Вернуться 6 - Альберт Кириллов

Как ему надоел это бесконечный пляж и постоянная беготня!

Пятнадцать минут бега и Герман оказался на расстоянии метров ста от возвышенности. Поморщившись от неприятного звука поющих песков, который здесь был особо громким. Он ещё заблаговременно опустился на песок и полз вперёд со скоростью бегущего обычного человека.

Однозначно был уверен, что убитых им дозорных уже нашли, заменив на новых, так что до минимума снизил скорость своего четырёхконечного передвижения, чтобы слиться с местностью по максимуму.

С одной стороны, вновь прибывшие дозорные должны удвоить бдительность, после того, как их товарищей по оружию уничтожили, не дав им подать ни звука.

С другой стороны, любой вменяемый человек должен сделать вывод, что второй раз в эту ночь неизвестные убийцы на лагерь не нападут.

— Не, ну многие считают, что я псих, — размышлял Герман. — Хотя я бы с этим поспорил.

Уже собирался вступить в диспут с самим собой: других собеседников поблизости не было, доказав самому себе, что он если и псих, то не опасный. С другой стороны, все психи считают себя нормальными, и вообще… Тут в порывы ветра вклинились посторонние звуки.

— Машины, что ли? — насторожился Герман, не сразу, но опознав характерный звук двигателей автомобилей, которые быстро приближались. — Это ещё кто?

Наконец показался свет фар с противоположной от него стороны, а потом появились и сами машины — «Land Rover Defender 130», однотипные тем, что приехали до этого. Остановившиеся неподалёку с с ранее прибывшими внедорожниками.

— Больше машин, нашим легче, хотя… — изначально обрадовался Герман, а потом понял, что и людей явно станет больше, а это не есть хорошо. — А чего тормозим? — а потом резко рванул в сторону возвышенности. — Я так скоро в ящерицу превращусь, — недовольно пробурчал.

Отлично, что появился неожиданный фактор в виде прибытия дополнительных гостей, и Герман собирался воспользоваться им в полной мере.

— Ну ничему не учатся! — были хорошо различимы слова на арабском языке, всё с того же места, где был уничтожен меткий стрелок с его друзьями.

А затем под натянутую над выемкой ткань, всё в том же самом месте, проскользнула тёмная, массивная фигура…

— Ну хоть прибрали, — констатировал Герман, спустя десяток секунд. — О, и патронов подвезли.

Прошлые три трупа исчезли, но сейчас на этой позиции вновь организовались ещё четыре изломанных и изувеченных тела.

Ну не дебилы?

Только один из четверых, смотрел в его сторону, за что получил «презент» — рубящим ударом лезвия «Боуи» по шее слева.

«Мать, переборщил», — про себя выругался Герман, проскальзывая мимо ещё стоящего трупа, по направлению к трём другим любопытным. Смотрящим в сторону вновь прибывших гостей.

Случайно срубленная голова ещё падала вниз, а двое бедуинов получили ножевые ранения остриём клинка в район основания черепа, а третий схвачен левой рукой за затылок и воткнут лицом в камни.

Затем перехват пальцами за лоб, резкий рывок головы до хруста назад. Третье бездыханное тело рухнуло рядом с двумя другими трупами на камень.

— Пачкать мне ещё тут будет, — крови было много, поэтому голова и тело обезглавленного были выкинуты из выемки, а остальные три трупа были запинаны в дальний угол.

* * *

— Господин, капитан, — в шатёр проскользнул лейтенант. — Подкрепление прибыло, — отчитался подчинённый.

— Я слышал, — ответил ему лениво капитан, прожевав кусок жареной баранины. — Остальные патрули ушли на осмотр территории? — решив, что в сам лагерь прибыла одна машина из запрошенной поддержки.

— Нет, они все здесь.

— Я что тебе приказал? — достаточно тихо спросил Башар, прожигая взглядом подчинённого. — Всех гони на осмотр территории!

— Простите, господин, — лейтенант выскочил из шатра.

А капитан продолжил неспешный разговор с шейхом и торговцев, отказавшись от предложенного ему спиртного. Не любил он этого дела, тем более, когда выполнял свои непосредственные обязанности.

Пулемётчики с гранатомётчиком и водители остались в машинах, а остальные, в количестве 15 человек высыпали наружу. Недобро посматривая на бедуинов, которые отвечали им не менее враждебными взглядами.

Лейтенант подозвал к себе командиров трёх прибывших групп, быстро передал им приказ капитана. После чего прибывшие, кроме двоих, загрузились обратно в машины, которые выехали с территории лагеря.

— Кто за вам приход?

За несколько минут до появления лейтенанта, в шатёр затолкнули двух испуганных девушек-европеек, которых привёл Малик. Заставившего женщин встать на колени рядом со столом, напротив полулежавшего шейха.

Башар с особым интересом разглядывал их. Далеко не юные девочки, но молодые, красивые. Своими утончёнными европейскими чертами лиц и точёными фигурками. Больше всего его интересовало, кто они такие! На принцесс особо не похожи. Только за ними по пятам пришли очень опасные и абсолютно безжалостные люди. И уничтожив кучу людей забрали большую часть женщин.

Ещё до начала допроса пленниц, Малик отвесил каждой из них сильнейшие пощечины для ускорения процесса. А сейчас Ахма Дира, появившаяся в шатре спустя минуту, после того как привели женщин, начала их допрос.

— Где остальной?

— Мы потерялись, — сквозь слёзы, выдавила Катерина, которую в жизни не били по лицу, тем более — так больно. — Мы не знаем, где другие. Не бейте, мы всё скажем.

— Кто за вам приход? — повторился вопрос.

— Герман, — быстро сказала Катерина, увидев, что ударивший её начинает опять замахиваться.

— Кто есть Гьерман?

— Муж моей подруги!

Ахма Дира повернула голову к господину и перевела слова неверной, добавив от себя:

— Они мне уже говорили про этого Гьермана. Одна из них заявила, что он их общий муж.

— Один муж на всех у этих? — шейх даже переглянулся с Флетчером, который пожал плечами.

Шейх высших учебных заведений не заканчивал, как не ходил в школу, но даже он знал, что гаремов у европейцев нет!

Башар с любопытством слушал разговор, делая свои выводы. Тем более, что шейх попросил у старшей жены вытащить из девушек больше информации. Раньше ему это было совершенно неинтересно, но не в данный момент.

Флетчер потягивал виски, совершенно не собираясь выступать в качестве переводчика, несмотря на то, что одна из девушек говорила на его родном языке. Ему за это не платили, да и зачем ему это?

Башару надоело слушать чудовищный, исковерканный английский Ахма Диры, продолжившей допрос. Тем более, что она понимала девушек с пятое на десятое. Переспрашивая по