Четыре шага в бреду - Евгений Иванович Таганов

солидному человеку не раскатывать в Первопрестольной на общественном транспорте. Что пришлось весьма кстати — весь вечер Алекс сильно мандражировал, опасаясь, что на чижевской даче лавкины могли принять решение по горячим следам избавиться от слишком навязчивых компаньонов, тем более что он сам, дурья башка, всучил Тарасычу перед отъездом свою новую арговскую визитку. Поэтому подхватил свою торбу с «Макарычем» и на выход. Волновался только от перспективы размещаться с «тестем» в одной квартире. Но нет, господин Седых довез их только до подъезда и, высадив, поехал ночевать с водителем в гостиничный люкс в центре Москвы.

— Ну как тебе мой папуля? — было первое, что спросила Сабина уже в квартире.

— Честно говоря, гораздо приятней, чем его дочь.

— Э, что за наезд! — возмутилась любимая.

— Потому что не выношу, когда за меня кто-то все время извиняется. Ну выбрала парня, с которым проводишь время, и выбрала, чего оправдываться и в глаза заглядывать: правильно я, папа, сделала или нет.

— Ты не так все понял. Просто хотела узнать, знает ли он о твоем хулиганском прошлом или нет.

— Да уж наверно знает, если такие справки обо мне навел.

— Я у него завтра и спрошу. Кстати, что у тебя в сумке все время звякало? Случайно не пистолет?

— Пистолет и есть.

Она не поленилась принести из прихожей торбу, и Алекс достал из нее «Макарыч».

— Ни фига себе! — прибалдела девушка. — На тебя кто-то собирается нападать? Не лучше просто телохранителя нанять.

— Мой телохранитель уехал в Питер больную маму навестить.

— Лара — твой телохранитель? — прибалдения только прибавилось.

— Ну да. — Алекс был даже рад, что разговор принял такой оборот.

— Что-то я сильно сомневаюсь, что она носит какое-то оружие.

— Ее оружие — децибельный визг, если она увидит за моей спиной опасность.

— Ее первой тогда и прикончат.

— Ну да. Но это выиграет для меня нужных десять секунд. Разве погибнуть за любимого мужчину не мечта любой девушки?

Рот Сабины то открывался, то закрывался, не издавая ни звука.

— Ты же пошутил насчет десяти секунд? — спросила она позже уже в постели.

— Какая шутка? Суровый закон джунглей, — ответствовал он.

4

События между тем уже стали развиваться своим собственным порядком. С таксофона позвонил Стас и назначил Копылову встречу в кафе в пешей доступности от «Арго», где ошарашил новостью, что Лавкина увезли в больницу в хирургическое отделение под чужой фамилией («Если рожа наполовину перевязана, то любой паспорт со страховым полисом подойдут»). Мол, полночи температурил и вопил от боли, а утром на «скорой» увезли. Теперь, когда у капитана были номера мобильников четырех лавкиных, отслеживать их перемещения в пространстве не составляло труда.

— Плохой из тебя фельдшер оказался.

— А это для нас хорошо или как? — не сразу уразумел Алекс.

— Я думаю, это удобная пауза. По крайней мере знаем, что он в достаточно беспомощном состоянии. Судя по их разговорам, ему сделали операцию, чистили скуловую кость, и неизвестно, как пойдет поправка. Во всяком случае, какой-либо акции против тебя не обсуждалось — уже хорошо.

— Так, может, нам сделать налет на их дачу? Пару лавкиных вызвать в Москву на ложную встречу, а самим захватить их лежбище.

— А зачем?

— Ну как с лукачцами было: Ёжика отправили на больничную койку, а все их ОПГ расчекрыжили как Бог черепаху.

— Оно тебе надо? Мало тебе возни с лукачцами в твоем «Стрельце», еще и этих придется пасти. Не мельтеши, выбирай более важное и срочное.

На пару часов эти слова капитана немного угомонили Алекса, но потом ретивое снова начало его разбирать, и он позвонил Зацепину. Тот согласился пожаловать прямо в «Арго» (посмотреть место будущей работы). Леночке Алекс представил майора, как друга своих родителей и знатока испанского языка, Жорка знал куратора Копылова еще по «Янычарскому лицею», поэтому как бы заново познакомился. Пройдя с дорогим гостем по всем этажам Клуба, они вдвоем уединились в Директории и под шум телевизора подробно переговорили. К удивлению Копылова, майор его авантюру с посещением больного с пакетом апельсинов полностью поддержал:

— Пускай потом по всей даче ищут жучки или стукача среди своих.

— Так они сразу во всем Соника обвинят.

— Ну и хорошо. Или тебе взрывателя сильно жалко?

Соника Алексу совсем не было жалко, поэтому прямо из «Арго» они отправились на машине майора в названную Стасом больницу. «Дядя Альберто» своего племянничка страховал: проводил в больнице до нужного этажа и коридора, но сам в палату, видя, что она никем не охраняется, входить не стал. Как же выпучился здоровый глаз Тарасыча при виде Копылова в белом халате, говорящего ласковые слова:

— Это вам, Николай Федорович (таково было новое ФИО Лавкина), апельсины, а это гранатовый сок. Мне сказали, операция прошла успешно. И палата у вас классная, одноместная. Интересно, сколько такая башляет?

— Ты как… ты как узнал?

— Я же говорил: мы с вами фигуры равные по весу, а тот, кто над нами, вообще держит Бога за бороду. Да вы не волнуйтесь. Мне просто надо от вас, чтобы вы выделили мне двух топтунов с машинами. Двое у меня есть, но надо еще двух, чтобы, знаете, товарищу Слонимскому не примелькались. Потом все эти топтуны будут работать уже по моему списку клиентов, там уже пойдет прибыль пятьдесят на пятьдесят. Про текущую денюжку тоже хотел бы напомнить. Полтинник вы уже отдали, осталось двести пятьдесят. Понимаю, что светить перед своими эти поборы не стоит, поэтому согласен получать траншами по тому же полтиннику каждые две недели.

— Ты хоть понял, что из-за тебя все это, — указал болезный на свою повязку. — Щека почти заживала, а потом все, эти дурные перевязки. Врач сказал, что еще немного, и мог начаться тяжелый сепсис. Хотя он уже и так тяжелый.

— Издержки вашей и моей профессии, тут ничего не попишешь, — сочувствия от Алекса явно ждать не приходилось. — Ну так как насчет топтунов? Дело ведь срочное. Я привык работать быстро — вы знаете. Просто подберите двух человек и скажите, чтобы подошли к «Арго», только не с главного входа, а с черного. Я объясню им, что требуется.

Дальше он просто стоял и ждал ответа. В кармане у него лежала включенная «Нокия», так что Зацепин в коридоре по своему мобильнику тоже слушал их разговор.

— Хорошо, я подумаю и сам тебе перезвоню. Сегодня вечером.

— Отлично. И чтобы хворь отступила. — С этими словами Копылов вышел за дверь.

— Ты про топтунов как-то неожиданно, — упрекнул майор его по дороге к машине.

— А я сам не знал. Как-то вдруг само взбрыкнулось, — признался Алекс.

— Брыкучий какой. А если