Воскрешая прах и пепел - Эмма Райц

кажется, в кайф отсутствие неусыпного контроля. Благо, хватает мозгов не вляпываться в неприятности. Но мысли о девчонках периодически вытесняют желание учиться. Все, как у обычных подростков.

Денис расплылся в понимающей ухмылке:

– Мы все там были. Не самое дурное время в жизни.

– Согласен. Кстати, он просится к нам на тренировки. Видите ли, мало ему своих четырех в неделю. Ты не против?

– Пусть приходит. Я только за.

* * *

29 декабря

– Где ты взяла этого организатора? – Аня зашла в комнату отдыха и с хохотом рухнула на диван, глядя на Леру и орудующего над ней визажиста.

– Он работал на свадьбе у Волохова.

– Шутишь?!

– Нет. Он, конечно, тот еще придурок, но в своем деле мастер.

– Не поспоришь… Превратить наш бункер в торжественный зал не каждый сумеет. Но ты бы слышала его…

– Фила не нужно слышать. Просто дайте ему выполнить свою работу. – Отпустив визажиста, Лера посмотрела на себя в зеркало и вздохнула: – Кажется, я готова… – Она неуверенно оглянулась на Аню, и ее взгляд зацепился за кольцо.

– Ничего не спрашивай, ладно? Я сама до сих пор не верю.

– Вы что… Уже?

– Нет. Еще даже не выбрали дату. Но торжества не будет. Не хочу его мучить…

Лера понимающе кивнула.

– Распишемся и закажем еды на весь офис.

– Я все равно за тебя рада. Для Арчи это, наверное, самый смелый шаг в жизни…

– Да. – Аня перестала улыбаться и подошла к Лере.

Они сжали ладони друг друга.

– Мне жаль, что у вас с Димой… Случилась потеря. И… Там Алиса… Она жутко переживает. Из-за того, как все наложилось. И Дэн… Правда, там снаружи все немного… напряженно.

Лера опустила голову:

– Черт… Я тогда не сдержалась.

– Тебя никто не винит! Мы вообще за осень все наворотили дел…

– Ты можешь их позвать?

Аня выскользнула в коридор, а Лера снова посмотрела на свое отражение:

– Ну же… Прекрати бежать от проблем. Просто открой рот и скажи все, что чувствуешь. Вы все в одной лодке. И если не начнешь открываться и доверять, то зачем все это? – Голубые глаза продолжали смотреть со злой насмешкой. – Да не будь же ты стервой хотя бы со своими…

В дверь постучали. Она умолкла и обернулась.

– Хорошая терапия… – Алиса смущенно улыбнулась.

Лера пожала плечами:

– Пока слабо помогает. Но я только начала.

Следом за Алисой бесшумно вошел Денис:

– Привет, Пики.

Без лишних слов Лера подошла к ним обоим и обняла:

– Я не хочу, чтобы все так продолжалось.

Алиса часто закивала:

– Все в наших руках. Мы все переживем и исправим. Безвыходных ситуаций не бывает.

– Согласна… Не готова гарантировать быстрый результат. Но и жить в таком напряжении ни вы, ни мы не должны.

– Осознание проблемы – это уже половина успеха.

Все трое тяжело выдохнули. Морок тихо спросил:

– Оставишь нас на минуту?

– Конечно. Вроде тут нет на виду ничего колюще-режущего… – Алиса хмыкнула и вышла из комнаты.

Денис посмотрел на Леру, та – на него.

– Послушай…

– Я была не права…

– Нет, подожди.

Лера замолчала и присела. Денис сделал несколько шагов по комнате. Ему хотелось сказать Лере много слов: и про Питер, и про последний вылет, и про госпиталь… Но внезапно он заговорил совсем о другом:

– Год назад. Ну… чуть больше. Именно я заварил кашу с крушением «Фобоса». Тогда все огребли из-за моего стремления вывести нашего нанимателя на чистую воду. Потом я же взял на себя «Феникс». И в попытках доказать вам всем свою непреложную правоту я потерпел поражение. Промахиваясь раз за разом, я чувствовал разочарование, недовольство, все глубже ковырял это в себе и еще сильнее ошибался. Потому что противопоставил себя всему миру.

Лера помимо воли вдруг вспомнила о Стасе и его похожей вечной непримиримой борьбе за звание непобедимого хозяина жизни.

– Я понимаю, о чем ты…

– И в Туркмении мы с парнями чуть не рассорились в хлам. Но им, в отличие от меня, хватило мозгов притормозить…

– Ты просто устал.

Денис кивнул.

– Я даже думал о том, чтобы поставить тебя во главу компании.

– Что?! С ума сошел?! Почему меня?!!

Он со смешком махнул рукой:

– Не будем об этом. Меня уже отпустило. Но я тебе обещал кое-что перед вылетом.

Лера покачала головой и скрестила руки:

– Даже не думай! Не надо. Вопрос вообще не в деньгах и не о деньгах. Я не приму.

– Нет, дослушай. Соколу теперь минимум полгода восстанавливаться. И не то чтобы я горю желанием снова куда-то лететь и рисковать жизнью… Но выбора нет. И это тот заработок, который позволяет не думать ни о чем. Опять же… Вдруг ему понадобится более квалифицированная помощь. За рубежом или что-то такое…

– Если понадобится – оплатишь. Но просто так ничего не переводи. – Лера упрямо смотрела на него, не сдаваясь ни на шаг. – Я не люблю смешивать чувство вины и финансы. Это так не работает. Я хочу с тобой нормальных дружеских отношений. И это вопрос не миллионов рублей, а ежедневного труда с обеих сторон.

– Режешь меня без ножа.

– Ну, прости.

Денис подошел к ней и подал свою крупную слегка вытянутую ладонь с длинными красивыми пальцами:

– Я хочу все исправить.

– И я… – Лера встала и снова обняла его.

Морок почувствовал, как его многонедельное напряжение ослабило свои металлические оковы и позволило вдохнуть немного кислорода в ноющие легкие.

– И тогда я не иронизировала… Надеюсь, ты действительно будешь эталонным главой семейства.

– Сомневаюсь. Но приятно, что ты в меня веришь. Несмотря ни на что.

* * *

Дима в черной рубашке и экипировочных черных штанах стоял, оперевшись на так иронично врученную ему Волоховым трость с металлической ручкой в виде соколиной головы.

Он старался не смотреть на маму, потому что знал, что она плачет, глядя на него. Вова добродушно обнимал мать всея «Феникса», пытаясь внушить ей, что все если и не совсем хорошо, то вполне неплохо.

Фил скептически рассматривал результат своего ночного труда. Увидев помещение, о котором говорила Лера, он сначала долго плевался, назвав «Феникс» ядерным бункером, но потом вдохновение его захватило. И черно-цветочный декор превратил суровое агентство в