Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

class="p1">– Нет, сеструччо.– Девушка оттолкнула руку Мии шутливым ударом ногой с разворота.– Я не какая-то хиромантка. Эта любительская чушь не про меня, сестренка.

– Прости, виновата.

– Штука в том, чтобы заглянуть прямиком в душу.– Ее Светлость вновь вытянула руки над головой. Футболка приподнялась, обнажив люминесцентно-белую полоску живота с проколотым пупком, напоминающим кукольный нос-пуговку. Ее ребра походили на медвежий капкан. Девушка выставила руки перед лицом, сомкнув пальцы в два круга, и одним глазом уставилась через них на Мию.– Это как смотреть в телескоп, сечешь? Или вроде одной из тех больших штуковин, которыми добывают нефть из земли. Только без земли и нефти. Понимаешь?

– Конечно,– ответила Миа.

– Я говорю о твоем теле, сестренка.

– Я тебя услышала,– заверила Миа.

– И дыра у тебя такая огромная, что я могла бы заглянуть в нее прямо отсюда,– сказала Ее Дьявольская Светлость.– Или даже с дальнего конца переулка.

– Весьма красочное описание.

– Я серьезно, сестренка. Вот почему я решила подойти и поболтать с тобой, понимаешь? У каждого есть отверстие – типа окна,– через которое можно заглянуть в самое нутро. У кого-то совсем маленькое, как от булавочного укола.

– Но не у меня,– сказала Миа.

– У тебя целый гребаный туннель, как в горе, сестренка. Здесь нужно действовать с особой осторожностью. Я должна спуститься достаточно глубоко, чтобы проникнуть сквозь пузырь твоей судьбы, не разорвав его. В этом смысле я как хирург. Или водопроводчик. Мне нужно спуститься на самое дно колодца. Штука в том, что я не хочу упасть и застрять там.

Девушка по-прежнему смотрела на нее через телескоп своих рук. Миа улыбнулась – вышло чересчур натянуто, больше похоже на гримасу. Что она мелет? Спуститься в колодец? Все это порядком напрягало. Во рту внезапно появился неприятный привкус. Откуда вообще взялась эта долбаная наркоманка?

«Это не телескоп и не бур,– раздалось в голове у Мии.– Скорее, объектив камеры, направленный прямо на тебя. А может, и кое-что другое. Что-то более темное. Более опасное. То, что проникает в самое нутро…»

– Так ты не спросишь, что я вижу? – сказала Ее Дьявольская Светлость.

Миа прочистила горло.

– И что же ты видишь?

– Буду честна, сестренка. Все чертовски мрачно.

– Что именно?

– Да все. Чертовски мрачно. Слышишь? Ты по уши в дерьме. Оно заполняет тебя, как сточную трубу.

– Ну ладно,– сказала Миа, поднимаясь на ноги.– Спасибо за информацию.

За спиной у нее открылась дверь пожарного выхода. Оттуда высунулась массивная голова координатора мероприятия.

– Пять минут, Миа.

– Спасибо.

Внимание координатора переключилось на Ее Дьявольскую Светлость, которая все еще изучала Мию через телескоп своих рук.

– Эта цыпочка тебя достает? – спросил парень Мию.

– Все нормально,– ответила Миа.

– Я ничего такого не делаю, козел,– огрызнулась Ее Светлость, по-прежнему рассматривая Мию одним глазом.– Отвали.

– Если что-то понадобится, кричи,– сказал координатор Мие и скрылся за дверью.

– Слушай, мне пора.– Миа сунула руку в задний карман джинсов.

– А как насчет твоего будущего?

– Ты мне уже сказала. Все чертовски мрачно, помнишь? Спасибо.– Миа протянула девушке несколько мятых купюр.

– Это еще за что?

– Не за то, что ты рассказала мне о будущем,– ответила Миа.– Это испортило бы карму, верно?

– Тогда за что, сестренка?

– За поучительную беседу.

