Современный зарубежный детектив-22 - Лэй Ми

– Готовые, – шепотом повторила Элли.

Джейн снова посмотрела в окно. За стеклом окончательно стемнело. Ночь надвигалась, длинная и мрачная. Но в чайной крепкая дружба и непоколебимая воля создавали незримый прочный барьер против наступающей тьмы.

Ошибка Лукаса не заставила себя ждать. Пока Джейн и Элли пытались расшифровать карту, детектив Марлоу действовал старомодными методами. Он пошел по следам денег: внушительная сумма, снятая Лукасом со счета прямо перед исчезновением, привела детектива на частный аэродром в соседнем графстве. Лукас, уверенный в своей победе и в том, что все следы заметены, уже готовился к отлету под чужим именем, когда на трапе самолета тяжелая рука Марлоу легла на его плечо.

«Лукас Амброуз-Эмбри, вы арестованы по подозрению в соучастии в отравлении Альфреда Хауэлла, покушении на убийство и вымогательстве», – прозвучали слова сержанта из телефонной трубки, которые Джейн так ждала.

Арест был стремительным и недраматичным. В кармане пальто Лукаса нашли тот самый флакон с остатками «Рецепта Силена» – крошечную стеклянную ампулу, замаскированную под карманные часы.

Но главная находка ждала их в полузаброшенном сарае на окраине города, адрес которого Лукас назвал, сломавшись под давлением улик. Там, в темноте, привязанного к стулу и избитого, но живого, нашли почтальона Артура Гримма. Он был в бреду, бормотал что-то о сестре, сакуре и о том, что «боялся рассказать». Лукас, выяснив, что Артур видел его в тот вечер у аптеки, решил устранить последнего неудобного свидетеля. Но сделать это «чисто», как с Хауэллом, уже не получилось – времени не было, и он действовал грубо.

Угроза миновала. Лукас – за решеткой, Артур – в больнице под охраной, и врачи заверяют, что он поправится. Дело закрыто.

Городок, переживший очередной шок, постепенно возвращался к своей неторопливой жизни. Дверь в чайную открылась, пропуская внутрь детектива Марлоу. Он остановился на пороге, сняв шляпу. Его лицо выражало неловкую серьезность.

– Мисс Баррет, – начал он, подходя к стойке. – Я приношу официальные извинения от участка и от себя лично. Без вашей настойчивости и проницательности преступник мог уйти.

Джейн кивнула, наливая ему чашку крепкого ассама, того самого, что он однажды назвал «слишком терпким». Она молча протянула чай.

– Вы были правы, – добавил он, принимая чашку. – Насчет города и того, как здесь все устроено. Мне есть чему поучиться.

– И мне, насчет процедур, – ответила Джейн, – и того, когда стоит остановиться.

Уголки его губ дрогнули. Он отпил глоток не поморщившись.

Вскоре после его ухода появилась Элли, неся корзину свежих трав и сияющую улыбку.

– Ну что, сыщица? – весело сказала она, ставя корзину на стойку. – Готова к новым подвигам? Город полон слухов о твоих талантах. Говорят, миссис Хиггинс потеряла своего кота, а мистер Дженкинс подозревает, что сосед ворует его газеты. Дела не переводятся!

Джейн рассмеялась искренне и легко впервые за эти недели. Но затем она подошла к стеллажу с личными вещами Агаты и взяла в руки ее фотографию.

– Ты думаешь, это еще не конец? – спросила Элли, ее улыбка померкла.

– Мне кажется, что каждая разгаданная тайна открывает новую, – сказала Джейн, глядя на мудрое лицо тетушки. – Теперь я знаю, что не обязана разгадывать их в одиночку.

Она поставила фотографию на место и повернулась к подруге со спокойной зрелой уверенностью.

– А пока, – Джейн улыбнулась, подходя к чайнику, – я слышала, миссис Хиггинс действительно в отчаянии из-за своего кота, и они все еще не знают, куда пропала их семейная брошь. Может, заварим свежего чая и обсудим, с чего начать?

За окном окончательно стемнело, но чайная «У Агаты» сияла теплым и гостеприимным светом, обещая уют, беседу и новые истории, которые обязательно найдут свою разгадку. Вкус новых тайн стал терпким и полным ожидания.

Джейн допила свой чай до дна, ощущая его живительное послевкусие. Самые интересные загадки, как и лучшие сорта чая, всегда раскрываются не спеша, слой за слоем, тайна за тайной. И у этой истории было еще много слоев, все они ждали своего часа. А пока нужно было просто жить и заваривать очередную чашку чая.

Лэй Ми

Зуб мудрости

Lei Mi

LIMBO

Copyright © 2021 by 雷米 (Lei Mi)

Copyright © Власова Н., перевод на русский язык, 2025

ООО «Издательство Эксмо», 2026

* * *

Посвящается моему тестю

Предисловие

Цена боли

Однажды на мероприятии ведущий представил меня так: «Лэй Ми – писатель, который написал стопку книг в человеческий рост». Про себя я подумал: «Если сложить мои книги, вряд ли наберется столько». Но теперь, с выходом этого сборника повестей и рассказов, пожалуй, хватит.

Как писатель-любитель, я не прошел классический путь от коротких рассказов к крупной форме, моим дебютом сразу стал роман «Седьмой читатель». Я даже немного этим гордился. Ведь у меня не было профессиональной литературной подготовки, так почему бы не начать сразу с романа? Однако со временем появились идеи, которые сложно было бы раскрыть в длинном повествовании. Да и предложения от журналов подтолкнули меня попробовать себя в малой форме. Так появились «Палящее солнце», «Зуб мудрости», «Пепел теней», «Стать Ван Юньпином» и другие произведения.

Поначалу я считал, что писать рассказы – пара пустяков. Но стоило взяться за перо, как понял, что прежний мой опыт тут почти бесполезен. В романе, где можно размахнуться на сотни тысяч иероглифов, у автора есть пространство для маневра. А вот в коротком формате нужно уместить завязку, проработку персонажей и эмоциональную глубину – задача куда сложнее. Если роман – это могучее дерево с густой кроной и переплетенными корнями, то рассказ – как изящный пейзаж в миниатюре. Мало места, но гора должна быть горой, а вода – водой. От автора требуются мгновенная концентрация и творческий взрыв. Если сравнивать, роман – это неторопливый сериал, а рассказ – напряженный фильм с эффектной кульминацией.

В итоге я стал воспринимать рассказы как спектакль, который ставлю для себя. Во время работы я представляю себя оператором: выстраиваю свет, расставляю декорации…

Я вижу, как Ли По бежит по мокрой улице, его силуэт окутан бликами света.

Я вижу Цзян Я и Ян Сяочжу, сидящих в темном классе, а между ними – призрачный образ Тэн Сяо.

Я вижу на земле два обугленных силуэта, слившихся в объятиях, словно тени, обратившиеся в пепел.

Я вижу братца[183] Хука, шагнувшего по переулку навстречу дрожащему стволу