Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 - Шахназ Сайн

– Она за машиной, я полагаю, – сказал он, направляясь к «бентли».

– Нет, вон там. – Неосознанно драматичным жестом Сьютейн направил на нее свет фонарика.

Доктор, который все более и более казался воплощением патриархальной законности, замер, словно испуганный медведь. Потом слегка прищелкнул языком, выражая удивление и, возможно, негодование.

– Можете поближе подойти? Мне нужно, чтобы вы светили прямо на нее. Вот так чуть получше. Если вам трудно держать неподвижно, пусть посветит кто-нибудь другой.

Пойзер взял фонарь, а старый доктор, пощупав траву – не сырая ли? – опустился на колени. Всем своим видом он выказывал крайнее недовольство и осуждение, но его квадратные ручищи двигались спокойно и изящно.

Вскоре он поднялся, не пожелав принять помощь Сьютейна.

– Мертва. Вы, конечно, это знали? А почему она разгуливала голышом?

Доктор произнес «голышом» с таким выражением, словно речь шла о чем-то крайне неприличном.

– Хлоя часто так делала, – устало ответил Сьютейн. – Целый день расхаживала в купальнике. А какая, к черту, разница?

Глаза из-под козырька кепки смотрели на Сьютейна как на нечто удивительное, и Пойзер снова вмешался. Он так упорно подсовывал свою версию случившегося, так старался, волнуясь, говорить ясно и убедительно, что его бодрая речь звучала даже как-то неуместно.

Старик внимательно слушал, склонив голову набок. Старания Пойзера пропали втуне, и Кэмпион мысленно сравнил менеджера с хитрой рыбешкой, которая пытается заморочить умную собаку: такому эксперименту суждено закончиться взаимной неприязнью.

Доктор Бувери посветил на мост.

– Но если бы она упала с моста, ей пришлось бы перелезть через заросли роз, что в такой легкой одежде крайне затруднительно. О, вот и тот, кто нам нужен. Это вы, Доу?

– Да, сэр. Добрый вечер, сэр.

Молодой и замечательно красивый констебль в полицейской форме, которая может выглядеть и комично, и солидно, в зависимости от внешности того, кто ее носит, спрыгнул с велосипеда и аккуратно прислонил его к насыпи.

Бувери подошел к нему.

– Случилось ужасное несчастье. – Доктор говорил, словно полковник с нижним чином, но любимчиком. – Женщина то ли упала, то ли бросилась прямо под колеса мистеру Сьютейну. Вот это – мистер Сьютейн. Женщина погибла. Тело нужно отвезти в Берли. Утром я первым делом позвоню коронеру, а позже произведу вскрытие.

– Понял, сэр.

Доктор продолжил:

– А пока что мне хотелось бы взглянуть на мостик. Мистер Сьютейн, как туда попасть?

– Я поднялся по насыпи, но чуть подальше есть калитка.

На измученного Сьютейна было жалко смотреть.

– Тогда я ею воспользуюсь. Будьте любезны показать мне дорогу. – Доктор излучал энергию и держался бесцеремонно. – Доу, накройте чем-нибудь бедняжку и идемте со мной.

Кэмпион с ними не пошел: когда его присутствие не требовалось, он имел обыкновение держаться в тени.

Как только решительные шаги констебля затихли, сыщик подошел к «фиату» и заглянул внутрь. На заднем сиденье были портфель, свернутый плед и деревянный ящик с аккуратными рядами цветочных горшочков в одинаковых ячейках. Ничего более не обнаружив, Кэмпион с большой осторожностью поднял капот.

Первым вернулся Сьютейн. Кэмпион бесцельно топтался возле «бентли». С мостика доносились приглушенные голоса.

Сьютейн клокотал от ярости.

– Этот тип явно превышает свои полномочия, – прошептал он. – А констебль смотрит на него словно на Господа Бога. Какое ему дело, покончила Хлоя с собой или нет? Чертов старый болван. Ему, наверное, лет девяносто.

