Якудза из клана Кимура-кай. Том 3 - Геннадий Борчанинов

Я властно приобнял её, по-хозяйски, и она, бросив быстрый взгляд на спящего саларимена, повернулась ко мне и быстро поцеловала, тут же краснея, как помидор. Я добродушно усмехнулся.

Чем ближе мы подъезжали к Синдзюку, тем больше народа заходило в вагон. Тусовщики со всего Токио ехали туда, чтобы приятно провести время. В какой-то момент в вагон зашла небольшая компания раскрашенных, как попугаи, панков, в коже и заклёпках, и Рена пододвинулась ко мне ещё ближе. Меня громкая компашка молодёжи ничуть не парила, я спокойно сидел, приобняв Рену и поглядывая на часы.

К нам эти панки не цеплялись, создавая гораздо больше пустого шума, нежели реальной угрозы, и очень скоро мы все вышли на станции Сэйбу-Синдзюку.

— Бывала здесь? — спросил я у Рены-тян.

— Нет, но мне рассказывали, — ответила она. — А куда мы идём?

Я неопределённо помахал рукой, указывая в сторону неоновых огней Кабуки-тё. Сейчас как раз стемнело, и можно было полюбоваться на них во всей красе. Гремела музыка, доносящаяся из ночных клубов и баров, мерцали вывески и экраны, переливаясь всеми возможными цветами.

Народа здесь было в разы больше, чем утром. Туристы и местные, тусовщики и местные работники, вечерний Кабуки-тё напоминал разворошенный муравейник. И, судя по злым и сосредоточенным взглядам боевиков якудза, тут и там стоящих небольшими компаниями, разворошили мы его знатно.

На меня они не обращали никакого внимания, очевидно, принимая за обыкновенного катаги. А вот если бы я заявился сюда в костюме-тройке, было бы не избежать неприятной беседы. Я машинально отмечал, где и в каком количестве стоят бойцы. Ни одного полицейского, к слову, я тут не заметил, только на станции.

Теперь нужно было снять апартаменты, не вызывая подозрений. Ни у якудза на улице, ни у Рены-тян. Хотя Рена далеко не так глупа, как могло бы показаться, долго водить её за нос не получится.

И всё же район Кабуки-тё, по всей видимости, ей не слишком нравился. Она только делала вид, что ей здесь интересно и весело, с тем же успехом я мог бы гулять с ней среди доков и складов, глазея на портовые краны и контейнеры. Здесь, в Кабуки-тё, было слишком шумно, слишком ярко, слишком многолюдно, далеко не всем подходили такие районы и здешние развлечения, и Рена-тян явно была не из любителей шумных тусовок.

— Эй, молодые люди! Заходите в наш клуб! Самая модная музыка! — нас окликнул здоровенный негр, протягивая флаер, и Рена отшатнулась от него, как от призрака.

В этом районе Токио можно было повстречать кого угодно, не только негров, экзотикой заманивали не только туристов, но и местных. Но у нас не было ни времени, ни желания шататься по здешним злачным местам, мы шли к совершенно конкретной цели.

Чёрная «Тойота Центури» с номером сорок четыре стояла напротив «Звезды Востока», и мы прошли мимо неё, глазея по сторонам, точно колхозники, впервые в жизни выбравшиеся в город. Я, впрочем, только делал вид, что глазею, я выискивал взглядом подходящие окна, из которых можно было бы вести наблюдение за этим пятачком.

Как бы это ни было рискованно, но самым удобным местом для наблюдения оказались «Апартаменты Томиока», и я задумчиво посмотрел на вывеску лав-отеля, только для проформы маскирующегося под апартаменты. Никаких сомнений в том, что это лав-отель, не осталось бы и у самого наивного прохожего.

Рена мой взгляд заметила.

— Ты меня в лав-отель привёз? — дрожащим недоверчивым голосом спросила она.

— Гм… Да, но совсем не для того, о чём ты подумала, — произнёс я.

Оттягивал этот момент, как только мог, но неловкое объяснение всё равно придётся изобретать.

— А о чём я подумала, по-твоему? — спросила Рена. — О чём тут ещё можно подумать? Это лав-отель!

Я почувствовал, что сам загнал себя в тупик. Скажешь, что приехали сюда исключительно по работе, без каких-либо горизонтальных намерений, придумает себе, что не привлекает меня сексуально, скажешь, что приехали сюда воспользоваться лав-отелем по назначению, сочтёт похотливым кобелём. Вариантов проскочить между каплями дождя не так уж много.

Со стороны мы, наверное, смотрелись как очередная парочка, где кавалер пытается уломать барышню на секс, но у меня на уме было совсем другое. В идеале, конечно, всё совместить, но в первую очередь мне нужно было установить наблюдение за входом в «Звезду Востока» и вообще этим пятачком.

— Да, и нам нужно туда, — с нажимом сказал я.

— Совсем не так я хотела вечер провести, — пробормотала Рена.

— Это не вечер в лав-отеле, это помощь мне в одном очень важном деле, — сказал я.

— Каком⁈ С членом совладать не можешь? — фыркнула она.

— Расскажу чуть позже, — спокойно ответил я. — Поверь мне. Это очень важно.

Она посмотрела мне прямо в лицо, и я посмотрел ей в глаза с самым честным видом.

— Даю тебе слово, ты сможешь уйти в любой момент, как только захочешь, — сказал я.

— Ладно… — вздохнула она и зачем-то оглянулась по сторонам, словно выискивая в толпе знакомых.

Тех, кто мог бы стать свидетелем, как она с ухажёром заходит в лав-отель. Таких, кажется, не нашлось, и мы вошли внутрь «Апартаментов Томиока».

Глава 13

Внутри апартаментов на ресепшене сидела пожилая женщина. Горел приглушённый свет, розовым и фиолетовым неоном светился автомат по продаже контрацептивов, установленный здесь же. На стульчике в углу, рядом с раскидистой пальмой в горшке, сидел охранник, судя по уголовной роже, из якудза.

— Добрый вечер, — сказал я, изображая из себя робеющего подростка.

Рене ничего изображать не пришлось, она держалась позади меня, пряча лицо, точно так же, как вела бы себя в случае настоящего посещения.

— Здравствуйте, посетитель-сан, интересует комната? — проскрипела бабуля, добродушно улыбаясь.

— Кхм… Да, — сказал я.

— Обычный, люкс, тематический? На три часа, на ночь? — улыбнулась бабуля.

— Я не знаю, а есть комнаты с балконом? — спросил я.

Снаружи я точно видел балконы. Крохотные, узкие, но они были. А вот обычные номера, скорее всего, смотрели в переулок или в стену соседнего здания.

— Люкс. Пятнадцать тысяч за три часа, посетитель-сан, — сказала она. — Обычный номер пять тысяч за три часа.

— Люкс, на ночь, — сказал я, чувствуя, как сжимаются на горле холодные жабьи лапы.

— Тридцать тысяч иен, молодые люди, — сказала бабуля, не слишком-то веря в нашу платёжеспособность.

Я почувствовал на себе взгляд охранника и медленно выложил на стойку три мятые купюры. Бабуля натянуто улыбнулась и взяла ключ с вешалки позади себя.

— Третий этаж, номер триста восемь. Приятно провести время, — сказала она. — В девять утра время заканчивается, продление за