Cyberpunk 2077: Цена человечности - Rihter

пристально глядя мне в глаза. — Точнее, твое будущее абсолютно чисто, на нем нет заданной колеи. Это прыжок в бездну, шаг в полную неизвестность. Ты начнешь всё заново, с чистого листа, без старых правил и прошлых сожалений. Но... кажется, этот шаг ты сделаешь не один.

Палец девушки опустился на карту, указав на изображение маленького дрона, летящего у ног парня.

Ладно. Как бы я ни оправдывался, вот это уже ни разу не смешно. Будь сейчас наша первая встреча, я бы уже приставил ствол к ее лбу и начал допрос о причинах слежки.

— Скажи честно, ты же просто напридумывала все это, зная, что я не шарю в картах? — усмехнулся я, но взгляда от последнего изображения так и не отвел.

Сложно сдержать внутренний скепсис.

Нет. Я мысленно покачал головой. Никаких знаков судьбы, пророчеств и прочего бреда. Слишком долго я жил по чьей-то указке, чтобы теперь позволить кускам засаленного картона решать, куда мне идти и с кем.

— Ты же знаешь, Джейсон, что я никогда бы так не поступила, — обиженно посмотрела на меня Мисти и принялась аккуратно собирать карты обратно в колоду.

Кажется, я немного перегнул палку. Мисти всегда очень серьезно, даже с каким-то трепетом относилась к своему увлечению, особенно если дело касается чужой судьбы и раскладов на будущее.

— Прости, — я чуть кивнул головой в знак извинения и смягчил тон. — Я не хотел тебя задеть. Просто... немного удивился результату.

— Никто не хочет слышать о судьбе, — тихо ответила Мисти. — Все боятся резких изменений и неизвестности, цепляются за старые раны, как за спасательный круг. Но это не значит, что перемены — это обязательно плохо. Возможно, там, впереди, все сложится гораздо лучше, чем ты можешь себе представить. Но если ты испугаешься и убежишь, никогда об этом не узнаешь.

Я хотел было возразить, что всегда есть куда более реалистичный вариант — все сложится в разы хуже, чем было, но договорить мне не дал сигнал внутренней связи. Выскочило текстовое сообщение от Виктора:

«Я закончил. Приходи в клинику»

— Мне пора, — сказал я вместо заготовленных слов и поднялся со стула. — Спасибо, Мисти. Это было... как минимум увлекательно.

— Я рада, что тебе понравилось. Заходи, если захочешь просто поговорить, — она мягко улыбнулась и вернулась к своим склянкам и благовониям.

Я вышел из лавки, спустился по лестнице во двор и открыл дверь клиники. Вик стоял посреди операционной, устало листая медицинские графики на своем планшете. В задней части помещения, на одной из больничных коек под капельницей, лежала Рокси. Без сознания и укрытая по шею белой простыней.

— Ну и штучку ты мне подкинул, Джейсон, — Вик опустился в кожаное кресло и с тихим вздохом снял с головы оптическую маску с кучей линз. — Уперлась рогом с этими потрошителями, хоть ты тресни. Я ее полчаса отговорить пытался, кучу аргументов привел — ни в какую.

— Потрошители? — удивился я, остановившись у стола. — Это те самые выдвижные лезвия из-под ногтей?

— Угу, — хмыкнул Вик, устало протирая глаза. — Сначала требовала поставить риперские скальпели. Кое-как на пальцах объяснил ей, что это инструмент для тонкой хирургии, а не оружие для уличной резни. В итоге сошлись на классических потрошителях AdvoCare «Rip-Stryke». Старьё, конечно, если оценивать с точки зрения современной моды, но для ближнего боя все еще безотказный вариант.

— Это на нее похоже, — кивнул я.

— В общем, объем работы получился приличный, — Вик снова заглянул в планшет. — Левую руку заменил на милитеховский «Голиаф» и вживил туда эти когти. Сухожилия на обеих руках усилил углеродно-композитными жгутами повышенной прочности. Ну и, само собой, поставил качественный смартлинк в ладонь для синхронизации с системами оружия, как ты и просил. Вышло ровно тринадцать тысяч эдди. Если что, принимаю оплату частями, можешь не торопиться.

Я сразу оформил перевод и отправил всю сумму целиком на счет рипера.

Глаза Вика на секунду загорелись синим светом, подтвердив прием транзакции.

— Смотрю, дела у тебя идут очень неплохо, — улыбнулся мужчина, отложив планшет на инструментальный столик. — А кем тебе, кстати, эта девчонка приходится?

— Вынужденный компаньон, — я неопределенно махнул рукой в воздухе. — Помощь с имплантами входила в условия сделки.

— Тогда все ясно, — понимающе кивнул Вик, не став лезть в душу, и снова вернулся к мониторингу показателей на планшете. — В общем, пока можешь спокойно заняться своими делами. Ей нужно будет еще день или два полежать у меня под наблюдением. Нужно проконтролировать, как отреагирует иммунная система и не начнется ли отторжение хрома. Все-таки для девочки это первые серьезные импланты, организму нужно время, чтобы адаптироваться.

*****

Чанг сегодня как-то слишком лютовал. Я понимаю, что пропустил пару дней из-за всей этой суматохи с потрошителями, но старик был настолько токсичен, что в какой-то момент пришлось программно заблокировать входную дверь в мастерскую и оставшуюся часть смены слушать его приглушенные маты через пластиковую перегородку.

В остальном же работа прошла неплохо. Платы, поврежденные чипы, старые корпоративные планшеты — я спокойно поразбирал все, что накопилось на верстаке за время отсутствия. Прошло на удивление гладко. К каждой сложной модели в базе данных находилась нужная техническая документация, каждая мимолетная догадка о неисправности тут же оказывалась правильной, избавляя от часовых поисков проблемных мест. Под конец дня клиенты, забирая отремонтированный хлам, даже несколько раз оставили вполне приятные чаевые.

Ну то есть, объективно говоря, день был максимально удачный... Но, как я и боялся, теперь все это кажется не тем.

Сидя за верстаком, впервые за прошедшие месяцы, я поймал себя на тоске. Мирная возня с проводами больше не приносила удовлетворения. В подкорке слишком свежи были воспоминания о недавнем рейде. Я снова прочувствовал, каково это — когда адреналин бешеной волной разгоняется по жилам, когда каждая секунда на счету, а твои пальцы нажимают на спуск, зная, что ты абсолютно прав в своем действии. Это было то самое чертово чувство вершения высшей справедливости, суррогат праведного гнева, которым нас, зеленых пацанов, когда-то так умело заманивали в регулярную армию. Нам ведь обещали, что мы станем карающим мечом, наказывающим зло ради защиты слабых. На войне эта иллюзия быстро умерла, сменившись грязью и политикой, но там, на подпольной базе мусорщиков, я на пару часов снова стал тем самым идеальным солдатом. Карал ублюдков, заслуживших свою участь. И это