Ее Дьявольская Светлость вдруг напомнила Мие осторожного лесного зверька: слабое и беспомощное существо, которое только и знает, как есть, гадить, спать, размножаться и предвидеть опасность. В конце концов Ее Светлость вырвала купюры из руки Мии и сунула в карман слишком тесных джинсовых шорт.

– Хорошего вечера,– сказала Миа, открывая дверь.

– Погоди!

Миа обернулась. В свете ближайшего фонаря кожа девушки лучилась потусторонним сиянием. Болезненным и в то же время каким-то… небесным.

– Что-то вот-вот должно произойти,– сказала Ее Светлость.– То, от чего ты бежишь, скоро тебя настигнет. Так что гляди в оба, чтобы ничего не пропустить. Ты меня поняла, сестренка?

Миа на мгновение замерла, сжимая одной рукой дверную ручку; ногти на другой вонзились в нежную плоть ладони. Какое-то странное покалывание в дальнем уголке сознания толкало Мию без оглядки броситься по темному переулку, запрыгнуть в свой джип и убраться подальше из Ван-Найса.

– Сестренка? Ты меня поняла?

Чары рассеялись. Миа моргнула и потрясла головой, проясняя мысли. Внезапно у нее возникло чувство, что из них двоих именно она слетела с катушек. Как такое могло произойти? Неожиданный поворот в духе М. Найта Шьямалана [386]?

– Конечно,– сказала она.– Буду начеку. Спасибо.

– Не за что.– Ее Дьявольская Светлость отступила в тень переулка и послала Мие воздушный поцелуй.– Счастливо, сестренка.

Миа Томасина смотрела вслед девушке, пока ее не поглотила тьма.

2

Девушка была обычной наркоманкой с богатой фантазией, но что-то в этой встрече не давало Мие покоя. В словах незнакомки не было ничего конкретного, никакой логической причины для страха. И все же Миа не могла выбросить их из головы. Следующую неделю она провела в Лос-Анджелесе – ходила на встречи, спорила с дистрибьюторскими компаниями, изобретала, как половчее выманить деньги у потенциальных спонсоров, и обсуждала состояние дел в отрасли с коллегами-киношниками за саке-бомбами в Нагое. И все же предостережение Ее Дьявольской Светлости не отпускало Мию. То, от чего ты бежишь, скоро тебя настигнет. Поняла, сестренка?

Дошло до того, что Миа начала видеть скрытый смысл в самых невинных вещах: в лае собаки мисс Лопес по вечерам; в том, что почту иногда приносили на час позже, чем обычно; в определенной последовательности сигналов светофора. Однажды вечером, когда она ехала домой из Лонг-Бич после встречи в баре с приятелем-актером, по обе стороны дороги отключилось электричество. Дома погрузились во тьму, светофоры погасли, где-то вдалеке завыла автомобильная сигнализация. В панике (вдруг она пропустит что-то важное) Миа остановила джип на обочине, вылезла из машины и встала посреди пустынной, обесточенной улицы. Ожидая увидеть… что именно?

Миа не знала, но чувствовала, что скоро это сведет ее с ума.

Она должна была лететь на кинофестиваль в Юту, но когда рейс до Солт-Лейк-Сити задержали дважды, Миа начала задаваться вопросом, уж не знак ли это. Может, боги таким образом передавали ей сигнал? И все же она была рада на некоторое время убраться из Лос-Анджелеса, а вместе с этим и от своей новообретенной гиперчувствительности. Тем не менее, находясь на фестивале, Миа обнаружила, что придает значение всякой ерунде так же, как делала это в Лос-Анджелесе: табличка на двери ее гостиничного номера (218); время, назначенное для показа ее фильма (11:11, слишком большое совпадение, чтобы быть просто совпадением, наверняка это что-нибудь да значило); странный биплан, который ежедневно ровно в полдень проносился по пустынному небу, словно предупреждая о надвигающейся катастрофе. Имелся ли здесь какой-то более