Берег суровых штормов - Сергей Иванович Зверев

где его не спрячешь от шторма. Значит, это десяток островов в пределах, может быть, нескольких десятков морских миль от места, где «Трейдвинд» выходил на связь, где Сильвия поднялась на борт со своей группой, чтобы сыграть роль «террористов».

Они изучали карту около часа и оба пришли к выводу, что судно можно было спрятать в заливах всего трех островов. До других возможных мест временных стоянок до шторма «Трейдвинд» просто не успел бы дойти. Ньюман настаивал на самом дальнем острове, обозначенном на карте как Кус, полагая, что террористы пытались уйти подальше от военных кораблей. Но Давыдов считал по-другому.

– Пол, тебе не кажется, что все выглядит немного странно? – Андрей внимательно посмотрел на американца. – В море сотни кораблей, черт знает сколько из них в это время проходят через Филиппинское море. Нападай на любой и захватывай! А они выбрали именно «Трейдвинд». А судно находилось в районе проведения военно-морских учений – временно закрытом для кораблей районе, между прочим. Им что тут – медом намазано?

– Прости, не понял? – американец удивленно смотрел на майора, пытаясь понять его.

– Ну, не важно, – отмахнулся Давыдов. – Главное, что террористов не беспокоит близость военных кораблей. Это первое важное наше с тобой умозаключение. Теперь второе – они торопились захватить судно, несмотря на приближающийся шторм. И третье – террористы не объявили широко о захвате, не стали выдвигать требований и объяснять причины. Отсюда вывод – это не простой захват террористами корабля ради выполнения каких-то требований или получения выкупа. Им плевать на военные корабли, потому что у них есть план и они почему-то знают, что военные не станут нападать и освобождать судно. Почему они так уверены? Будут грозить взрывом ядерного заряда на борту? Сомнительно. Скорее всего, Пол, они захватили судно ради чего-то, что находилось на борту. Они заберут это и тихо смоются в неизвестном направлении. Если уже не смылись! Шторм, конечно, поэтому у нас с тобой есть шанс ситуацию исправить. Ты же понимаешь, что свидетели этим людям, которые выдают себя за рядовых террористов, не нужны.

– Понимаю. – Глаза американца стали холодными и решительными. – А у Сильвии на борту только холостые патроны для имитации боя.

– Джерри! – позвал Ньюман радиста, коренастого малого в мокрой зеленой армейской футболке. – Что там с антенной?

– Дождь мешает, но к утру, я надеюсь, починю. По прогнозам, к утру утихнет!

– Ну что, тогда по погодной обстановке и действуем, – решительно заявил Пол и провел пальцем по карте с указанными глубинами и мелями вокруг островной группы. – Значит, ты считаешь, что судно нужно искать в бухте острова Матората? Там в бухте вполне можно спрятать корабль, а сам остров этот – просто нагромождение скал и ни одного ровного участка, где туземцы могли бы построить свою деревню. У меня три катера – как раз хватит на твоих и моих людей. Напрямик не пройдем, там большое волнение, а вот здесь, между мелкими островами, будет удобнее. Ну что? На рассвете?

– На рассвете, – согласился Давыдов и посмотрел на наручные часы.

Спецназовцы – народ дисциплинированный. Когда командиры вернулись в общую комнату и коротко доложили о создавшейся ситуации с захваченным террористами судном и возможном захвате или уничтожении группы британского спецназа вместе с капитаном Сильвией Билоф, все сразу поняли, что настало время действовать. Нет связи, но вместе с русскими их в комнате было одиннадцать человек, а это серьезная сила. Одиннадцать тренированных, умелых, прошедших огонь и воду бойцов. После того как русский майор изложил план операции, все принялись готовить оружие, снаряжение и укладываться спать. Даже если на сон осталась всего пара часов, это время нужно использовать для отдыха. День будет очень тяжелым. Действовать придется без поддержки флота и других сил. Когда будет связь – неизвестно, но ждать благоприятных условий никто не хотел.

Ребята улеглись на своих спальниках вдоль стен. Андрей подошел к столу и уселся на стул, посмотрел на одноразовые стаканчики, початую бутылку виски.

«Шуму-то, шуму было, – мысленно усмехнулся командир, – а выпили всего ничего. И мои орлы понимание имеют без понукания командира, да и американцы тоже. Нельзя сейчас пить, напиваться. Завтра все силы, весь опыт нужны будут на сто двадцать процентов». Давыдов открыл бутылку и поднес горлышко бутылки к носу. Виски, судя по запаху, было вполне приличным.

Дверь открылась, и из туалета вышел Паша Листовой. Он сел рядом с командиром и щелкнул пальцем по бутылке в руках Андрея:

– Ну, давай по пять капель, что ли? А то не уснем от напряжения, а нам отдохнуть надо.

Андрей взял из стопки два чистых одноразовых стаканчика и плеснул в каждый на три пальца алкоголя. Пашка взял свой стаканчик и покрутил его в пальцах, думая о чем-то своем. Свет был притушен, только у двери горела аварийная лампочка под матовым колпаком. Спецназовцы спали тихо, почти не издавая звуков и не ворочаясь. День был долгим, отдача от учебных стрельб еще гудела в плечах, и эта тишина сейчас была бы наградой, если бы не утро и не рейд в море за неизвестностью.

Капитан Павел Листовой, заместитель Андрея и его друг, сидел рядом, обхватив свой стаканчик ладонями, словно греясь. Он смотрел куда-то в сторону, в тень, и на его обычно собранном, жестком лице играла странная, мягкая улыбочка. Очень неуместная. О чем это сейчас мысли у «железного Пашки»?

– О чем задумался, Паша? – негромко спросил Давыдов. – Улыбаешься, как кот, сметану укравший.

Листовой встрепенулся, посмотрел на командира, и улыбка его стала шире, чуть смущенной.

– Да вот… Два года сегодня, Андрей.

– Два года чему? – Давыдов нахмурился, перебирая в памяти даты операций.

– Да два года, как я женился, – тихо рассмеялся спецназовец.

Командир отклонился на спинку стула, его лицо смягчилось.

– Неужели уже два года прошло? Время-то летит. Ну, рассказывай. А то все «занят», «дела», а о главном – молчок. Я ведь тогда год в командировке был, а когда приехал, тебя уже перевели в мою группу, и мы сразу улетели в Африку. Ты ведь так толком и не рассказал ничего о Маше, как познакомились. И вообще, что она в тебе нашла.

Пашка вздохнул, снова уставился в тень, и казалось, он видит там не сложенные аккуратно баулы со снаряжением группы, а совсем другую картину.

– Помнишь, я тебе говорил, сестра моя, Ольга, все уговаривала сходить с ней на какую-то выставку картин? Современных, абстрактных. Я отнекивался как мог. «Паша, – говорит, – ты же весь в железе и тактике, развейся, посмотри на что-то прекрасное». В итоге сломался. Пошел, как