание – это совсем не то же самое, что утопическая жалость.

Самосострадание – это когда говорите себе: «Да, я очень сочувствую, что тебе пришлось это пережить», «Ты пролила много слез, много неприятных чувств, и я проживаю сейчас все это вместе с тобой».

Сострадайте себе по-настоящему! Поддержите себя в этом.

Можно сделать еще такое классическое упражнение: представить себя тем ребенком, которому так не хватало любви и тепла. Мысленно подойти к нему в уже взрослом обличии и сказать: «Пойдем, малыш, я тебя забираю отсюда». И увести себя маленького из тех ситуаций.

Когда я мысленно увела себя, то долго плакала, а потом сварила большой стаканчик с какао и, укрывшись пледом, лежала на бархатной софе, залитой слезами, мысленно жалела, обнимала и баюкала маленькую себя.

Шаг 3. Включить неистовое сострадание к человеку.

У любого человека, к которому мы испытываем сложные чувства, вероятнее всего, была непростая жизнь. Однажды я сидела с другом и переживала шок, когда он рассказывал, как мама в детстве била его по лицу, называла ничтожеством, тупым и говорила, что у него никогда ничего не получится в жизни.

Он позже выяснил, что с ней в детстве так же обращался отец, и даже еще хуже – вывешивал из окна пятого этажа, и говорил, что сейчас отпустит, и она полетит вниз.

Так что, каким бы злостным нам ни казался человек, скорее всего в его жизни происходили неприятные события, возможно травматические, ломающие и перемалывающие психику в фарш.

На этом шаге следует сострадать, причем от души. Это часть общей методики перерождения через прощение. При этом мы должны понимать, что у каждого был выбор: мать моего друга могла остановить этот снежный ком ненависти, который царил в семье, но она выбрала его продолжить. Поэтому речь не идет о том, что мы обязаны всех прощать. Важен следующий шаг.

Шаг 4. Найти драгоценные бусины опыта.

Главное, это бусины опыта.

То, что в этой истории трансформировало нас. Мы не обязаны никого ни понимать, ни любить, ни даже прощать. Но мы однозначно обязаны взять лучшее из того опыта, который у нас был, и переплавить его в свою лучшую жизнь.

Например, мой друг о котором я рассказала выше, полностью изменил свою жизнь: он стал любящим отцом и мужем, создал свою образовательную платформу для детей и вкладывает много денег в благотворительность, поддерживая детские дома. Он говорит, что после любых травмирующих событий у нас всегда есть выбор: сломаться и обозлиться, либо направить эту энергию на созидание.

Такая вот алхимия.

День был сложный, я совершенно обессилела, а на следующий, когда я еще отсыпалась, зазвонил телефон. Номер незнакомый, поэтому я решила не брать трубку.

Я редко произношу слово «трезвонить», но тут было именно так: он трезвонил. Я схватила трубку и грубо ответила, приготовившись слать далеко и надолго этого наглого индивида:

– Кто это?

– Лариса, это снова Анна из кастингового агентства.

– Дайте угадаю: звоните мне сказать, что маму не отобрали? Я и сама это предполагала.

– Наоборот! Вашу маму выбрали для очного кастинга в Санкт-Петербурге.

– Не-ет, – остатки сна слетели мгновенно, как и желание грубить, – этого просто не может быть! Неужели такое вообще случается?

– Да, постановщику понравились материалы, так что через три дня мы будем ждать ее в Доме Радио на прослушивании.

– Нет, вы серьезно? – я соскочила с кровати и забегала по спальне, – Я не верю своим ушам! Она же просто очумеет от счастья.

– Это хороший результат, но он пока промежуточный. Все детали я вам скину и ждем вашу маму в Питере!

Я положила трубку, и тут же мелькнула мысль.

Интересно, может ли быть связано мое упражнение и эта новость.

А что, если во время перепросмотра наследства я дернула какие-то ниточки во Вселенной и поменяла траекторию рода?

Неужели они про мою маму, которая долгие годы работала не за станком балерины, а инженером станков на заводе? Про мою маму, которая после перестройки, когда закрыли завод, взялась не за пуанты, а сразу за три единственно возможные, но низкооплачиваемые работы, чтобы прокормить семью? Неужели моя мама, будучи уже глубоко-глубоко на пенсии, выступит на Дягилевском фестивале?

Это звучало как слишком хорошее обещание.

Я тут же позвонила маме, продолжая носиться по квартире от переполнявших эмоций.

– Мам, ты где?

– Дома, блины готовлю.

– Ты сидишь?

– Нет, стою.

– Лучше сядь.

– Что случилось? Ты беременна?

– Ха-ха, даже не надейся. Мне только что позвонили из кастинг-агентства! – я пролетела очередной круг от кухни через зал до спальни и побежала назад, почти крича в трубку, – агентство которое отбирает балерин для Дягилевского фестиваля! Слышишь?! Они выбрали тебя! Мам! Они выбрали тебя на очный этап кастинга!

– Что? Ты шутишь?

– Вообще не шучу, – я, наконец, присела на подоконник, чувствуя, как сердце продолжает бешено «бегать», – тебе надо быть в Санкт-Петербурге через три дня в Доме Радио. Кстати, красивейшее место, памятник архитектуры. Представь, тебя там будут ждать организаторы фестиваля.

– Нет, я просто не могу поверить… Это же сон…

– Ты, главное, сильно не переживай. Ну все, я сейчас куплю тебе билеты.

Через пару минут мы попрощались, и мама тут же написала «До сих пор не верю!» А потом прислала аудиосообщение: «Я сначала не хотела, чтобы ты рассказывала про мой балет, потому что у меня, старушки, плохо получается танцевать. Но я слишком долго считала себя хуже всех и не позволяла ничего, а сейчас у меня нет на это времени. Я больше не хочу отказываться от подарков, которые дает жизнь. Спасибо тебе, доченька! Я знаю, что меня все равно не отберут на фестиваль, но… я хотя бы попробую».

Я прослушала его несколько раз, всхлипнула и забронировала билеты.

У меня оставалось три дня до приезда мамы, чтобы сходить на пятое свидание, а потом обсудить детали эксперимента с ВИ.

Глава 12

В попытках создать свою алхимию

Для последнего свидания я снова выбрала мужчину из числа своих поклонников в соцсетях.

У меня там был самый давний читатель, который постоянно намекал на встречу. Но я пропускала мимо ушей, потому что была слишком занята своей книгой и депрессией (ха-ха).

Его звали Слава, и мы виделись два раза в жизни. Первый раз, лет пять назад, он пришел на презентацию моей книги с огромным букетом полевых цветов. Тогда он меня здорово напугал, потому что после основной части ивента битый час уговаривал мою подругу убедить меня сходить с ним на свидание.

Я тогда подумала: «Что за маньяк-преследователь? Надо держаться от него подальше».

Во второй раз мы увиделись на презентации моей следующей книги.