Гарри Баратеон наследник Железного трона - Сав124

Джон только и мог промолчать, принц отлично умел видеть отношения людей, и даже скрывать своё отношением к ним, но наедине и с близкими, а Джона, он считал близким, судя по тому как он открыто себя с ним вёл.

— Как я отношусь к твоей матери это моё дело Гарри, но ты другое должен её уважать.

— Я и уважаю, — мальчик опустил взгляд в пол, — просто я устал лорд Аррен, — мальчик поднял на меня свои зеленые глаза, — это нельзя с этим не говори, это недостойно принца, ты должен то, ты должен сё.

Джон и вправду не знал, что сказать принцу на это воспитание королевы, а точнее её ограничения касательно принца приводили к тому, что он протестовал бунтовал сбегал.

— Но в последние дни она стала ещё более строгой и приставучий. — тяжело вздохнул мальчик. — Я думал беременность делает дам более погладистыми и зацикленными на заботе о ребёнке находящемся внутри них.

— Беременность это, самое лучше что может произойти с женщиной и её мужем. — грустно сказал Аррен думая, о том сколько у Лизы было выкидышей.

— Да извините Лорд Аррен не надо было говорить. — виноват опустил взгляд Гарри.

— Не переживай Гарри. — встав со стула и подойдя к принцу похлопав его по плечу. — Я уже смерился с тем, что возможно на мне род Арренов прервется.

— Не думаю, что это произойдёт милорд, я считаю, что вы сможете продлить свой род. — произнёс принц уверено сжав руку Аррена лежащую на его плече.

Так они и провели время беседуя друг с другом.

— Ну я пожалуй пойду, — и принц начал медленно отходить к двери. — А то у вас тут дела.

Джон Аррен знал, что принц умеет заговорить зубы и даже очень хорошо, но наказание он получить должен в любом случае.

— Не думай, что наказание ты избежишь. — сказал Десница принцу, который уже практически вышел из комнаты.

— А я думал задобрю вас и смоюсь по быстрому. — указал пальцем на дверь возвращаясь к столу Деснице. — Вы зануда лорд Аррена, — плюхнувшись обратно на стул сказал Гарри.

— Ну ты же не думал, что я забуду о разговоре в тронном зале, для правления нужно не только разбираться в финансах и географии и и других науках, но и помнить, что за плохие поступки следует наказание, а за хорошие награда. — хмыкнул Аррен смотря на сидящего принца.

— Это как с Давосом Сивортом. — Гарри вспомнил рыцаря на службе Станниса Баратеона.

— Луковый рыцарь. — Джон потер подбородок. — Да пример хороший, хотя и спорный. — вспомнил Джон о восстании Роберта когда Давос провёз судно с луком и соленой рыбой в осаждённый уже почти год Штормовой Предел, несмотря на то, что замок был блокирован флотом Редвинов. Он сделал это зная, что голодающие люди заплатят ему лучшую цену, эта нехитрая снедь спасла гарнизон и самого командующего, Станниса Баратеона, от голодной смерти, позволив им продержаться до снятия осады Эддардом Старком. Станнис поблагодарил Давоса посвятив его в рыцари, но за прошлые прегрешения он отрубил ему пальцы на правой руке.

— А правда, что он носит костяшки отрубленных пальцев на шеи в качестве талисмана, — с интересом спросил Гарри.

— Да, он сдела…. — договорить он не успел снаружи раздался шум, и он продолжал нарастать.

— А вот и она пришла. — произнёс принц отряхивая одежду и отодвигая стул для того чтобы королева могла сесть.

Джон Аррен потер переносицу, — Марвин впусти их уже. — крикнул Аррен.

В башню зашла целая львиная делегация: Серсея Ланнистер, Джейме Ланнистер, Джейн Ланн и ещё 5 алых плащей.

— Ты бы ещё сюда рыцарей притащила. — шёпотом произнёс Гарри, но все его услышали.

На лице Серсеи Ланнистер не дрогнул не единый мускул, Джейн Ланн сразу подбежала к принцу, который только на это закатил глаза, Цареубийца изучал обстановку контролируя алых плащей, как всегда забывая о том, что он Королевский гвардеец, а не наследник Тайвина Ланнистера.

— Львенок, не зачем так говорить, — пасмурнела королева, подошла она к сыну нежно повернув к себе голову малыша, и далось ей это с трудом, даже для своих юных лет он обладал просто невероятной силой, — я пришла из-за волнения за твою безопасность, — прошептала она, пристально смотря ему в глаза. — неважно насколько безобидны твои слова, они всё равно словно нож вонзаются в моё сердечко. — и немного сдавилч подбородок, пытаясь видимо мягко воздействовать на сына, — Ты же понимаешь?

— Я тут с десницей вообще-то с чего бы ему ставить мою жизнь под угрозу — он твердо посмотрел в глаза матери своими бездонными зелеными омутами и недовольно прищурился. — у нас с Хранителем Востока дела.

Серсея вздрогнула и отпустила сына, но не отошла, а положила руки на стол. Всё своё внимание она направила на десницу короля её взгляд, как будто смотрел прямо в душу Джона Аррена. Выворачивал всё его нутро, можно сказать королева казнила Десницу своим взглядом, как и её служанка. Эти женщины пугали Аррена, и он даже не боялся в этом признаться, они были дальними родственницами, но казались сестрами.

Серсея — поразительно красивая женщина, с кудрявыми волосами золотого цвета, изумрудно-зелеными глаза, светлой кожей, и стройной, изящной фигурой.

Джейн — также красива, но младше королевы девчушки не больше пятнадцати лет, интересная внешность, черты более тонкие, глаза шире, но во внешности есть какая-то невинность которой у королевы не сыскать, а вот в глазах как и у Серсеи Баратеон лютая ненависть к нему, и искренняя забота о кронпринце, что иногда Джона пугало, от матери он мог понять заботу, но вот от служанки, она становилась слишком навящевой и слишком часто по своему усмотрению распоряжалась времени принца, не ставь иногда даже королеву в известность, о том что например забирала его от Пицеля раньше или позвала на ужин, без присутствия короля и королевы.

Но главное Джону не нравились взгляды которые она бросала в сторону наследника престола, так не смотрят на сына.

— Простите нас за вторжение лорд Аррен, но я думаю принцу пора отдохнуть — тут же сказала Королева, и уже взяв принца за плечо добавила — дальнейшую беседу вы можете продолжить завтра, — юная королева поцеловала сына в макушку, — Ну идём мой львенок, ты ведь устал и хочешь вздремнуть, — сказала она, поднимая сына со стула который умолял взглядом Джоан о помощи. — Джейн тебя уложит спать и… — дальше королева ничего не успела сказать, только яростно посмотрела