Архитектура любви - Эмма Райц

Высушив волосы, Лера открыла шкаф и долго смотрела на вешалки, заполненные одеждой преимущественно черного цвета. В итоге она выбрала черное шелковое платье чуть ниже колен на тонких бретелях и легкий черный кашемировый джемпер.

– Ладно. Какая, к черту, разница? Пусть ведет себя как ему вздумается. Исход и так ясен.

Лера накрасила ресницы, провела прозрачным блеском по губам и распустила волосы мягкими волнами. Спустившись на улицу, она села в машину, включила вместо радио любимый старый плейлист и поехала в сторону Сити.

Поднявшись на до боли знакомый этаж, Лера включила на телефоне диктофон, сделала глубокий вдох и медленно выдохнула перед тем, как зайти в родной офис. Она тихо шла по открытому пространству мимо бывших подчиненных. Среди них было уже много новых лиц. Внезапно с нескольких сторон раздались жизнерадостные голоса:

– Лера?

– Лера!

– Лера, ты к нам вернулась?!

Она смущенно помахала рукой узнавшим ее, но через секунду из кабинета вышел Стас:

– Не помню, чтобы в десять утра у нас когда-нибудь был повод веселиться, а не работать!

Все резко умолкли и быстро вернулись за свои столы. Леру накрыло легкое ощущение дежавю.

– Привет…

Стас прищурился, сдвинув брови и пристально разглядывая ее лицо, но потом довольно ухмыльнулся:

– Заходи, раз пришла.

Представляя себя поднимающейся на эшафот, Лера медленно вошла в его просторный мрачноватый кабинет с видом на соседнюю башню.

А ведь когда-то она приходила сюда за минутным удовольствием посреди рабочего дня. Иногда Стас даже во время конференц-звонка мог отключить микрофон и целовать ее несколько минут, доводя до жуткого желания. При этом он умудрялся внимательно слушать, что говорили на другой стороне их клиенты, и вразумительно отвечать им.

Из задумчивости Леру вывел его насмешливый тон:

– Лера, ты здесь?

– Что?..

– Я задал вопрос.

Она запоздало встрепенулась:

– Прости, я не слышала.

– Что с тобой?

– Все в порядке. Повтори, пожалуйста, что ты спросил.

– Как поживаешь?

Лера недоверчиво моргнула:

– Тебе действительно интересно?

– Праздное любопытство.

– Нормально поживаю. Много работаю. А ты? Как семейная жизнь? Дети? – Она прекрасно знала ответ, но не отказала себе в удовольствии немного уколоть его.

Стас усмехнулся и показал пальцы без кольца:

– Никак. Я давно развелся.

– Почему?

– Это был импульсивный поступок. Ну… Ты знаешь: маска, тот давний корпоратив…

– Серьги от «Картье».

Стас в наигранной забывчивости посмотрел в потолок, словно пытался вспомнить, о чем шла речь.

– Хм… Да, серьги. Не носишь их?

– Было бы последним лицемерием носить серьги под названием «Любовь», подаренные человеком, который понятия не имеет, что это такое.

Он на мгновение напрягся, в своей манере сжав челюсти, но быстро вернулся к исходному превосходству.

– Пожалуй, ты права.

Не желая глубже уходить в личные темы, Лера вернула их диалог в рабочее русло:

– Каков твой ответ по цене?

– Гришин вчера принес мне расчеты. Вы не проходите по объемам ни на «Опт-1», ни на «Опт-2». Я был уверен, что ты помнишь лимиты и в состоянии самостоятельно это понять. Поэтому и спрашиваю, к чему была та бесполезная встреча?

Лера перевела равнодушный взгляд с его лица на вид из окна и ответила так, будто была вынуждена по многу раз объяснять одно и то же изо дня в день:

– Это не мой проект. До встречи с вами Вадим не давал мне никаких данных для подробного расчета. В противном случае я бы увидела цифры и озвучила ему предполагаемый исход. Но для него вопрос не столько в текущих объемах. Он работает на репутацию, статусность и международное признание.

– Дорогая, мы – монополисты в производстве половины требуемых материалов. Поэтому все, перечисленное тобой, – пустой звук для меня.

– Но почему? – Лера снова посмотрела в насмешливые хищные серо-карие глаза. – Мы можем работать на стратегическое партнерство. Наши архитекторы часто ездят по международным форумам. Они могли бы рассказывать про ваши материалы, выступать своего рода амбассадорами на международном рынке. Ваши экспортные продажи вполне могут возрасти…

– Но это не стоит в моменте двадцати процентов от стоимости строительства проекта.

– Стас, пожалуйста, подумай. Через год, максимум два, мы получим статус полноценного филиала бюро. Количество объектов в столице и в городах-миллионниках возрастет. Твоя скидка окупится с лихвой.

– Или через год-два вас прикроют, а я встряну перед учредителями на необъяснимые убытки в полмиллиарда рублей.

Лера тяжело вздохнула, из последних сил перебирая в голове варианты спасения ситуации, но все они уже были озвучены…

– Могу дать тебе скидку в пять процентов. Так скажем, по близкому знакомству.

– Спасибо. К сожалению, она меня не спасет. Мы не возьмем тендер с такой сметой.

Стас бескомпромиссно пожал плечами:

– Больше предложить не могу. Слишком высокие риски.

– Неужели нет никаких приемлемых для тебя вариантов сотрудничества? – Лера осеклась, заметив, как пристально Стас смотрел на ее губы. Прошло не меньше пятнадцати секунд, прежде чем он ответил:

– Переспи со мной.

– Прости, что?

– Я вроде не страдаю от проблем с дикцией.

– Но…

– Хочешь получить «Опт-2» для своего очкарика? Переспи со мной.

– Ты с ума сошел?

– Нет. Ты же сама спросила о приемлемых для меня вариантах.

– Я… Я имела в виду…

– В чем проблема? – Стас подался вперед в кожаном кресле. Между ним и Лерой было меньше полуметра. – Я не отвратительный дряхлый старикан. Не оплывший жиром уродец. Тебе же всегда нравилось заниматься со мной сексом. Или ты имитировала? Стоны, крики, дрожь. Почему сейчас твои очаровательные голубые глаза наполнены ужасом?

– Ты явно болен, – процедила Лера.

– Вполне вероятно. Ведь предлагаю тебе сумасшедше выгодную сделку. Самую выгодную во всем этом здании. Пара часов в люксе любого отеля. Даже ужин готов оплатить. И все: скидка в полмиллиарда твоя. Точнее… Этого твоего чудо-архитектора, – Стас медленно подмигнул ей. – Еще ни одна женщина столько не стоила.

Лера начала задыхаться от бешенства:

– Животное.

– Ой, оставь свои моральные проповеди для кого-то другого. Я был уверен, что ты согласишься. Как же твои знаменитые честолюбие, амбиции, трудоголизм? Теряешь хватку, Волкова. Ушла отсюда и лишилась всех клыков?

– Наверное, быть тобой довольно отвратно, если ты измеряешь жизнь такими категориями.

Стас расхохотался, оголив крупные красивые зубы, и нагнулся еще ближе к Лере:

– Милая, быть мной я