– Тогда он, видимо, обладает здесь большой властью. – Кэмпион деликатно понизил голос. – Подобная личность на кого угодно произведет впечатление. Поосторожней с ним. Он, может быть, еще и судья.

Сьютейн вытер лоб. В свете фар он походил на одну из своих фотографий, тех, что красуются на стенах театра, – непонятная фигура, застигнутая в призрачном мире движущихся теней.

– Вот и последняя соломинка, – сказал он. – Все же, Кэмпион, пусть это будет несчастный случай. Теперь я вижу: Пойзер прав. Ради всех нас – это должен быть несчастный случай. Господи! Ну зачем она так сделала? И почему именно здесь?

– Что случилось? – По насыпи, оскальзываясь, спустился взъерошенный Носок. В тусклом свете он походил на пугало. – Линда сообщила мне жуткую новость, я поверить не могу. Джимми, дружище, что стряслось?

Ему рассказали, и он замер – спина сгорблена, руки в карманах, – глядя на нечто, накрытое пледом.

– Боже мой… – произнес он чуть ли не со слезами в голосе. – Боже мой…

Кэмпион потрогал его за плечо, отвел в сторонку и стал говорить.

– Старик, наверное, рассердится, – закончил он. – Сегодня он тоже был на приеме и не понял, в чем дело. Я бы и сам сходил, но, когда он вернется, мне нужно встретить его здесь.

– Дорогой мой, все, что в моих силах. – Голос у Петри еще дрожал. Как и многие вполне мужественные люди, он был подвержен эмоциям. – Я сейчас же вернусь. Рад хоть чем-нибудь помочь. Другим сказать, чтобы оставались на месте? В конце концов, они ведь ничего сделать не могут.

Петри стал взбираться по насыпи, а звук шагов по дороге возвестил о возвращении остальных. Доктор Бувери по-прежнему руководил.

– Не представляю, почему она упала, разве что на перила влезла, только кто же в здравом уме так поступит, – вещал старческий, но весьма звучный голос.

Доктор не выказывал недоверия, он просто не понимал, как женщина упала с моста.

– Ах, доктор, Хлоя вполне могла встать на перила, это как раз в ее духе. – Голос Пойзера с успокоительными интонациями звучал жалко.

– Она была не в себе? Судя по одежде, точнее, ее отсутствию, именно так.

– Нет-нет, ничего подобного. Она была очень импульсивная, темпераментная. Вполне могла влезть на перила и помахать Сьютейну.

– Ну разумеется. – Доктор, однако, не был убежден. Он повернулся к констеблю. – Ну, Доу, я закончил. А дальше – вы сами знаете. Запишите, что это несчастный случай. Надеюсь, вы добудете какой-нибудь транспорт. Завтра утром около десяти приеду в Берли, возможно, вместе с доктором Дином. Спокойной ночи, джентльмены.

Он уселся в машину и нажал кнопку стартера. «Фиат» не отреагировал.

Следующие пятнадцать минут вся компания занималась мотором. По общему мнению, человеку, у которого упорно не заводится машина, окружающие обязаны помогать, но в случае доктора Бувери это было высшим моральным долгом.

Сам он, конечно, сохранял достоинство, чтобы не превратиться из небожителя в сварливого смертного, но все равно ухитрялся внушать окружающим священный ужас.

Трагедия Хлои Пай временно отошла на второй план.

Петри подъехал на «лагонде» Кэмпиона в точно рассчитанное время. Пойзер переставил «бентли», чтобы пропустить серое авто, а Кэмпион великодушно предложил доктору:

– Сэр, позвольте, я вас отвезу. Здесь есть механик, который разберется с вашей машиной и пригонит ее.

Доктор Бувери колебался. Его острые глаза внимательно разглядывали Кэмпиона. Не найдя, к чему придраться, он с неожиданной любезностью согласился.

– Очень