Вернуться - 6 - Альберт Кириллов

Насколько торговец знал, у шейха помимо трёх жён, было штук шесть наложниц, если конечно, не произошло каких-то изменений. Ещё две ничего не поменяют. Хозяин этого гостеприимного места мог себе позволить содержать целый гарем, из пары-тройки десятков жён и наложниц.

— Ещё думаю, а хотя… — неожиданно шейх достаточно бодро для своего возраста — 65 лет, поднялся с пола. — Пойдёмте, — заявил удивлённому Флетчеру.

— Эм-м, — удивился тот, но поднялся за хозяином.

В отличие от тех же арабов из ОАЭ и ряда других арабских стран, бедуины, исповедующие ислам, в большинстве своём не были так догматичны. И их женщины свои лица от других мужчин не закрывали. И их мужья спокойно к этому относились.

Тем более, что большинство исламских учёных утверждают, что ношение никаба (традиционный женский головной убор в исламе, закрывающий практически всё лицо, за исключением глаз, — прим.) не является обязательным — достаточно соблюдать принцип хиджаба, который подразумевает скромность и религиозность женщины.

От места жительства шейха до шатра, где содержались пленницы, было всего несколько шагов. Сидевшие у костров воины поднимались, приветствуя своего господина. Передвигавшиеся женщины, останавливались и склоняли головы. Один из охранников, стоявших на входе в шатёр с пленницами, увидев идущего к ним шейха, молча откинул полог шатра, придержав его, ожидая пока шейх и его гость пройдут внутрь.

Минуты не прошло, как за пришедшими хозяином лагеря и торговцем в шатёр проскользнули три женщины — бедуинки. Как Флетчер знал, одна была старшей женой шейха, сопровождавшая его в этом походе, а две другие — её охранницы.

Все шесть пленниц встретили хозяев лагеря, сбившись в кучку, как только те зашли в шатёр, испуганно поглядывая на пришедших, не зная, что именно от них ожидать.

— Вот эта и вот эта, — шейх вальяжно ткнул пальцем в одну, а потом другую женщину, стоящих рядом друг с другом. — Будут моими наложницами, — повернул голову к Флетчеру. — Остальных — продам!

Тот прекрасно изучил шейха, который был очень амбициозен и надменен, а сейчас просто решил похвастаться купленным «товаром» перед кяфиром и своими людьми.

— Хороший выбор, — улыбнулся Флетчер, безразлично разглядывая пленниц, но отмечая красоту захваченных славянок. Больше всего на свете он любил деньги, а женщины… За деньги всегда можно купить новую игрушку.

— Это он чего? — шёпотом подала голос Наталья, подозрительно рассматривая вошедшего к ним в шатёр старика, затем начавшего тыкать пальцами, при этом разговаривая с козлом, в котором девушка опознала мудака, которого она мельком видела на стрелковом полигоне.

— Жён выбирает, — шепнула Катерина.

— Чего? — хотя первой шутку про гарем сказала Наталья, но тут шутка явно превращается в страшную быль.

Ведь пальцем ткнули в неё и Катерину.

— Ты сядешь в тюрьму! — заявила Наталья на английском, глядя прямо в глаза торговца. — На долго сядешь.

— Девочка, сколько раз я это слышал… — язвительно ответил ей Флетчер, а потом захохотал. Смотря на эту дурочку, которая скоро будет думать о том, как ей наиболее лучше обслужить шейха — старика.

С него станет наказать строптивицу: не кормить несколько дней; избить её или живьём закопать в песок; оставив под палящими лучами солнца. В конце концов, отдаст её на потеху своим людям, если она будет упрямиться. Или вообще прикажет оставить связанной в пустыне на смерть.

Наталья, умная девочка сложила два и два, да и женская интуиция часто делает выводы не из фактов, а благодаря какому-то фантастическому чутью — парадоксально не соответствующему логике. Этот англичанин или кто он там, поучаствовал в их похищение. И она тщательно запоминала его лицо и повадки, чтобы опознать его впоследствии. Этого гада поймают и обязательно посадят в тюрьму. Она была в этом уверена на 100%.

— Хороший выбор, уважаемый, — отдал должно выбору Флетчер. — Надеюсь, они стоят ваших денег.

— Сегодня и проверю, — рассмеялся шейх.

Старик и его гость развернулись и ушли из шатра.

Взгляды старика были очень красноречивыми, а идиоток среди русских женщин точно не было.

— Чего будем делать, девочки? — судорожно выдохнула Катерина, с ожиданием смотря каждой в глаза, ожидая услышать что-нибудь конструктивное.

— Бежать! — ещё более убеждённо, чем раньше, сказала Наталья.

Их обязательно освободят, а виновных — посадят. Только она не собиралась здесь задерживаться ни на секунду!

— Согласна! — тряхнула головой Василиса.

— Когда и куда? — просила Настя.

Елена с испуганным ожиданием смотрела по очереди на каждую, просто находясь в совершенно другом положении: они гостьи отеля, а она — обслуживающий персонал. Их будут искать на полном серьёзе, а её… далеко не факт.

— И чего бежать? Герман скоро придёт, — непосредственно заявила Марина.

На неё посмотрели все и вздохнули.

— Сука! — возвращение в реальность произошло рывком.

Темнота, полное отсутствие мыслей и… резкое возвращение под звук шуршавших вокруг него песков с осыпающихся и тут же появляющихся новых — барханов.

— Сдохни, — клинок «Боуи» с силой и хрустом вошёл в тело русского, пробив грудину и полностью войдя в тело.

— Козёл! — с чувством произнёс Герман, с ненавистью глядя на своего пленника. — Упс! Не повезло, да? — выражение лица лейтенанта показало, что он никак не ожидал подобной реакции.

Взлетевшие вверх руки, рывок, влажный хруст и тело лейтенанта боком рухнуло рядом на песок!

— Ну что за идиот! — нож под шипенье от боли, был вырван из тела. — Пистолетом надо было воспользоваться, был бы жив. Говна кусок… — зло сплюнул кровавой слюной Герман.

Манус пришёл в себя совсем незадолго до того, как в тащившего его на плече русского издалека прилетела пуля, бросившая тело сумасшедшего на спину.

Помолился всем богам, несмотря на боль от переломов при падении. А потом с ужасом понял, что проклятый русский не убит, а продолжает дышать:.

— Это не человек, — прошептал Манус.

И потянулся за пистолетом, чтобы выпустить весь магазин в голову поверженного врага, но время остановился. Поняв, что неизвестный стрелок, так неожиданно пришедший Манусу на помощь, может вторую пулю всадить уже в него.

Благо, помогал «обезбол», и лейтенант кое-как взгромоздился на колени, а потом неловко левой рукой вытащил из ножен врага большой нож и всадил его в грудь лежавшему. И в последнюю секунду изумлённо вытаращил глаза, когда лежавший под ним человек с клинком в сердце, слитным движением рук свернул ему шею…

Пальцы Германа прикоснулись к ноющей от боли голове в районе левого виска: длинная борозда, идущая от самого виска в сторону затылка. И неприятное, липкое ощущение от крови, залившей всю левую сторону лица, шеи и частично —