Два тревожных дня майора Ковалева - Василий Васильевич Моисеев

Василий Моисеев

Два тревожных дня майора Ковалева

© Моисеев В. В., 2025

© ООО «Издательство «Вече», оформление, 2025

* * *

Глава 1

Фабрикант Моргулис, чей телефонный звонок всполошил всю рязанскую милицию, в своем известии был не совсем точен. От волнения, видимо, ведь о захвате заложников в Клепиковском районе он узнал от внучки, находившейся в те злополучные дни на месте трагедии. И вздумалось же девочке поехать в эту глухомань именно в эти самые дни, чтобы оказаться теперь в эпицентре события. Прямо наваждение какое-то, прямо кто-то нарочно потянул Яночку на дедушкину двухэтажную дачу, возведенную им в тихой деревушке под названием Раздельная. Прекрасная дача, и место райское – до леса полкилометра, до речки и того меньше. Ни машин, ни поездов, ни самолетов. Грибы, ягоды, воздух… Тишь и гладь, да божья благодать. С городской квартирой, знамо дело, не сравнишь, вот девочка и решила подышать свежим воздухом. Яночка вообще любила бывать на природе, чему ни родители, ни дедушка никогда не препятствовали. И в этот раз тоже.

И вот этот ее звонок по мобильному телефону, ее сбивчивый испуганный рассказ. Бандиты, стрельба, заложники… После такого известия немудрено что-то и напутать.

А через пару минут после звонка Моргулиса на связь вышел и. о. начальника Клепиковского райотдела милиции майор Глебов и сообщил, что три или четыре бандита захватили в заложники около десяти человек. Вооружены автоматами. Вся клепиковская милиция, за исключением дежурных, уже в Раздельной. Вернее, на подступах к ней, насколько позволяли автоматные очереди, периодически звучавшие из осажденного дома.

– Требуют деньги, товарищ генерал, – добавил Глебов, – сто тысяч долларов. Деньги должны быть завтра после обеда.

Федоров глянул на помощника:

– Не слабо. Как думаешь?

Подполковник лишь пожал плечами:

– За деньгами дело не станет, Иван Петрович. Главное, с бандитами договориться, а деньги найдем. Да и не в них дело.

Молчанов прекрасно понимал, что операция по освобождению заложников не станет любезным обменом «из рук в руки», мы вам – деньги, вы нам – заложников. Слишком просто. Так не бывает. Бандитам нельзя потворствовать, от этого они становятся еще более жестокими и циничными, так что о «полюбовном» разговоре с ними после такого дерзкого преступления не может быть и речи. Главное, чтоб не пострадали заложники.

Федоров усмехнулся, пошутил невесело:

– На прошлой неделе приглашал меня один банкир на презентацию, а я отказался. Зря. Были бы у нас сейчас деньги. Что ж, Валерий Иваныч, собирайся, поехали на аэродром, пока десантники насчет обещанного вертолета не передумали.

* * *

Десантники не передумали и не раздумали, у десантников словом дорожат и цену обещанию знают. К моменту приезда милицейских машин на аэродром вертолет уже крутил винтами, готовый к взлету, а неподалеку курили несколько десантников. При всей амуниции и в полном вооружении.

– Направлены в ваше распоряжение, товарищ генерал, – доложил старший группы в звании капитана и снисходительно повел взглядом на прибывших с генералом спецназовцев: – Ваши гвардейцы могут отдыхать. Мои ребята дело знают.

У генерала в этом не было сомнений. А капитан оказался веселый, с юмором. В нескольких словах сумел показать и десантную браваду, и выразить свое отношение к спецназовцам. Хорошо никто из них дерзкой шутки не слышал. Ишь, могут отдыхать. Твоими устами, капитан, да мед пить.

– На месте разберемся, – коротко заметил Федоров и не сдержался от соблазна приструнить зарвавшегося десантника: – Будет случай, капитан, познакомлю тебя с одним своим оперативником. Думаю, он поможет тебе изменить свое мнение насчет наших ребят.

Капитан явно не поверил, хотя постарался изобразить на лице налет заинтересованности. Из уважения к генеральскому званию, наверное.

– Крутой, товарищ генерал?

Федоров молча проследил за посадкой в вертолет своих «гвардейцев», и небрежно заверил:

– Твоим орлам против него не устоять. И не поодиночке, а всем взводом.

Капитан хотел было усмехнуться, но сдержался. Из уважения. Генералам хвастовство несвойственно. Возможно, в милиции тоже есть крутые парни. Наверняка есть, только крутые по их меркам. Не по меркам ВДВ.

– С удовольствием познакомимся, – миролюбиво откликнулся десантник и следом за генералом взобрался в вертолет. Последним, как и подобает хозяину.

А едва за ними убрали трап, как он наклонился к самому уху Федорова и, перекрывая шум винтов взлетающего вертолета, прокричал:

– До Раздельной сто семьдесят километров, товарищ генерал, на месте будем минут через сорок. Наметили, где садиться будем?

Операция вступала в новую фазу, и все разговоры теперь волей-неволей сводились только к одному. Начальник УВД повел взглядом на потертую папку на коленях помощника. Самым ценным содержимым папки была крупномасштабная карта, предельно четко и точно отображавшая каждый закуток Клепиковского района. На карту генерал смотрел недолго, через полминуты решительно ткнул пальцем на изображенную на ней окраину леса:

– Вот здесь приземлимся, капитан.

От намеченного места посадки до Раздельной было не менее двух километров, и преодолеть их предстояло своим ходом. Использование в операции какого-либо наземного транспорта не предусматривалось, не тот случай, чтобы въезжать в деревню на лимузинах. Замысел милицейского начальника вопросов у десантника не вызвал, ему тоже хорошо было понятно, что «вертушку» демонстрировать перед террористами ни к чему. Хрен его знает, что у «отморозков» на уме, могут ведь додуматься и потребовать «вертушку» для бегства. Рано или поздно, а уносить ноги им все равно придется.

– В Раздельной вертолет не услышат, – продолжал генерал, – лес обойдем вот здесь, отсюда до села останется с полкилометра. Дальше пойдем не напрямую, не по открытому полю, а по этой вот ложбине до речки.

Федоров покосился на капитана. Перспектива пробираться к селу осторожными зигзагами не доставляла бравому десантнику ни малейшего удовольствия, не привык он пригибаться и осторожничать, тем более перед какими-то недоумками, пусть и вооруженными автоматами. Об этом десантники тоже были проинформированы еще до прибытия на аэродром, знали, что оружие бандиты продемонстрировали сразу после захвата заложников. Не терпелось силу показать. Всю область переполошили, мудаки.

– По ложбине так по ложбине, – согласился капитан и без усмешки добавил: – По траве передвигаться легче, чем по грязному полю. Да и чище.

И посмотрел на свои берцы сорок пятого размера. Чистюля, однако.

– Речка выведет нас еще к одной ложбине, – генерал будто проверял десантников на терпение, – видите? Она огибает село, а здесь подходит к домам почти вплотную. В этой ложбинке и обоснуемся.

Капитан повел взглядом на своих людей, словно отмежевываясь от чрезмерной осторожности милицейского чиновника. Ничего, мол, не поделаешь, генеральские