Жертва и другие - Николай Иванович Леонов

Николай Леонов, Алексей Макеев

Жертва и другие

Жертва и другие

(повесть)

В этом городе водятся «другие».

Глава 1

По всем приметам город Новореченск мог считаться среднестатистическим населенным пунктом. И в плане своих размеров, и в смысле количества проживающего в нем народа. Четыреста с лишним тысяч народонаселения — это и впрямь не слишком много. По этой причине сами жители называли свой город «средних размеров деревней».

Ну, а что такое деревня, каких бы размеров она ни была? В первую очередь, это гласность. То есть отсутствие каких бы то ни было тайн и секретов. Всяких тайн и секретов, начиная от частной жизни горожан и заканчивая, предположим, тем, что ел на завтрак глава городской администрации и какое сегодня у него настроение. В деревне не скроешь ничего, это известно каждому. Даже тому, кто никогда в деревне и не жил. Деревенский менталитет — это понятие, так или иначе, знакомо всякому.

Поэтому новость, о которой пойдет речь, в буквальном смысле всколыхнула весь город — от его центра до самых отдаленных окраин. Иначе, впрочем, и быть не могло — уж слишком необычной была эта новость. Неожиданной, непредвиденной, по-настоящему пугающей. За считаные часы об этой новости прознали все горожане, и всяк по-своему принялся о ней судачить и ее комментировать. Мигом появились предположения и версии, одна другой страшнее и, если можно так выразиться, одна другой самобытнее. Что и понятно — народ, как водится, досуж на всякие домыслы и вымыслы. Особенно народ с деревенским менталитетом в душе. Вздыбился город, загудел, загомонил, встревожился… Тем более что и основания к этому были вполне даже весомые.

А случилось вот что. Новореченск расположен в лесистой части, здесь леса буквально подступают к городским окраинам. Хорошие это леса, густые, просто-таки девственные. Ну а где лес, там и всяческие лесные дары. Грибы, ягоды… А где грибы и ягоды, там и грибники и ягодники — то есть люди, собирающие эти лесные дары. Кроме того, в окрестных лесах водится всяческое зверье, а стало быть, никак не обойтись без охотников. Много всякого народа бродит по лесам, примыкающим к Новореченску. Большей частью, конечно, летом. А в то самое время, о котором ведется речь, как раз и было лето в полном разгаре. Верней сказать, излом лета и начало осени — самое благодатное лесное время. Тут и грибы, и ягоды, и чего только нет.

Так вот. Одним прекрасным утром в лес отправилась компания новореченцев. Компания небольшая, всего четыре человека. Двое мужчин — Василий и Николай — и с ними две женщины, их жены — Галина и Мария. Зачем они пошли в лес? За груздями, коих, как судачили горожане, в лесу уродилось столько, что хоть косой их коси.

Ну и вот — пошли. Но, как оно обычно и бывает, никаких полян, заросших груздями, в лесу не оказалось. Одна только примятая трава и утоптанные тропинки, петляющие промеж деревьев. Короче, сплошное разочарование.

— А что вы хотели? — резонно заметил один из мужчин — Василий. — Где мы сейчас находимся? На самом краю леса! Можно сказать, на подступах к настоящему лесу. Какие грибы могут быть на подступах? Гляньте, как здесь все истоптали! Здесь паршивой поганки не найти, не то что настоящего груздя. За груздем нужно идти дальше, в самую лесную глубь. В чащу!

Это и впрямь были здравые и рассудительные слова. Обе семейные четы пошли дальше, в лесную глубь. Шли они довольно-таки долго — и наконец добрались до грибных мест. Правда, и здесь грибов было не так много, как о том поговаривали в городе.

— Это что! — прокомментировал ситуацию Василий. — Настоящий гриб — он на открытом месте расти не будет. Потому что не любит гриб открытых мест. А вот если, скажем, сунуться в какой-нибудь овражек или ложбинку, то уж там — грибы! Истинные грибные месторождения! Стало быть, сунемся в ложбинки. Их тут вон сколько!

И впрямь, место было буквально изрыто небольшими овражками и ложбинами, густо заросшими кустарником.

— Ну, за дело! — скомандовал Василий.

И первым нырнул в овражек. Вслед за ним разбрелись по ложбинам и остальные грибники. Какое-то время было тихо, но затем из овражка раздался женский крик. Да притом какой крик — громкий, испуганный, просто-таки душераздирающий! Понятно, что и Василий, и Николай мигом выскочили из своих овражков и устремились на этот крик.

— Что такое? — на ходу спросил Николай. — Что за крики? Кажется, это моя Галка… Медведя она увидела, что ли?

— Может, и медведя, — так же на бегу отозвался Василий. — А может, динозавра… Твоей Галке вечно что-нибудь мерещится! Сейчас разберемся!..

До овражка мужчины не добежали, потому что Галина выбежала им навстречу. Вид у нее был не то что напуганный — женщина в буквальном смысле была потрясена.

— Там, там!.. — пролепетала Галина, указывая пальцем в сторону оврага.

— Что — там? — рявкнул на нее муж. — Медведь? Динозавр?

— Нет… — замотала головой Галина. — Не медведь… Там покойник!

— Какой еще покойник? — Николай вытаращил глаза.

— Покойник! — повторила Галина. — Мертвая женщина. Лежит в овраге. И не шевелится. Потому что мертвая…

— Какой еще покойник? Какая женщина? — не поверил Николай. — Откуда ей тут взяться?

— Я не знаю… — ответила Галина. — Она — там… Лежит… Мертвая…

Николай и Василий переглянулись между собой.

— А вот мы сейчас проверим, кто там лежит! — решительно произнес Василий. — Послушай, а может, это тебе померещилось? Может, это вовсе и не женщина, а, допустим, прелое бревно? Которое ты с испугу приняла за мертвую женщину…

Галина ничего не ответила, лишь отчаянно замотала головой. Мужчины еще раз переглянулись.

— Стойте здесь! — распорядился Василий, обращаясь сразу к обеим женщинам. — И перестаньте голосить на весь лес! А мы сейчас проверим. Разберемся!

И мужчины спустились в овраг. Долго искать им не пришлось — мертвую женщину они увидели почти сразу. Она и впрямь была мертва — тут гадать не приходилось. Отличить мертвого человека от живого не так и сложно. Какое-то время мужчины стояли в молчании, они не знали, что им делать дальше.

— Да… — сказал наконец Василий. — Действительно, никакой это не медведь… Кто она такая, эта покойница? Откуда она тут взялась? Глянь, молодая… Лежит вниз лицом, но видно по всему, что не старуха. Совсем еще молодая женщина…

Николай подошел ближе и наклонился над мертвым