Сыскное агенство - Александр Петрович Кулешов

веселая. Точнее, счастливая. Для меня. Продали мы теперь уже мы эту школу. За хорошие деньги, между прочим. Скажу тебе прямо, Альберт, жена у меня — голова. По части бизнеса ей директором банка быть. Ух, голова! Сумела-таки объегорить какого-то япошку. Они теперь монополисты по этой части. А народ, сам понимаешь, чего он ко мне пойдет, когда есть японский учитель! Учитель! Японец, дзюдо он же знает наверняка лучше меня, дураки рассуждают. И потом, эти япошки умеют навести тень на плетень — всякие таинства, разные церемонии, да и обещают горы: и неуязвимым станешь, и могучим, и то, и сё. Пояс присваивают, даны. Ну, ладно, продали школу. Деньги есть, но работать-то все равно надо. И вот однажды раздается звонок: «Господин Лоридан? Не найдется ли у вас времени заглянуть к нам?» Как ты думаешь, кто? Ни за что не догадаешься! Тот господинчик из «Ока». Ну и ну! Что ж, терять мне нечего. Иду.

Когда Лоридан явился в «Око», его любезно встретили, провели к «господинчику». Состоялся разговор.

— Господин Лоридан, — «господинчик» был весь любезность, — во-первых, разрешите поздравить вас с браком. Ваша жена, как мы слышали, очаровательная и уважаемая женщина. Мы знаем, что она была такой замечательной кэтчисткой (следовал перечень всех побед Элизабет), а позже так умело руководила школой дзюдо, которую теперь так удачно продала (следовали мельчайшие подробности деловой жизни Элизабет. Все это, разумеется, чтобы показать замечательную осведомленность о жизни Лоридана). Во-вторых, дорогой друг, хочу вам выразить искреннее сочувствие в связи с неудачами в вашей детективной работе, о которых мы случайно узнали. (Ну не наглость!) Но согласитесь, я вас предупреждал. В наше время только мощная организация, вроде «Ока», в состоянии выдержать все трудности, связанные с сыскной деятельностью. Одиночкам это не под силу. Ваш печальный опыт тому доказательство. — «Господинчик» вздохнул и помолчал. — Но может быть, теперь, — продолжил он после паузы, — вы снова подумаете о нашем предложении? Ваши неудачи были объективны, они отнюдь не умаляют ваших способностей, которые мы высоко ценим. Кое-какие дела нам случайно стали известны (последовал детальный перечень разных дел, которыми занимался Лоридан). Мы с удовольствием предложим вам место. Платить будем хорошо (последовало подробное перечисление всех финансовых преимуществ работы в агентстве). Подумайте. В наш век растущей безработицы такое место нелегко найти. А? Что скажете? Посоветуйтесь с женой, она хорошо разбирается в делах.

Лоридану показалось, что в глазах «господинчика» мелькнул иронический огонек.

— Покочевряжился я для виду, — продолжал он, — посоветовался с Бет, и мы решили дать согласие. («Как же, «мы»! — подумал Кар.) И теперь я там работаю. И доволен. Даже очень доволен. Платят хорошо, есть свободное время, рисковать особенно не приходится. Конечно, и у нас бывает стрельба, погони, случается, даже гибнут люди, но как-то все это незаметно. Больше рутинной работы. Я тебе как-нибудь подробно расскажу. Так что доволен. Деньжата кое во что вложили. А того, что зарабатываем оба, на жизнь хватает.

— Оба? — переспросил Кар. — Элизабет работает?

— Работает. — Лор лукаво улыбнулся: — Еще как работает. Не покладая рук. — Он не выдержал и громко расхохотался.

— Чего ты смеешься? — не понял Кар. — Она кем работает?

— Па-ла-чом! — Лоридан не мог говорить от смеха. — Средневековым палачом экзекутором. Совершает казни! Ох-хо-хох!

Кар неодобрительно смотрел на друга.

— Ты что, воздухом поперхнулся? Я тебя серьезно спрашиваю, не хочешь — не отвечай. Подумаешь, тайна вселенская.

— Да я не шучу. — Лоридан перестал смеяться. — Поркой она занимается. Порет розгами…

Кар остолбенел.

— Ну чего ты не понимаешь? Здесь недалеко частный Женский колледж. Там применяют телесные наказания. Чего уставился? Это в государственных школах отменили и где родители против, а где родители согласны, там оставили. Да, да, не удивляйся — очень многие родители за то, чтоб их шалопаев пороли. В основном, конечно, в мужских школах, но вот и в некоторых женских. Знаешь, там, где отцы эдакие бывшие колониальные офицеры с усами и стеком в руке, разные старомодные аристократические дамы, которые сами в таких школах учились. И потом, прямо тебе скажу, уж не говоря о мальчишках, есть такие девчонки, которых я бы с утра до вечера порол. Стервы! Пьют, курят, с парнями в четырнадцать, пятнадцать лет водятся, а то еще колются… Жуть! Вот родители в некоторых школах и потребовали сохранить телесные наказания. В этом колледже тоже. Секут девчонок с восьми до четырнадцати лет. Старше уж вроде неудобно. За разные там дела, нарушения, уж не знаю, за что им ставят минусы в журнале. Знаешь, как в пятиборье очки начисляют. И два раза в неделю — пожалуйте к столу: одной пять горячих влепят, другой десять, бывает и двадцать, но это редко. Розгами секут. А у мальчишек и плеткой, потом день-два не сядет. Так-то.

— И Элизабет?

— И Элизабет ходит туда два раза в неделю и приводит в исполнение приговор. Иногда, говорит, по пятнадцать — двадцать порок набирается. Девчонкам не завидую — у Бет рука тяжелая! — Лоридан расхохотался.

— И что, хорошо платят? — поинтересовался Кар.

— Неплохо. Сдельно платят, — деловито пояснил Лоридан, — в зависимости от количества.

— Да, ну и дела. — Кар не мог прийти в себя от изумления. — Может, мне такую работу подыскать? — спросил он в шутку.

Но Лоридан шутить не собирался.

— Невыгодно, — серьезно пояснил он, — не мужское дело. Я для тебя лучше найду. Поверь. Есть у меня одно местечко на примете. Надо только кое с кем поговорить, выяснить. Да это недолго, дня два-три. А пока надо заняться твоим обустройством. Тут Элизабет поможет.

Действительно, Элизабет помогла.

В тот день, когда они уже вечером сидели втроем в саду, она долго и обстоятельно расспрашивала Кара, чего бы он хотел — какую квартиру, с какими удобствами, какую может заплатить цену, хочет снять, купить или арендовать домик.

— Ты прямо как агент по продаже недвижимости, — довольно улыбался Лоридан.

(Да, с женой ему повезло — деловая женщина.)

В конце концов Кар заявил, что ему все равно, лишь бы не очень далеко от города.

Они сидели под деревом. Скрытые лампы подсвечивали зеленые ветви, откуда-то доносилась музыка, негромко гудели невидимые жуки, на столе выстраивались новые ряды запотевших пивных банок…

В шезлонге, откинувшись, полулежала Элизабет в коротких шортах и блузке без рукавов. При