Зарубежный детектив 2026-18. Компиляция. Книги 1-11 - Дэвид Бушман

пока убийца пережидал, необходимо было использовать для поиска новых ключей. Квон Ирён продолжал дополнять профайл, основу которого как раз составляет анализ места преступления. Его целью была реконструкция произошедшего. Все четыре нападения были совершены между одиннадцатью часами утра и двумя часами дня, поэтому именно в этот временной промежуток напарники день за днем возвращались на место четвертого убийства.

Шагая по Хехвадону, Квон Ирён обращал внимание на все возможные детали: расположение столбов электропередачи, высоту и цвет каменных оград, ассортимент уличных торговцев и даже сам воздух в этом квартале. Профайлер подсчитывал, сколько прохожих встречалось ему на пути, и, анализируя их внешний вид, пытался понять, почему они здесь оказались. Как вода принимает форму сосуда, в который ее наливают, так и образ мышления человека подвержен изменениям в зависимости от того, где находится человек.

Квон Ирён и Ю Вансок заметили, что за исключением Кугидона в каждом квартале, где было совершено убийство, недалеко от дома пострадавших находилась церковь. Квон Ирён предположил, что это имеет особое значение для преступника. Его догадка подтвердилась после ареста подозреваемого.

Однако в те зимние дни ни в расследовании, ни в профилировании не случилось прорыва. Для Квон Ирёна, без малого четыре года назад получившего должность профайлера, дело серийного убийцы пожилых людей оказалось задачей слишком сложной. «Из-за того что я не мог решить эту задачу, на меня давило чувство вины, – признавался он. – Я изучил книги Дугласа и Тёрви, но на практике не мог проанализировать ни modus operandi, ни почерк преступника».

Если MO – это то, что преступник делает, чтобы совершить преступление, то почерк в некотором смысле – причина его поступков; это то, что удовлетворяет преступника эмоционально [361]. Например, орудие убийства или расположение ран говорят об образе действий преступника (в случае с серийным убийцей пожилых людей к МО также можно отнести дневное время проникновения в дома жертв). А вот тяжесть нанесенных увечий, следы спермы или мочи на месте преступления, если таковые присутствуют, проясняют почерк. Наряду с определением «почерк» Джон Дуглас также использовал выражение «визитная карточка преступника».

По словам Квон Ирёна, ему казалось, что на каждом шагу возникают невидимые преграды. Убийца словно растворился в воздухе. Полицейских докладов о других убийствах пожилых людей не поступало. «Я продолжал каждый день просматривать десятки отчетов о насильственных преступлениях. Мне не давали покоя мысли об убийце: где он, чем сейчас занят?» Профайлер сравнивал свой неудавшийся поиск с преследованием человека в горах, чьи следы были отчетливо видны на снегу, но внезапно исчезли.

Пресса оказалась обоюдоострым мечом. Исполнился самый мрачный прогноз: прочитав о себе в СМИ, преступник изменил modus operandi.

В полном соответствии с планом Квон Ирёна убийца прекратил нападения после того, как данные о нем были обнародованы через СМИ. Наступил искусственно вызванный период охлаждения [362]. Однако пресса действительно оказалась обоюдоострым мечом. Как выяснилось позже, исполнился самый мрачный прогноз: преступник на самом деле изменил modus operandi. Прекратив нападения на пожилых людей в их домах, преступник переключился на проституток, которых приводил в свое жилище и убивал.

«Позже, вернувшись к отчетам, я увидел, что убийства проституток начались после того, как прекратились проникновения в дома пожилых людей. Но в то время эта связь была совсем неочевидна. Я не мог знать наверняка, что МО преступника изменился, и тем более не мог знать, как именно стал действовать убийца, ведь совершалось большое количество насильственных преступлений. Доказательства появились после того, как ДНК пожилых жертв были обнаружены на том же орудии убийства, которым преступник убивал проституток. Я не справился с этим делом».

Квон Ирён был практически одержим неразрешимой задачей вплоть до 15 июля 2004 года, когда произошло задержание. К тому времени расследование прошлогодних осенних убийств окончательно застопорилось. И хотя многие предположения из доклада Квон Ирёна подтвердились после ареста преступника, профайлер не чувствовал удовлетворения, так как в нужный момент не смог ни предложить следствию четкого направления, ни ясно обрисовать круг возможных подозреваемых.

Еще до ареста преступника, в первой половине 2004 года, Квон Ирён и Ю Вансок запросили данные о всех пациентах с психическими нарушениями, но изучение огромного массива материалов не помогло существенно сузить круг подозреваемых. Однако напарники находились на верном пути: как стало известно позже, преступник с 1993 по 1995 год действительно проходил лечение в одной из больниц столичного района Кванджин в связи с психическими расстройствами, вызванными эпилепсией.

Ранней весной 2004 года первые полосы газет были заняты публикациями об очередных секретных счетах Чон Тухвана [363] и хвалебными рецензиями на фильм «Сильмидо» [364]: страна продолжала сражаться со своим прошлым. 12 марта парламент проголосовал за начало процедуры импичмента президенту Но Мухёну.

На парламентских выборах в начале апреля победу одержала либеральная пропрезидентская партия «Ёллин Уридан» [365]. В мае Конституционный суд решил вопрос об импичменте в пользу президента. Общество переполняли политические надежды [366]. Совсем немногие в то бурное время обращали внимание на возникший в стране феномен серийных убийств. И еще меньше людей могли предсказать, что немотивированные убийства в скором будущем станут настоящей болезнью южнокорейского общества.

Но Квон Ирён всю весну думал лишь о преступнике, убивавшем пожилых горожан. И хотя до июля, когда был арестован подозреваемый, профайлеру не удалось решить поставленную задачу, он не сдавался, отчаянно разыскивая те ниточки, что могли бы привести к убийце. Профайлер опять проводил ночи в офисе, а по утрам досконально изучал горы полицейских отчетов, надеясь определить, как мог измениться modus operandi преступника.

В надежде найти любые подсказки профайлер обращался и к материалам раскрытых преступлений. Как уже говорилось, вскоре после назначения на должность он вместе с Кан Токчжи, возглавлявшим аналитический отдел Государственной судебно-медицинской лаборатории, интервьюировал преступников в различных уголках страны. Проводя интервью, профайлер учился понимать людей, утративших способность сопереживать и сочувствовать. Квон Ирён продолжал эти посещения и во время работы над делом о серии убийств пожилых людей.

В конце октября 2003 года был проинтервьюирован молодой человек двадцати с небольшим лет, проникший в чужой дом и совершивший ограбление и изнасилование. В конце ноября – преступник почти такого же возраста, изнасиловавший и убивший женщину, которая не заперла дверь квартиры. В феврале 2004 года – еще один грабитель и насильник. Всего с октября 2003 по апрель 2004 года были опрошены восемнадцать человек, осужденных за насильственные преступления. В подавляющем большинстве случаев это были мужчины. Если взять за условную точку отсчета преступления Джека-потрошителя, на протяжении истории в основном именно мужчины совершали немотивированные убийства.

Интервью проводились отнюдь не ради философских