"Зарубежный детектив 2026-7". Компиляция. Книги 1-9 - Сандроне Дациери

Заросший щетиной Сантини открыл дверь в одной майке. От него несло потом. Когда Коломба сказала ему, чего хочет, он впервые за долгое время от души расхохотался. Однако, отсмеявшись, позволил ей войти.

Тем временем к Данте медленно возвращалось сознание. Последним, что он помнил, было опускающееся оконное стекло фургона. Потом наступила темнота. Та же удушающая темнота со вкусом ткани и запахом его дыхания сдавливала ему виски и сейчас. Наконец кто-то сорвал с его лица капюшон, и Данте увидел, где находится.

Он закричал.

31

Сантини выслушал рассказ Коломбы, сидя на односпальной кровати и допивая купленную в гостиничном баре бутылку пива. Комната насквозь провоняла табачным дымом, хотя полицейский из следственного управления оставил приоткрытым окно.

– Возможно, твой дружок и правда вернулся домой, – наконец произнес он.

Коломба раздраженно покачала головой:

– Я в это не верю.

– Потому что он с тобой не попрощался?

– Если бы он был настолько потрясен, что сбежал, забыв о хороших манерах, то и за комнату забыл бы заплатить, – стараясь сохранять спокойствие, сказала Коломба. – Он старомоден и наверняка заплатил бы и за мое проживание, потому что оба номера бронировал он.

– Ну, это еще неизвестно. Люди не всегда поступают предсказуемо, особенно в состоянии стресса.

– Я уже видела его и расстроенным, и потрясенным и знаю, чего ждать. Нет, звонил кто-то другой. Кто-то выдал себя за него.

– Немец за решеткой и больше не представляет никакой опасности.

Коломба покачала головой:

– Нет, опасен Отец. А он все еще на свободе.

– Покажи мне хоть одно доказательство, что он существует.

– Я знаю только, что Данте в это верил и что он был прав с самого начала, еще с тех пор, как в Пратони пропал Лука Мауджери. И если бы ты его послушал, – распалившись, добавила она, – то не выставил бы себя таким идиотом.

Сантини откинулся на подушку:

– Умеешь ты просить об услугах, Каселли.

Коломба подтянула к себе единственный в комнате стул и уселась на него верхом.

– Я не прошу тебя об услуге.

– Вот как?

– Я прошу тебя поступить правильно.

Сантини фыркнул:

– Не смеши меня.

– Но это действительно правильно. И даже если ты мне не веришь, это все равно лучше, чем надираться здесь, оплакивая свои беды.

Сантини закрыл глаза.

«Что со мной не так? Почему в последнее время из всех возможных решений я всегда выбираю самое глупое?»

– Я сделаю пару звонков, и посмотрим, что из этого выйдет, – сказал он.

Ему снова захотелось рассмеяться.

Звонков пришлось сделать побольше, но отыскать следы Данте в таком маленьком городке, как Кремона, оказалось легче, чем они думали, в том числе благодаря содействию пары подчиненных Сантини, который едва ли не ноги об них вытирал. Быстро вычеркнув поезда, автобусы и автопрокаты заодно с больницами, моргом и другими гостиницами, они нашли таксиста, чью машину Данте поймал на бульваре. Тот сообщил им по телефону, что высадил его у старой фермы.

Около полуночи Коломба и Сантини подъехали к ферме на его служебной машине, осмотрели ее при свете фонарика и, обойдя развалины, оказались перед бетонной платформой.

– Это здесь его держали? – спросил Сантини.

– Да, – ответила Коломба. – Хотя башен больше нет. Но зачем он сюда приехал?

– Ностальгическое путешествие. – Сантини огляделся по сторонам: единственным источником света был их фонарь. – Здесь его нет. А такси без мобильника не вызовешь. Значит, он ушел пешком.

Коломба жестом показала, чтобы Сантини осветил окрестности.

– Или кто-то его забрал. Здесь недавно проезжал автомобиль, – сказала она, глядя на оставшиеся в мягкой земле колеи шин.

– Автофургон, – уточнил Сантини. Он знал, о чем говорит. – Но это мог быть какой-нибудь фермер, живущий неподалеку.

– Посвети сюда, – сказала Коломба, указывая на бетонную платформу.

Сантини направил луч фонаря вниз: на бортике платформы виднелось несколько темных полос.

– Засохшая грязь. Кто-то вытер здесь ноги.

– Не кто-то, а Данте. И он не вытирал ноги. Иди сюда.

Подойдя поближе, Сантини увидел, что это не просто темные полосы: кто-то носком ботинка вычертил на платформе буквы и цифры. «ЕН29».

– Это часть автомобильных номеров, – сказала Коломба. – Все еще веришь в совпадения?

Сантини со вздохом достал телефон.

Пока Сантини связывался со своим отделом, Данте снова очнулся в тюрьме и на этот раз не сразу провалился в забытье.

«Меня чем-то накачали, – понял он. Мысли ползли, как улитки. – Лошадиной дозой транквилизаторов».

Шея ныла, – должно быть, ему сделали укол в яремную вену.

Что бы ему ни вкололи, лекарство действовало. Оно не только отупляло. Благодаря ему Данте почти мог вытерпеть нахождение в тесном прямоугольном замкнутом пространстве площадью шесть на три метра, все проемы которого были намертво заколочены. Помещение озарял тусклый зеленый свет стоящего в углу детского ночника. Изолированные стены были покрыты вагонкой. Осмотревшись, он увидел пластиковую столешницу с раковиной, кухонные шкафчики, стол, стул и двухъярусную кровать. Данте лежал на нижней койке. Его шею обхватывал предназначенный для крупных собак ошейник с висячим замком, от которого тянулся приваренный к изголовью кровати металлический трос. Он подергал за трос онемевшими от транквилизаторов руками, но кольцо не подалось, а кровать оказалась привинченной к полу.

Пытаясь определить длину поводка, Данте резко дернулся, и ошейник на миг сдавил ему горло. Хотя рванулся он не так уж и сильно, но успел почувствовать, что задыхается, и прилив адреналина разогнал медикаментозный туман. Данте показалось, что стены тисками надвинулись на него и вот-вот раздавят. Он открыл рот, чтобы позвать на помощь, но закричать так и не смог. Он снова начал терять сознание, и в голове промелькнула последняя ясная мысль. Мысль о Коломбе.

Она все знает, в этом он не сомневался. Она придет за ним. Вопрос лишь в том, успеет ли она его спасти.

– Это не автомобильные номера, – сказал Сантини Коломбе.

Они все еще находились на ферме, дрожа от промозглого холода. Ни у одного фургона нет номеров, которые бы начинались или кончались этими знаками, объяснил он. Такие номера есть только у легковых машин, а их полным-полно.

– Или Торре ошибся, – сказал Сантини, – или ошибаемся мы. Откуда нам знать, может, вечером кто-то играл в грязи в морской бой.

Коломба покачала головой:

– Нет. Это был Данте. Он пытался навести нас на след.

Сантини закурил.

– Не слишком ли ты уверена?

– Говорю тебе, я знаю, как он рассуждает.

Но вправду ли она так хорошо его знает? Ей оставалось лишь надеяться на свою правоту, ведь номера – единственная ниточка, связывающая ее с Данте.

– Можешь позвонить в дорожную полицию?

– Здесь нет камер.