"Зарубежный детектив 2026-22". Компиляция. Книги 1-14 - Котаро Исака

— Значит, масштабы скромные, — заметил Харри. — Все друг друга знают, верно?

— Разумеется. Каждый на этой площадке работал вместе как минимум два или три раза. Да и вообще, большинство тут родственники.

— Серьезно?

— Да нет, конечно. Хотя доля правды есть. Киноиндустрия — дело семейное.

— Вы помните Фелицию Хени? — спросил Олег.

— Конечно. — Грип посерьезнел. — Трагедия. Да и покатилось все по наклонной задолго до конца, Фелиция ведь была невероятно талантливой.

— Вы знали её лично?

— Как я уже говорил, мир кино тесен. Я тогда был молод, но она была ещё моложе. Антон собирался сделать из неё звезду. Да что там, все прочили ей славу, ведь мы все тогда мечтали стать режиссерами.

— А Ламай из тех времен помните? — спросил Харри. — Тайка, работала на гриме.

— Имя не припомню, но да, была одна девушка из Таиланда на паре проектов.

— Но близко вы её не знали?

— Съемки обычно длятся дней двадцать с небольшим, так что это скорее мимолетное знакомство, как на курорте, понимаете? Если только человек не задерживается в профессии насовсем.

— А продюсера Джона Дейла помните?

— Это того, кого нашли у Фрогнер-парка?

Харри кивнул.

— Я увидел фото в новостях и сразу подумал, что это он, — сказал Грип. — Мы, простые работяги, с денежными мешками не пересекаемся, но я помню, как он вышагивал по площадке с таким видом, будто всё тут принадлежит ему. Ну, в общем-то, так оно и было. Но Антон наверняка сможет рассказать вам о Дейле побольше.

Грип кивнул в сторону двоих мужчин, которые шли к ним, бурно споря на ходу. Обоим на вид было около пятидесяти. Один — лысый, в кожаной куртке и с очень густыми, лохматыми бровями; Харри не раз видел его лицо на культурных страницах газет. Второго, активно жестикулирующего мужчину в тонких черных перчатках и маленьких круглых очках с темными стеклами в стиле Оззи Осборна, Харри тоже где-то встречал, но никак не мог вспомнить, кто это.

— Вам, — негромко произнес Олег и шагнул вперед.

— Да, — отозвался лысый.

— Олег Фёуке, полиция. Ваш помощник режиссера сказала, что мы можем переговорить пару минут.

— Сказать-то она сказала, — проворчал Вам и повернулся к спутнику в очках а-ля Оззи, прервавшему свой поток красноречия. — Тебе придется переписать эту сцену, Роберт, или я сделаю это сам.

Мужчина в темных очках покачал головой:

— Но это невозможно, я же тебе говорю. Король никогда такого не произносил.

— Мой король скажет, — отрезал Вам, налил себе кофе в кружку и повернулся к Харри и Олегу. — За мной, господа полицейские.

Харри и Олег пошли за Вамом мимо трех мониторов с пустыми режиссерскими креслами и тележки со звуковым пультом, пройдя сквозь дверь в перегородке из ДСП. Они очутились в помещении, похожем на кабинет, с письменным столом и большими окнами, за которыми высились огромные зеленые экраны хромакея.

— Кабинет короля в Лондоне во время войны, — пояснил Вам, усаживаясь в кресло за столом. — Здесь Хокон Седьмой жил в изгнании и пытался управлять оккупированной страной. Включая тех норвежцев, которые рвались летать на стороне союзников. — Он указал большим пальцем на зеленые экраны за окном. — В самом фильме это место заменит вид на Фолиджон-Парк.

— Завораживает, — улыбнулся Олег. — Но вы, должно быть, понимаете, почему мы здесь?

Харри мысленно отметил, что Олег хорошо усвоил прием: как можно быстрее перебросить мяч на сторону собеседника и посмотреть, что тот будет с ним делать.

— Вы ведь из отдела экономических преступлений, насчет этих налоговых льгот и субсидий? Не знаю, какие новые счета вы там раскопали, но я по-прежнему утверждаю: меньше половины фильма было снято в Будапеште и Риге. Все вопросы по бумагам решайте с моим линейным продюсером.

— Об этом нам ничего не известно, — ответил Олег. — Нас интересует другое: что вы можете рассказать о недавно погибшем Джоне Дейле?

Харри внимательно наблюдал за Антоном Вамом, но не заметил ни малейших признаков волнения. Напротив, режиссер вальяжно откинулся на спинку королевского кресла и закинул руки за гладко выбритую голову.

— Так вот почему вы пришли?

— Он, как вы, возможно, уже читали, был убит.

— Вы уверены? Я имею в виду, что это именно убийство?

— Убит самим собой или кем-то другим, — сказал Олег. — Мы работаем над последней версией. Он был продюсером нескольких ваших фильмов.

— Двух. Всего двух. Ну или двух с половиной, из первого проекта он вышел в самом начале. На втором он заработал прорву денег, это же был сам «Проповедник». Чистая удача, Дейл ведь в кино вообще ни ухом ни рылом не соображал. И это быстро подтвердилось: всю прибыль он спустил на наш следующий фильм.

Харри приподнял бровь:

— Он вложил слишком много в одну из твоих картин?

— Нет, он вложил слишком мало. Мы слегка вышли за рамки бюджета, у него сдали нервы, и он перекрыл финансирование прямо в разгар съемок. Это все равно что передумать посреди сальто. Фильм мог получиться отличным, а вместо этого вышел такой провал, который отправляет тебя прямиком в режиссерскую тюрьму.

— Вот как?

— Наш профессиональный жаргон. Означает, что больше никто не рискнет дать тебе денег.

— Но тебя... выпустили на свободу?

Вам пожал плечами и взглянул на часы.

— Если хочешь выжить в этой профессии, делаешь то, что должен.