Каждое надгробие будет перевернуто - Джена Шоуолтер

Джена Шоуолтер, Джилл Монро

Каждое надгробие будет перевернуто

(Расследования Джейн Лэдлинг — 2)

Информация о переводе:

Переведено специально для группы WonderlandBooK

Любое копирование без ссылки на группу и переводчиков ЗАПРЕЩЕНО!!!

Переводчик и редактор: Justyu_31

Русифицированная обложка: Poison Princess

Пролог

Пока плоть буквально таяла на её костях, Джейн Лэдлинг не разрешала себе всхлипывать — разве что дюжину раз, не больше. Как и все, кто родился и вырос в Аврелиан-Хиллз, она знала, как выживать в каждом из двенадцати сезонов. Да, именно двенадцати. Город едва успел пережить периоды «Опыления» и «Весьма вероятной весны», чтобы вступить в «Первый поцелуй лета» — время, когда прохладные утренние часы постепенно превращаются в обжигающе жаркие полудни. К несчастью, сегодняшний знойный полдень сопровождался порывистым ветром силы торнадо.

Собрав и выбросив мусор, Джейн попыталась сдуть чёлку с глаз. Попытка не увенчалась успехом. Пот заливал её лоб, приклеивая тёмные пряди волос к коже. Не спасало и то, что на ней был целый центнер грязи и защитной одежды для работы в саду: рубашка с длинными рукавами, комбинезон, фартук, перчатки, резиновые сапоги, рюкзак с припасами… и шляпа от солнца.

Ежедневно Джейн неустанно трудилась, чтобы каждый участок земли, каждое надгробие и каждая травинка выглядели безупречно. Как единственная владелица и смотрительница закрытого со всех сторон кладбища «Сад Памяти», она несла на себе всю тяжесть ответственности за его содержание. Это была неблагодарная работа, учитывая, что большинство «обитателей» были мертвы уже десятки, а то и сотни лет, но Джейн наслаждалась каждой секундой. Хотя, наверное, не совсем каждой.

Имея скудный бюджет, выделяемый трастовым фондом кладбища, ей приходилось выбирать между пропитанием и нормальным инвентарём. Пища побеждала, аргументируя это тем, что «среда прополки» пройдёт с помощью садовых ножниц, крошечной лопатки и непоколебимого оптимизма.

Потирая ноющую поясницу, Джейн направилась к последнему участку, требовавшему внимания, — к месту на самом дальнем краю территории, известному как «Долина Кукол». Она нахмурилась, когда в лучах полуденного солнца отразилась вспышка белого цвета. Неужели это?..

— О нет, нет, нет… — расстроенно запричитала Джейн, ускоряя шаг и приближаясь к растению с толстым стеблем высотой в три фута. У неё перехватило дыхание, когда она обнаружила не один стебель, а множество; некоторые были уже с тяжёлыми колючими жёлтыми коробочками. Да тут просто кишмя кишело этой дрянью.

У Джейн упало сердце. Это было терновое яблоко[1] или — как говорила покойная бабушка Лили, упокой Господь её душу, — злейший кошмар любого садовника. Некоторые именовали этот ужас природы «дурман-травой», «дьявольской ловушкой» и «лунным цветком», но как бы его ни называли, он представлял тройную угрозу: агрессивно разрастался, был ядовит и пах так же отвратительно, как вонючие носки.

Почему она не заметила эту заразу вчера? Или позавчера? Обычно Джейн была предельно внимательна во время утреннего обхода. Почти всегда. Ладно, признаем: в последнее время она была чуточку рассеянной. Но не по своей вине. В её жизни вроде как появился новый мужчина, который, как назло, занимал все её мысли.

Перед глазами тут же вспыхнул образ специального агента Конрада Райана: высокий, широкоплечий, с отчётливо выраженной силой в каждой части тела. Густые чёрные волосы. Завораживающие янтарные глаза. А самое главное — всё это мужское великолепие шло в комплекте с большим, твёрдым, внушительным… значком. Но Джейн некогда было думать о нём сейчас. Ей нужно было срочно минимизировать ущерб. Как долго эта ползучая лоза разрасталась у неё под носом, а она не замечала?

Нахмурившись, Джейн достала из нагрудного кармана фартука телефон, чтобы изучить записи с камер наблюдения за эту неделю. Погодите-ка. Ни одна из камер не охватывала этот дальний край участка.

Проклятье!

В голове вдруг зазвучал голос бабушки Лили: «Если когда-нибудь увидишь этот мерзкий куст, сразу надевай защиту и вступай в бой немедленно, юная леди. Слышишь меня? Терновое яблоко — это проклятие. Чума! Катастрофа в зародыше!»

Перед тем, как эта милая женщина скончалась от рака несколько лет назад, она завела дневник с заметками, которые Джейн сфотографировала и хранила теперь в своём телефоне. Она открыла запись, посвящённую терновому яблоку, сделанную сразу после искоренения этой заразы, и перечитала выделенные фрагменты:

«Инвазивное… Крайне агрессивное…»

«Необходимо выкорчевать как можно скорее, иначе оно захватит всю территорию в семьдесят пять акров…»

«Токсично для животных и людей…»

«При употреблении семян в пищу ожидай учащённого сердцебиения, недержания, галлюцинаций и беспричинной агрессии. Если ты, конечно, выживешь…»

Фраза «токсично для животных» окончательно убедила её. Не было на свете более преданной «мамы пушистика», чем Джейн, которой выпала честь и привилегия воспитывать Ролекса — самого милого кота на свете. Этот драгоценный малыш обычно сидел рядом, пока она работала в саду, но из-за сильного ветра сегодня Джейн оставила его в безопасности, внутри коттеджа.

Итак, лучшего времени, чтобы собрать и сжечь этот участок заражения дурманом размером четыре на четыре фута, отправив его обратно к создателю, прямиком в преисподнюю, было не найти.

Будучи уже в полной экипировке, Джейн достала из рюкзака плотный чёрный мешок для мусора. Поскольку это должно было стать её последней — и самой важной — битвой с сорняками на сегодня, она решила пожертвовать и без того скудным запасом воды.

Джейн использовала флягу, чтобы промочить почву, затем опустилась на колени, обхватила руками в перчатках толстый пурпурный стебель и потянула. К её удивлению, корни ещё не успели закрепиться — стебель легко выскользнул из земли, и она перешла к следующему.

Пока девушка работала под свист ветра и палящим солнцем, она пожалела, что здесь никто не похоронен — тогда было бы с кем поговорить. Но в удалённой части кладбища, этому препятствовали два древних дуба и их корневые системы. Вернее, препятствовали тем, кто когда-то был жив.

В детстве Джейн похоронила здесь трёх своих любимых кукол: мисс Эмми-Лу, у которой развилась тяжёлая, неизлечимая «зараза» (так Джейн называла любую хворь); леди Агнес, ставшую жертвой страшной «кошачьей лихорадки»; и принца Обнимашку, «случайно» упавшего с дерева. Джейн всегда подозревала, что в том происшествии было что-то странное. Дедуля Попс, бабушка Лили и её лучшая подруга Фиона Лоуренс присутствовали на похоронах кукол, вытирая фальшивые слёзы, пока Джейн проводила церемонии. После они вчетвером посадили полевые цветы на каждой могилке. Лютики, вербена и наперстянка теперь буйно разрослись, и их цветы стали прекрасным напоминанием о любимых моментах