Современный зарубежный детектив-22 - Лэй Ми

Разговор быстро перешел на другие темы.

– Кстати, Рори, а почему вы стали библиотекарем? Я могу понять, почему Стивен стал историком, он все-таки работает в университете. А вы? Молодой мужчина – библиотекарь – такая редкость в наши дни.

– Об этом, дорогая Джуди, я обязательно вам расскажу. Но не сейчас. Это была глупая история, и я еще не разобрался со своим чувством стыда.

– Да-да, согласна, я тоже не раз задавалась этим вопросом, – вторила Джуди миссис Мартин. – Я, конечно, слышала о небольшой надбавке для молодых специалистов, но она вряд ли сравнится с зарплатой доктора или юриста.

– А кто бы тогда занимался библиотечными делами? Тем более если твоя начальница – детектив. А вы почему спрашиваете? Неужто жалеете, что такой талант пропадает в библиотеке?

Рассмешив женщин, Рори залился краской.

Лора осознала, что ее расследования стали для ее окружения чем-то привычным. Девушку теперь и впрямь называли детективом, и иногда она даже не отнекивалась.

Она чуть не забыла о подарках и привезенной выпечке! Лора от души предложила присутствующим носки и перчатки – их вручили ей Колты в знак благодарности. Брать деньги Лора отказалась.

Под радостные крики Ханны, у которой расклад на следующий год попросила сама Хелена Эвертон, Лора вспомнила, что не позвонила тете. Многие отправились на мессу, и библиотека опустела.

– Тетя Мэдди? Как там ваши дела? У меня все отлично. Да. Знаешь… я хотела не только поздравить тебя с Рождеством, но и сказать, что у тебя самая лучшая фабрика на свете! Честно. С чего я это взяла? Поверь моему экспертному мнению. Все-таки лучше близких никого не найти. Да и искать не надо. Ты права.

Пробило полночь.

– С Рождеством, напарник! – Ханна приобняла подругу так, что Лора едва не запуталась в ее волосах. – Готова к новым свершениям?

– С Рождеством! Мы же только что вернулись, и я могу поклясться, что в машине ты была жутко уставшей.

– У вас волшебная библиотека. Сразу заряжает энергией. Либо с ужином было что-то не так… В общем, если решишься что-нибудь распутать во время следующего отпуска, я в деле!

– Больше никаких отпусков, Хан. Я буду работать до пенсии, чтобы больше не вляпываться в подобные ситуации. Хотя, надо признать, я рада, что именно мы помогли Лахлану и Оливии раскрыть правду. Когда мы зашли в тупик, мне так не казалось, но сейчас я понимаю, что все сложилось наилучшим образом.

Гости с прищуром воззрились на Лору.

– До пенсии? Мы отчего-то совсем тебе не верим. – Так Ханна поставила не точку, а запятую в обсуждении ближайшего, а может быть, и далекого будущего.

Эпилог

Энн Колт, бывшая хозяйка крупнейшей в Хайленде фабрики по производству не только пряжи, но и изделий из овечьей и мериносовой шерсти, получила по заслугам, а если точнее – пятнадцать лет колонии. Целых пятнадцать лет ей не придется переживать о наряде и антисептике, ведь носить она будет унылые серые одежды, а для мытья станет пользоваться средствами с хлором. Самое печальное, что у нее даже не нашлось денег, чтобы нанять частного адвоката, а государственный не особо проникся ее историей и лживыми обещаниями и в итоге не убедил присяжных. Часть присвоенных денег с западных счетов островного государства были возвращены мистеру Колту.

Мистеру Ирвингу предстоит расплачиваться за махинации с муниципальной землей. Справедливый суд вынес ему приговор: сумасшедший штраф и лишение свободы сроком на шесть лет. Как оказалось, Энн была не единственной, кому он попытался «сбыть» то, что ему никогда не принадлежало. К несчастью, Ирвинг потащил за собой нескольких коллег, поэтому шотландские новостные порталы еще долго пестрели громкими заголовками. Кроме доказательств, правосудию помогло еще кое-что: и Энн, и Джаред не жалели обвинений в адрес друг друга.

У Лахлана и Оливии большие планы по возрождению фабрики. Из возвращенной пряжи они надумали связать всем работникам брелоки в виде зверушек. После долгих раздумий Лахлан решил возвратить Чарльза, Джейн и Пауля своему другу в Аргентину, в истинную среду обитания викуний. Конечно, когда Пауль немного подрастет.

– Иногда вовсе не обязательно идти в ногу со временем, – сказал он в интервью крупному журналу. – Мы будем стараться поддерживать традиции предков.

Лора Картленд вновь вернулась к рабочим будням. Теперь она одинаково страшится переработок и отпусков. Но мы-то знаем, что в глубине души она жаждет расследовать что-нибудь еще, особенно уютное и запутанное. Дело, которое может помочь какой-нибудь семье разгадать загадки прошлого или поспособствует торжеству справедливости. Дело, благодаря которому можно будет отвлечься от множества собственных дел или отделить наконец мнимые проблемы от истинных.

Элиот Локсли

Чай со смертью

© Элиот Локсли, текст

В оформлении макета использованы материалы по лицензии © shutterstock.com.

Глава 1. Наследство с запахом чая

На полосатом коврике у порога пушистым клубком свернулся рыжий кот с роскошной белоснежной манишкой. Джейн обреченно вздохнула:

– И как ты опять сюда забрался?

Кот, как и свойственно этим независимым созданиям, высокомерно сощурил ярко-зеленые глаза, лениво поднялся, махнул хвостом и одним прыжком преодолел пространство лавки. Посидел с минуту на подоконнике, словно размышляя, стоит ли отправиться на прогулку. Погода к этому не располагала. И все же незваный гость проскользнул в приоткрытое окно и скрылся за пеленой дождя.

Джейн улыбнулась, захлопнула створку и смахнула капли с подоконника. Дождь отстукивал по старым стеклам чайной «У Агаты» усыпляющую мелодию. Для Джейн Баррет этот звук стал саундтреком новой жизни. Жизни, которая пахла не пылью городской библиотеки, где Джейн проработала десять лет, а терпким ароматом улуна, сладковатым дымком лапсанг сушонга и едва уловимым запахом старых книг, принадлежавших тетушке Агате. Последняя всю жизнь прожила на побережье, где держала чайную лавку, которую и оставила в наследство любимой племяннице. Мисс Баррет спокойно покинула большой шумный город, где к 38 годам ее личная жизнь так и не сложилась, и работа библиотекарем разочаровала. Поэтому Джейн с легкой душой вернулась в небольшой, но родной и уютный городок.

Новая владелица чайной задумчиво водила ладонью по прилавку из полированного дуба, чувствуя под пальцами мелкие царапины от монет и ощущая странную тревогу. Она витала в