Современный российский детектив - Анна Майская

— Будет мне еще тута указывать! Если такая богатая, сама в такси и катайся, а мы люди трудовые, у нас кажная копейка на счету! — и толстуха, бесцеремонно подвинув какую-то худенькую бабульку, уселась на ближайшее к выходу сиденье, а баулы так и оставила возле дверей.

Полина забралась в уголок и прижалась к поручню с ужасом думая, что через пару остановок придется вылезать, и наверняка через этих клетчатых уродов нужно будет перепрыгивать. Она переступила с ноги на ногу и почувствовала, что в правом сапоге хлюпает вода. Так и есть. Сегодня утром она с огорчением заметила, что подошва прохудилась. Ну, ничего, скоро уже можно будет достать весенние ботинки. А вечером, может быть получится вырезать из старых туфель или из сумки подходящую заплатку и налепить ее на прореху. Автобус дернулся и вырулил от метро. Надо было ехать на маршрутке, но «Автолайн» — это незапланированные сорок рублей из бюджета. Дыру они, конечно, не пробьют, но все равно жалко. Тем более, ехать всего ничего. Обычно Полина ходила пешком, но сегодня надо было сначала зайти в магазин, а потом торопиться домой, чтобы к приходу Дениса ужин был уже приготовлен.

* * *

Вот уже два дня, как он вновь переехал к Полине. Просто пришел вечером того дня, когда Королев рассказал ему обо всем, что произошло, и остался.

— Я не могу оставить тебя одну, Полюшка! Ты же сама видишь, что творится. Почему ты не рассказала мне о том, что тебе кто-то угрожает?

Полина едва заметно усмехнулась:

— Денис, я, конечно, могу ошибаться, но мне казалось, что в последнее время тебя не очень волновала моя жизнь.

— Боже мой, неужели ты думаешь, что я остался бы равнодушен к твоей беде?! — голос его дрожал не то от возмущения, не то от сознания собственного благородства. — Я никогда не прощу себе, если с тобой что-нибудь случиться! Милая моя, теперь я всегда буду рядом и никому не позволю тебя обидеть…

— Денис, полиция уже ищет этих людей, — вяло возражала Полина. — Тебе вовсе не обязательно переезжать ко мне.

— Полиция! — воскликнул он пренебрежительно, аккуратно вешая на плечики свой дорогой костюм. — Видел я этого майора. Тюфяк, он и есть тюфяк. Ни мозгов, ни сострадания!

Полина недоуменно пожала плечами: лично на нее Королев не произвел впечатления равнодушного человека, а уж тем более тюфяка. Она окинула Дениса беглым взглядом. Бледные безволосые ноги комично выглядывали из широких трусов. Сейчас, в сиреневой рубашке с галстуком, но без штанов он смотрелся на удивление смешно. Она поспешно отвернулась, чтобы Денис не заметил ее неуместных эмоций.

— Мне кажется, ты ошибаешься, Денис. Максим Викторович очень приличный и порядочный человек.

— Полина, девочка моя, ну нельзя же быть такой наивной! У тебя всегда и все хорошие и добрые, но в жизни не всегда бывает, как в сказках! Что он может, этот твой Королев? Где твоя охрана?

— Денис, ты что, всерьез считаешь, что мне должны были выделить телохранителя? — весело рассмеялась она.

Он как-то по-бабьи всплеснул руками и закатил глаза от ужаса:

— Конечно! Ведь тебя хотели убить! — он привлек ее к себе и нежно поцеловал. — И больше никаких возражений, я остаюсь с тобой! Где мои домашние брюки?..

У Полины совершенно не было сил, чтобы спорить с ним, тем более, что она была уверена: долго эта идиллия продолжаться не может.

Образцовая семья! В течение дня — непременные звонки, чтобы узнать как у нее дела. Вечером заботливый муж приходит с работы, а жена ждет его с ужином. Разговоры ни о чем, совместный просмотр какого-нибудь немудрящего фильма. Первую ночь он любил Полину, шептал ей на ухо ласковые слова, обнимал так страстно, что перехватывало дыхание. Но во всем — во всем! — она чувствовала какую-то необъяснимую ложь. Вчера же, когда она мягко, но твердо уклонилась от его ласк, ей показалось, что Денис даже вздохнул от облегчения, хотя всем своим видом старался показать, что расстроен.

* * *

…Полина с трудом отлепилась от поручня и стала пропихиваться к выходу. Ей повезло. Какой-то большущий парень в зимнем спортивном костюме встал перед ней и без лишних возражений сунул оба баула на колени остолбеневшей от неожиданности гражданке в зеленом пуховике, которая уютно пристроившись на сидении, уже начала сладко посапывать.

— Во, молодец, — от души расхохоталась та, что при входе подталкивала «зеленозадую». — Так их, барыг проклятых!

Полина, не слушая дальнейшую перепалку, юркнула вслед за спортсменом и через секунду уже стояла на улице. Одернув пальто, Полина потопала правой ногой, которая начала немилосердно мерзнуть, и пошла к супермаркету.

* * *

..Сегодня ее, наконец-то, пустили к Ленке. Добродушный доктор со смешной фамилией Капустин, сказал Полине, что здоровье ее подруги на данный момент не вызывает опасений. Олег Валентинович смешно морщил нос и называл Полину «коллега». Он позволил ей на полчаса войти в палату и пообщаться с Ленкой.

— Ну, как ты там без меня, Колобок? — спросила Куприянова своим обычным насмешливым голосом, словно и не случилось с ней то страшное, что заставило врачей всего лишь несколько дней назад всерьез опасаться за ее жизнь.

От счастья, что ее Ленка все такая же и нисколько не изменилась, Полина засмеялась.

— Все хорошо, не переживай за меня. О себе думай!

— Ну, ты даешь! Здесь со мной уже точно ничего не произойдет. Я тут, видишь, как королева лежу. Все меня лечат, заботятся, сочувствуют. Может я о таком всю свою жизнь мечтала? Не больница — бесплатный санаторий! Сегодня Ильич — мой зам, если помнишь, — предложил мне к нам в клинику перебраться. Я отказалась. Там я толком не отдохну. Даже на койке работать буду. Лучше расскажи, что у тебя. Писем, звонков больше не было? — немедленно став серьезной, спросила она.

Полина покачала головой:

— Нет, ничего. Я вот думаю, может это все-таки чья-то шутка была?

— Ты ополоумела что ли, Колобова?! — от возмущения Ленка даже привстала. — По-твоему, это похоже на шутку? — спросила она, указывая на перебинтованную грудь.

Полина вздохнула:

— Прости, Леночка, глупость ляпнула. На твоем месте должна была быть я.

— Дура ты, Полинка! — в сердцах сказала Куприянова. — Разве я об этом?! Я говорю о том, что тебе надо быть очень осторожной. Мало ли что у этого маньяка на уме.

— Почему маньяка? — испуганно переспросила Полина.

— Не знаю, может он и не маньяк, но нормальным я бы его точно не назвала.

— Ну да, — неопределенно кивнула она.

— Знаешь, что я тут подумала? Тебе надо бы пожить