Смертельный след - Андреас Грубер

– Конечно, заходи. – Он подошел к кофемашине, протянул Тине полную чашку и налил себе вторую.

– Я валюсь с ног от усталости – работала полночи.

Тина плюхнулась на диван. Одетая, как всегда, просто – джинсы и ветровка, она автоматически заправила длинные черные волосы за ухо. Другая сторона головы была выбрита. Он видел ее только с таким характерным «сайдкатом». Хотя теперь она была частным детективом с собственной конторой на берегу Майна в Майнц-Костхайме, самом южном районе Висбадена, – ее несерьезный внешний вид за последний год не изменился. Она все так же носила пирсинг в носу и губе, а на шее даже появилась новая татуировка. Пентаграмма с кошкой, если он правильно разглядел.

– И как, успешно? – спросил он.

– Сидела бы я иначе так спокойно здесь и болтала с тобой? – парировала Тина.

– Очко в твою пользу, и что ты выяснила?

– Расскажу позже… – она повернула голову в сторону ванной, – когда Сабина выйдет из душа.

– Кто сказал, что в ванной Сабина, а не одна из моих многочисленных любовниц?

– Простая причина: ты еще жив. – Тина усмехнулась. – Потому что, будь у тебя и правда интрижка, я бы давно об этом узнала, Сабина бы тебя прикончила, а Снейдер избавился бы от твоего тела.

– Второе очко в твою пользу. Кстати, ты выглядишь голодной, – заметил он.

– Я бы сейчас съела огромную порцию яичницы.

«Я бы тоже». Кто знает, представится ли им позже возможность поесть. Поэтому Марк прошел на кухню, достал из ящика большую сковороду и вынул из холодильника упаковку яиц.

– Бекон или ветчина?

– Да, пожалуйста. – Тина потянулась и тихо зевнула. – Кто вообще этот Конрад? И почему вы так одержимо за ним гоняетесь? Что он натворил?

– Еще точно не знаем. – Марк разбил на сковороду шесть яиц, добавил нарезанный кубиками бекон, ломтики ветчины и щедрую порцию тертого сыра. Затем включил вытяжку.

– Еще не знаете? – переспросила она.

Пока еда шкварчала на сковороде, он сел на спинку дивана.

– Коллеги из отдела госбезопасности БКА в Меккенхайме, которые уже несколько месяцев работают под прикрытием в Даркнете, перехватили в новом мессенджере чаты левых террористических ячеек. Они общались там на различных форумах, а сейчас фактически объединяются в одну структуру, и при этом постоянно всплывает одно имя: Рут-Аллегра Франке. Она и ее сообщники уже около года выстраивают сеть новой террористической группировки. – Он умолчал о том, что речь шла о четвертом поколении РАФ, что контакты тянулись за границу и что в расследование была вовлечена БНД. Вероятно, он и так уже рассказал Тине больше, чем имел право.

– Полагаю, чаты зашифрованы, и у вас нет ни одного адреса и ни одного настоящего имени.

Марк кивнул.

– Но благодаря прослушке телефонных разговоров и перехвату электронных писем ряда лиц, которых БКА на протяжении многих лет держит под рутинным наблюдением, нашим коллегам в Меккенхайме удалось выйти на нескольких членов этой группировки. Разумеется, в Сети они действуют исключительно анонимно, но из-за уязвимости в системе коллеги смогли расшифровать один-единственный IP-адрес – и именно он вывел нас на Пауля Конрада. Первого реального человека. Настоящая удача, потому что, судя по всему, он находится в прямом контакте с Рут-Аллегрой Франке, – и именно так мы оказались вовлечены в наблюдение.

– А какую роль Конрад играет в этой сети?

– Пока не знаем. Информация совсем свежая. Он может быть одним из доверенных лиц Рут-Аллегры Франке или, если нам повезет, даже идейным лидером движения.

– Или он просто сочувствующий, – возразила Тина.

Марк покачал головой.

– Уже одно то, что перед самым захватом он сжег собственный дом и с тех пор скрывается, говорит об обратном. К сожалению, Конрад свободно владеет английским, итальянским и французским и может затаиться где угодно.

Дверь в ванную открылась.

– Мм, как вкусно пахнет… О, ты здесь, привет. – Сабина вышла в гостиную в халате, с полотенцем, завязанным тюрбаном на голове, и поздоровалась с Тиной за руку. – Полагаю, ты что-то выяснила, – сказала она, – иначе бы тебя здесь не было.

– Какая ты догадливая, – рассмеялась Тина и покосилась на Марка.

Пока Марк варил для Сабины кофе, та поставила на стол сковороду, хлеб и тарелки и наполнила три стакана апельсиновым соком. Они сели.

– Я действительно выяснила, кто эта женщина на фотографии, – проговорила Тина с набитым ртом. – Она живет в Аугсбурге. БКА даже не пришлось замораживать ее счет, он и так в минусе. И кредитной карты у нее тоже нет.

– Ну хоть какие-то хорошие новости, – сказала Сабина. – Сейчас она единственная ниточка, ведущая к Конраду.

– БКА ведет наблюдение за ее квартирой, но, насколько мне известно, дома она пока не появлялась, – пояснила Тина.

– Как ее зовут?

– Анна Бишофф.

Марк вопросительно взглянул на Сабину.

– В первый раз слышу, – сказали они в один голос.

Тина улыбнулась.

– Вы никогда не догадаетесь, кто она такая…

Глава 9

Пауль Конрад вошел в виллу Доротеи Райхардт и ногой захлопнул за собой входную дверь. Поглядывая из прихожей в гостиную, где на полу перед диваном лежала пожилая женщина, он натянул тонкие латексные перчатки.

– Она ранена?

– Нет, просто спит.

– Я не думал, что твой план сработает.

– Ты бы, скорее всего, просто убил ее. – Анна сняла с головы светлый парик и запихнула его в рюкзак, стоявший рядом с входной дверью. Она встряхнула своими длинными каштановыми волосами, которые были заколоты под париком, и собрала их в хвост.

– И тебя это устраивает – ограбить скульптора-феминистку, которая в семидесятых… – начал Конрад, но Анна перебила его:

– Возможно, тогда она и боролась яростно за права женщин, но сейчас эта старуха представляет «АдГ» в городском совете…

– «Альтернативу для Германии»? – переспросил он.

– Да, она в первых рядах на каждой демонстрации активистов, которые отрицают изменение климата. Люди меняются… к сожалению. – Анна достала из бокового кармана рюкзака пару латексных перчаток и надела их. – Так что эта экспроприация совершенно оправдана.

– Ладно, хватит болтать.

Все равно у них не было другого выбора, кроме как довести дело до конца. Конрад прошел в гостиную и начал открывать все шкафы и ящики. Сначала он нашел лишь немного наличных и украшения, но затем в небольшой фарфоровой вазе наткнулся на характерного вида ключ от сейфа.

– Тут в стене сейф! – почти одновременно крикнула Анна с верхнего этажа. – За картиной в спальне… но он массивный, нам его точно не вскрыть.

– У меня есть ключ! – Конрад уже поднимался по старой, скрипучей деревянной лестнице.

Может, им повезет, и они найдут