Современный зарубежный детектив-14. Книги 1-22 - Себастьян Фитцек

– Он должен был меня перехватить, – догадалась Клара.

– Именно, – подтвердил Джулс. – Поэтому он сразу же поехал ко мне, когда я сказал, что вы придете ко мне домой.

Клара покачала головой. В одном нужно было отдать Джулсу должное. Он умело провернул игру в «кошки-мышки», и даже с двумя участниками, которые ни на одном из этапов не знали, кто из них кошка, а кто мышка. Поневоле она должна была признать извращенную гениальность этого плана. Джулс загнал ее в такую ситуацию, из которой только один мог выйти победителем: сам Джулс. Если бы она не смогла противостоять Хансу Кристиану Таннбергу и была им убита, Джулс позаботился бы о том, чтобы его отец отправился в тюрьму и за другие убийства. Клара была уверена, что в ту ночь Джулс хотел вызвать полицию на Песталоц-циштрассе, но не для ее спасения, а чтобы Ханса Кристиана поймали с поличным как «календарного убийцу».

– Теперь вы знаете всю правду, Клара.

Словно по сигналу, она снова открыла глаза. Ничего вокруг нее не изменилось. Официантка по-прежнему стояла за стойкой, женщины беседовали, ее дочь рисовала.

– Честь имею кланяться, – старомодно попрощался Джулс.

Что-то подсказывало Кларе немедленно положить трубку и выбросить оскверненный этим разговором телефон в мусорное ведро. Другой, внутренний голос заставил ее открыто пригрозить Джулсу:

– Вы знаете, что я сделаю все, чтобы вас нашли и наказали.

– Конечно, я это знаю. Если вы чему-то и научились той ночью, так это тому, что мужчинам нужно оказывать сопротивление, – на редкость гордо произнес он и засмеялся.

– Вы и дальше будете убивать? – спросила Клара.

– Вам еще нравится чай латте или он уже остыл?

Клара побледнела. Она уставилась на стакан, пенка в котором уже осела, так давно она из него не пила.

– Где вы? – спросила она и огляделась.

Кроме Амели и двух женщин, в кафе сидели еще два гостя, чуть подальше у туалетов. Один-единственный мужчина, маленький, с очень высоким голосом. Он как раз разговаривал со своей спутницей, когда Джулс посоветовал ей:

– Посмотрите рядом с собой, на свободном стуле.

Клара взглянула направо. Ее сердце на мгновение остановилось, когда она обнаружила там розу.

– Это мой прощальный подарок. С этого момента я останусь вашим невидимым провожатым.

Тут звякнула дверь кофейни, и внутрь вошел высокий широкоплечий мужчина.

– Ну, все на сегодня, – попрощался Джулс, прежде чем положить трубку. – Ваш друг пришел.

69

– Ты выглядишь как смерть на электросамокате, – засмеялся мужчина и смачно поцеловал Клару в лоб. В ее присутствии он старался меньше говорить на берлинском диалекте, но у него не всегда получалось.

– Хендрик! – радостно закричала Амели и, подбежав, запрыгнула на этого великана, словно на батут.

На руках Хендрика, перед его могучей грудью, семилетняя девочка выглядела как хрупкая фарфоровая кукла, чем она в принципе и была, подумала Клара и заставила себя улыбнуться, скинув розу под стол.

Клара велела своей хихикающей дочери быть поаккуратнее, но Хендрик вел себя так, словно после сквозного ранения прошло несколько десятилетий, а не пара недель, и словно не было никакой экстренной операции. Процесс восстановления шел у него невероятно быстро, но Клара знала, что он все еще ежедневно принимал обезболивающие таблетки.

– Ты мне что-нибудь принес? – спросила Амели, и, как при каждой встрече, он вытащил из кармана маленький подарочек. Сегодня это был пакетик шипучего порошка, который очень скоро будет рассыпан по платьицу Амели и по полу в кафе. Сияя, девочка побежала к прилавку, чтобы со стаканом воды вернуться к своему столику для рисования.

– Она так на тебя похожа, Клара. – Хендрик улыбнулся, глядя вслед Амели.

Клара почувствовала неловкость, как всегда, когда он называл ее по имени. В ту роковую ночь их первой встречи она еще удивлялась в паркинге, откуда он его знает. Конечно, он узнал его от Мартина. Этот подонок «продал» ее под настоящим именем.

– С кем это ты сейчас говорила? – спросил Хендрик и с шумом опустился на стул.

– Не будь таким любопытным.

Клара чувствовала себя комфортно в присутствии этого необычного мужчины, который действительно зарабатывал на жизнь тем, что раздевался перед незнакомыми женщинами.

«Но только до слипов», – как он подчеркивал.

– Это был мой адвокат, – солгала Клара. Она позже расскажет Хендрику о разговоре с Джулсом, когда ребенок будет спать, а она сама не сможет сомкнуть глаз. Не было будоражащего средства лучше, чем прошлое, напоминавшее ночной кошмар.

– Ну, тогда расскажи мне, чем мы, трое красавчиков, сегодня займемся? – спросил Хендрик, который считал излишними паузы в разговоре и минуты молчания, как за последние недели выяснила Клара. Правда, она отдавала ему должное, что никогда не согласилась бы на свидание с ним, если бы он не заговорил ей зубы.

Это началось с ее первого визита в больницу. Клара хотела извиниться за свой поступок, а Хендрик был бодрячком и болтал без умолку. Она все еще воспринимала как кошмарный сон, что пистолет в ее руке выстрелил и пуля попала в него.

«Почему пистолет был заряжен?» – спросила она его при встрече, а он ответил, лукаво улыбаясь: «Ревнивые мужья. Ты же знаешь, я стриптизер. На меня уже часто нападали мужики, которые хотели знать, не зашли ли их женщины на девичнике слишком далеко. Так что для своего спокойствия я раздобыл пушку».

Для своей «безопасности» он также никогда не снимал костюм после представления, «пока не доберусь до дома. Чтобы никто не видел моего лица и не поджидал меня на парковке».

Он сам знал, что это больше, чем просто паранойя, и что он перегибал палку. В принципе, Хендрик был скорее робкий, застенчивый человек, компенсировавший свою неуверенность силовыми тренировками, эротическими позами и оружием, из которого не хотел бы никогда стрелять. Из-за судимости (он три года «забывал» заплатить налог с оборота) его лишили права на владение оружием и забрали карточку. За это и за ненадлежащее хранение пистолета ему снова пришлось бы предстать перед судом. Во всем этом он признался Кларе за «примирительным кофе» в больничном кафетерии.

«Да, я солгал. Пушка была настоящая. Но я считал тебя сумасшедшей, которая бегает ночью по лесу и хочет угнать мою машину. Чтобы тебе даже не пришло в голову размахивать пистолетом, я сказал, что он игрушечный».

Клара наклонилась вперед, потрепала его огромную руку, которой еще ни разу не касалась с интимной нежностью, просто потому, что для этого было слишком рано – если вообще реально, – и спросила его:

– Ты нашел?

Хендрик кивнул и достал конверт. Уже второй мужчина, который в