Сыскное агенство - Александр Петрович Кулешов

которых был заполнен экран. Господи, что только не происходило в мире! Вот очаровательный щекастый мальчик, убивший из пистолета своих родителей, и ангелоподобная девочка, отравившая сестренку, а вот красивый элегантный парень — ну прямо чемпион по гимнастике, — проникший в монастырь и изнасиловавший, а потом задушивший тринадцать монахинь, безработный, зарезавший жену, троих детей, а потом себя, мрачноватый тип, вошедший в ресторан и перестрелявший из автомата половину посетителей… Но тут же шли сцены суда над похитителями миллионов, над миллионерами, обманувшими налоговых инспекторов, над сенаторами-взяточниками — все это были солидные, представительные джентльмены, безупречно одетые, холеные, окруженные адвокатами и советниками; заседания суда напоминали заседания правлений крупных компаний, которые тоже демонстрировались на экране. И снова мелькали ослепительные зубы и пасты, сверкающие волосы и лаки, аппетитно зажаренные гуси и электрические духовки.

Свою продукцию рекламировали все — магазины и фабрики, рестораны и кабаре, парикмахерские и отели, автомобильные, винодельческие, сигаретные, оружейные, строительные фирмы, банки, частные предприятия.

В какой-то момент на экране возникла мрачная картина: по вечерней улице шли молодая красивая женщина и элегантный молодой человек, неожиданно из-за угла выскочили трое верзил в масках, ударом ножа они покончили с мужчиной, а затем, схватив женщину, навалились на нее и начали срывать одежду. И сразу на экране появилась ужасающая картина разгромленной и разграбленной квартиры и рыдающие хозяева в дверях, судя по чемоданам у их ног, только что вернувшиеся из поездки… И новые кадры: нянька, гуляющая с ребенком, машина, под визг тормозов останавливающаяся возле, и трое замаскированных похитителей, хватающих ребенка и заталкивающих его в машину. Затем из левого верхнего угла экрана, постепенно увеличивающийся и вскоре заполняющий весь экран, возникает человеческий глаз. Секунду глаз, не мигая, смотрел на Кара, а потом исчез, уступив место надписи —

«ОКО».

Диктор за кадром вещал бьющим по нервам голосом: «Ничего этого ни с вами, ни с вашими близкими, ни с вашим имуществом не случится, если вас будет охранять недремлющее око! «Око» — самое надежное сыскное агентство в мире! «Око» — гроза преступников! «Око» — оплот безопасности, гарантия спокойной жизни! «Око» — любые сведения, информация, раскрытие любых преступлений. Тайна обслуживания гарантирована. «Око» — к услугам всех честных граждан!»

Все это длилось одну-две минуты и заканчивалось эффектным кадром — страшные небритые верзилы в наручниках уныло плетутся, сопровождаемые могучими красавцами в мягких шляпах, с эмблемой агентства на пиджаках. Затем изображение таяло, и оставалась во весь экран только эмблема: недремлющий глаз, окаймленный изображением наручников и Фемиды над ними.

В том, что глаз широко открыт, а у Фемиды на глазах повязка, создатели агентства, видимо, никакого противоречия не усматривали.

Кар выключил телевизор и некоторое время сидел, не меняя позы, а глядя на погасший экран. Затем внезапно поднялся, подошел к телефону и, полистав справочник, набрал номер.

Ответили сразу, мягкий женский голос доверительно произнес:

Добрый вечер, к вашим услугам сыскное агентство «Око», телефон не прослушивается. Что вас интересует?

Подумав секунду, Кар произнес:

— У меня есть враги, я опасаюсь за свою жизнь, вы могли бы что-нибудь сделать?

— Разумеется. — Голос женщины звучал уверенно. — Сообщите данные, повторяю, телефон не прослушивается. Но если хотите, наш сотрудник приедет к вам или вы можете посетить нас.

— Я предпочитаю зайти к вам.

— Извольте, мы открыты двадцать четыре часа в сутки, — приветливо сообщила женщина. («Небось они специально тренируют голос», — подумал Кар.) — Наш адрес…

— Спасибо, я знаю, — сказал Кар и повесил трубку.

Он подошел к раскрытому окну, понаблюдал за вечерней улицей. В каждом прохожем ему чудился теперь преступник или, наоборот, бдительный агент «Ока». Он все время ждал выстрела, визга тормозов, крика. Но улица оставалась безлюдной и спокойной, блекло светили фонари, желтели окна домов напротив, откуда-то доносилась музыка. Вот проехало такси, какая-то женщина в тренировочном костюме вывела гулять огромного сенбернара… И опять никого.

Кар порыскал по квартире — может, какой журнал завалялся от прошлых хозяев, полистать бы. Но те, видимо, не были поклонниками легкого чтива, а стоявшие на полках толстенные тома служили, скорей, для меблировки — словари, учебники, справочники. Судя по последним, хозяин был техником или инженером. А впрочем, какая разница.

Кар допил последнюю банку пива и, ощущая в голове легкий туман, отправился спать.

Не успел он залезть под простыню, как зазвонил телефон.

— Не спишь еще? — услышал он голос Лоридана.

— Нет, — промямлил Кар.

— Бет сказала, что у тебя все в порядке — сыт, одет, обут и крыша над головой.

— Твоя жена — чудо, — искренне сказал Кар, — я понимаю теперь, почему ты на ней женился. Неясно только, почему она вышла за тебя замуж. Позаботилась обо мне, как о любимом сыне. Лор, вы не хотите меня усыновить?

— Можно. Но учти, она ведь специалист по порке, так что ты два раза подумай, стоит ли иметь такую мать. Ха-ха! — Лор громко рассмеялся собственной шутке, потом, став серьезным, добавил: — Завтра заеду за тобой в девять часов. Поедем наниматься на работу. Я тут кое с кем уже поговорил. Есть перспектива. Покойной ночи.

— Покойной ночи, — ответил Кар и, положив трубку, мгновенно провалился в сон.

На следующее утро Лоридан заехал за Каром на машине, и они отправились в «Око». Агентство находилось рядом, но путь, учитывая причуды уличного движения, занял минут пятнадцать.

— Шли бы лучше пешком, — ворчал Кар.

— Все равно я на машине, — резонно отвечал Лоридан.

Наконец подъехали.

Сыскное агентство «Око» занимало большой десятиэтажный дом в ультрасовременном стиле, коричневого цвета, с непросвечивающими золотистыми стеклами на окнах, со множеством хитроумных и сложных антенн на крыше.

У входа на выдвинутой на тротуар огромной бронзовой доске красовалась рельефная эмблема агентства — недремлющий глаз, наручники, Фемида — и название.

Над подъездом на добрых полдюжины метров выдвигался массивный козырек, чтобы дождливым днем подъехавшие на машине клиенты, не дай бог, не промокли.

Войдя в широкие стеклянные двери, автоматически открывшиеся перед ними при их приближении, они попали в огромный холл. Само здание, холл, широкие лестницы, колонны, интерьер — все говорило о процветании предприятия. У входа не было никаких охранников, курьеров, швейцаров, лишь стайка хорошеньких девушек в строгих коричневых костюмах с эмблемой агентства над грудным кармашком.

Стоило несколько оробевшему клиенту войти в холл, как к нему тут же устремлялась одна из девушек и, ослепительно улыбаясь, осведомлялась о