Мертвая тишина - Анна Денисова

приключений — мертвецов встретилось совсем немного, да и те держались особняком, вяло шатаясь между заброшенными домами. Он миновал несколько дачных кооперативов. Близко не подходил — лишь внимательно осматривал их из‑за деревьев, прижимая к глазам бинокль. Ни дыма из труб, ни движущихся фигур, ни звуков жизни. Ничего, что говорило бы о том, что здесь есть люди. Только ветер шелестел в листве да где‑то вдали скрежетало железо — видимо, сорванная с петель калитка билась о столб. Денис присел на поваленное дерево, достал флягу, сделал пару глотков. Солнце стояло высоко в небе, воздух дрожал от зноя. Он достал карту, развернул её на колене, провёл пальцем по маршруту. — Если к обеду так и не наткнусь ни на кого живого, — пробормотал он себе под нос. — Вернусь обратно. Попробую пойти в противоположную сторону на разведку. Либо искать транспорт… Он запнулся на этой мысли, нахмурился. Транспорт — это риск. Шум мотора привлечёт и живых, и мёртвых. А ему нужно оставаться незаметным. Сложив карту, Денис поднялся, закинул рюкзак на плечи и двинулся дальше. Лес постепенно редел, впереди замаячили очертания дороги. И вдруг — металлический блеск на солнце. Пост ДПС. Денис замер, прижался к стволу берёзы. Сердце забилось чуть чаще. Это могло быть опасно, но и полезно: там могла быть рация, а может, даже оружие. Он снял рюкзак, достал бинокль, присел за кустами. Час. Целый час он наблюдал, сканируя взглядом каждый сантиметр территории. Ни движения. Ни тени. Ни звука, кроме стрекотания кузнечиков. Наконец, убедившись, что вокруг никого, Денис начал осторожно продвигаться вперёд. Каждый шаг — с оглядкой, каждое движение — выверено. Он пригибался, прятался за придорожными кустами, то и дело останавливался, прислушиваясь. Подкрался к посту с тыльной стороны. Металлический забор, высокая будка, рядом — небольшой навес. Дверь в будку приоткрыта, внутри — полумрак. Денис достал нож, медленно, без скрипа, толкнул дверь. Тишина. Зашёл внутрь, держась у стены. Взгляд метнулся по столу — бумаги, папка с документами, старый телефон. На стене — карта региона. Он шагнул к шкафу, дёрнул ручку. Пусто. Только пыльный китель и пара резиновых перчаток. — Чёрт, — выдохнул он, оглядываясь. И тут заметил — под столом, в тени, что‑то блеснуло. Наклонился, протянул руку. Пистолет. Весь в пыли, но, кажется, целый. Рядом — обойма, три патрона. Денис осторожно поднял оружие, проверил затвор, осмотрел ствол. Не идеал, но лучше, чем нож. — Не густо, но сойдёт, — пробормотал он, засовывая пистолет за пояс. Патроны сунул в карман. Немного подумал и снял карту со стены, сложил ее, решив взять с собой и дойти до края городка, просто осмотреться. Ещё раз окинул взглядом помещение. И вдруг замер, всматриваясь в потрёпанный пульт радиостанции. Пыль толстым слоем лежала на кнопках и регуляторах, но сама панель была целой. Он осторожно стёр налёт рукавом, присел на корточки и принялся методично осматривать устройство: проверил подключение к сети (кабель торчал из стены), покрутил ручки громкости и частоты. Тишина. Он вздохнул, уже собираясь отступить, но в последний момент дёрнул главный тумблер до упора. Радио щёлкнуло, экран слабо засветился зелёным. Денис затаил дыхание. И вдруг — голос. Чёткий, ровный, будто пробившийся сквозь толщу воды: «Внимание! Пункт помощи для пострадавших от заражённых находится по адресу: улица Академика Сахарова, дом 15, здание 32 школы. Приходите, вам окажут медицинскую помощь! Здесь безопасно! Есть вода и еда!» Сообщение повторилось. И снова. И снова. Денис придвинулся ближе, приложил ухо к динамику, словно боясь упустить хоть слово. В груди заколотилось волнение — не страх, а острая, почти болезненная надежда. Может, там есть живые? Он откинулся назад, провёл ладонью по лицу. Мысли закрутились: проверить. Обязательно проверить. Достал карту, которую уже убрал в рюкзак. Глаза быстро нашли улицу Сахарова. Не так далеко — если идти напрямик через поля, можно добраться за пару часов. Но дорога не будет лёгкой: на пути — промзона, несколько перекрёстков, а значит, и вероятность встретить заражённых. Он достал свой нож, проверил лезвие, затем переложил в карман найденный на посту пистолет. Три патрона. Мало. Но лучше, чем ничего. — Ладно, — пробормотал он, сворачивая карту и засовывая её в рюкзак. — Пойду. Если там действительно люди… если это не ловушка… Он оглянулся на пустую будку, на молчаливый пост ДПС. Здесь больше нечего искать. Всё, что могло дать это место, он уже взял. Денис накинул рюкзак, проверил ремни, затянул шнурки на ботинках. Время поджимало. — Надо успеть до вечера, — сказал он вслух, словно закрепляя решение. И шагнул за порог. Ветер подхватил его волосы, шелестя листвой. Где‑то вдали, за линией горизонта, ждала улица Сахарова, дом 15. И, возможно, — люди. Денис шёл вдоль дороги, и от палящего солнца укрыться было почти негде. Деревьев по обочинам не росло — только редкие кусты да выгоревшая на жаре трава. Он держался ближе к зданиям, прижимаясь к стенам, скользя взглядом по разбитым витринам и распахнутым настежь дверям. То и дело он доставал карту, сверялся с ориентирами. Вот здесь нужно свернуть с трассы, немного углубиться в город. Линия маршрута на бумаге казалась простой, но в реальности каждый метр мог таить опасность. Солнце палило нещадно. Начало июня, а жара — как в разгар июля. Пот стекал по вискам, липкая рубашка прилипала к спине. Денис периодически останавливался, прислушивался. Тишина. Ни шума моторов, ни голосов, ни шагов. Только стрекот кузнечиков да шелест ветра в обломках вывесок. Прошло чуть больше месяца после той самой вспышки — непонятной, безумной. То ли болезнь, то ли вирус. Большая часть людей превратилась… во что‑то. А те, кто выжил, теперь прячутся, как звери. И вот она — жизнь без людей. В городах тишина. Не ездят машины, не летают самолёты. Нет привычного гула цивилизации. Только пустые улицы, заброшенные дома и ощущение, будто время остановилось. Наконец впереди показалось кирпичное трёхэтажное здание с множеством окон. «Скорее всего, это и есть школа…» — подумал Денис. Он остановился, достал бинокль. Полчаса всматривался до рези в глазах, сканируя каждый сантиметр фасада, каждую тень. Ни движения. Ни звука. Здание было окружено баррикадой из мешков с песком — высотой